Ее истерзанные звери - Э. П. Бали

Я одобрительно киваю.

— Тогда мы идем в поместье Дракос. Ксандер сегодня не умрет. Не в мою смену.

— Твоя воля — моя воля, — клянется Лайл, и его янтарные глаза дичают от ярости.

Дикарь пригибается к земле, готовый к прыжку.

— Моя душа принадлежит тебе, Регина, — рычит он.

И тогда перед моим взором предстает картина — точь-в-точь как те видения, что являлись Ксандеру благодаря его дракону. То, как мы побеждали в битвах в других временах и землях. То, как мы будем сражаться в грядущей битве.

— Лия? — шепчет Минни, и ее глаза блестят, когда она поднимается с колен Йети. — Но как вы туда доберетесь? У тебя же нет дракона.

— Верно. Но драконы — не единственные звери, способные переносить невероятную тяжесть. — Я сглатываю застрявший в горле комок. — Эта мысль пришла мне в голову, когда я спасала Делайлу Дракос из драконьих когтей. Тогда я несла ее в обличье орла, но она оказалась слишком тяжелой для меня. Просто форма была выбрана неверно.

Рот Стейси округляется в удивлении, и она выхватывает у Дикаря блокнот с ручкой, быстро что-то рисуя. Свой рисунок она сначала показывает Минни, Мардуку и Йети, а затем мне.

Я злорадно усмехаюсь и киваю.

— Но твоя нога… — хмурится Минни.

— У меня две ноги, — просто отвечаю я.

— А нас ты тоже сможешь взять? — с азартом спрашивает Мардук.

Лайл удивленно вскидывает брови.

— Может, поделишься со всем классом?

Огонь в теле заставляет меня гореть от спешки. Я хватаю Лайла за руку и тащу на улицу, призывая остальных следовать за нами.

Я ковыляю к лифту, который, к счастью, находится прямо в общежитии стаи, и не успеваю опомниться, как оказываюсь на свежем воздухе.

— Регина, — с неодобрением произносит Коса.

— Живее, живее! — Я машу ему рукой, выходя на поле позади академии, и поднимаю взгляд на затянутое тучами небо.

Сегодня нет ни звезд, ни луны. Лишь едва заметное голубое свечение защитного купола.

— Регина, объясни толком, что ты задумала, — торопит Дикарь.

— Нет времени! — бросаю я, сдергивая через голову футболку.

Мардук вскрикивает и резко отворачивается, пока Минни и Стейси подходят ближе. Моя сила настолько взвинчена, что, когда я с хлопком принимаю обличье феникса, я осыпаю друзей дождем из сверкающих багровых перьев.

— Нет, — говорит Коса, мгновенно все поняв. — Мне вообще не следовало рассказывать тебе о Селесте.

Но ведь это он рассказал мне, как Селеста преодолела звуковой барьер, неся его обратно в академию после моего ухода.

Какая жалость. Он сам сделал мне этот подарок.

Стейси наконец демонстрирует рисунок моим мужчинам.

— Что это, блядь, за Тайная комната! — восклицает Дикарь, бешено жестикулируя в сторону наброска.

Мой клюв раскрывается в усмешке, но заметить это могу только я. Меня слишком колотит, я слишком полна огня, чтобы даже шутить на эту тему.

Я лечу с вами или без вас. — Я расправляю крылья и мощно хлопаю ими, поднимая вихрь воздуха, после чего направляю их вниз и взмываю в небо.

— Регина! — в панике кричит Дикарь, пока я набираю высоту. — Я с тобой!

Хороший мальчик, — мысленно бросаю я ему, заваливаясь на крыло и пикируя. — Лайл, самые сильные — первыми.

Лайл хмурится и переглядывается с Косой. Я знаю, как им это не нравится, но выбора у них нет: я снижаюсь к Лайлу, поджав правую ногу для защиты и приготовив левую лапу. Лайл что-то кричит, но тянется ко мне, пока Генри цепляется за его волосы, и я сую когтистую лапу Лайлу прямо в лицо. Он хватает ее одной рукой. Когда я вздергиваю Лайла в воздух, тут же подскакивает Дикарь и хватает его за ноги в самый момент взлета. Коса яростно рычит, глядя на меня снизу вверх, но я игнорирую его, и он добавляет свой вес к весу Дикаря.

— Быстрее! — командует Мардук.

Я поднимаю их еще выше, отрывая Косу от земли и стискивая зубы от прилива этой новой мощи. Каспийский тигр хватает Косу за ноги, и с громким блядь, которое выходит тонким вскриком, ноги Мардука отрываются от земли. За ним следует Йети. Меня удерживает в воздухе вовсе не физическая сила — здесь чистая магия и никакой физики. Моя взвинченная, колоссальная мощь вырывается наружу едва ли не в полную силу, и анима наконец получает то, чего так жаждала.

Мы покачиваемся в воздухе, мужчины едва удерживают равновесие, пока я взмахиваю мощными крыльями.

Готовы? — спрашиваю я, глубоко вдыхая и направляясь к куполу.

— Меня подождите! — вскрикивает Минни.

Мы все одновременно смотрим вниз и видим, как Минни подпрыгивает и цепляется за Йети спереди, точь-в-точь как детеныш коалы.

— Нет, Регина! — вопит Мардук.

— Это живая гирлянда дружбы! — радостно кричит мне Минни, демонстративно игнорируя протесты своих мужчин. — Лети, Лия, лети!

Блэр и Блейд издают победный клич, а Стейси и Сабрина подбадривают меня криками. Честно говоря, мне повезло, что мои друзья такие же сумасшедшие, как и я.

Моя сила подстраховывает Минни и Йети снизу, а объединенная телекинетическая мощь кошачьих помогает мне удерживать все это сооружение в равновесии. Они раскачиваются длинной цепочкой внизу, пока я бью крыльями, чтобы набрать побольше высоты.

Я закрываю глаза, когда мы касаемся защитного купола, но, как я и подозревала, раз уж его хозяйка — феникс, то и другого феникса он беспрепятственно выпускает наружу. Я окутываю всех своей силой, и только когда Минни с Йети оказываются в безопасности за пределами купола, я на секунду замираю, вглядываясь в темную даль.

Моя сила собирается вокруг меня, словно тучи перед циклоном, и я вливаю в нее всю свою ярость, всю жажду мести и всю свою боль. Лайл матерится подо мной, крепко вцепившись руками в мою ногу.

Кто-нибудь, отсчет, — сквозь зубы прошу я.

Вливаю. Вливаю. И еще вливаю.

— Один! — кричит Минни.

Я вспоминаю леди Дракос в постели и Селену, бьющуюся на полу под давлением силы отца.

— Два! — кричит Дикарь.

Я вспоминаю Лориана, лежащего на полу в подземелье Коллекционерши без света, без единого лунного луча на прекрасном лице.

— Три!

Перед глазами встает лицо Ксандера, то, как гас свет в его глазах и его мир погружался во тьму, когда отец калечил его.

Я кричу и высвобождаю силу.

Словно спущенная тетива лука, раздается оглушительный хлопок, бьющий по ушам, и нас катапультирует сквозь пространство. На три страшных удара сердца воцаряется абсолютная тишина, пока мы несемся к поместью Дракос. Ветер разорвал бы нас в клочья, если бы не защитный кокон, которым я окружила друзей, и если бы их общая магия