Заложница дьявола - Аделина Жемчужева

Его губы сжались в тонкую линию, взгляд оставался ледяным, непоколебимым.

— Ты… ты же не серьезно, правда? — мой голос дрожал, а руки сжались в кулаки. — Ты просто хочешь напугать меня, проверить мою реакцию?

Но его лицо не дрогнуло.

— Лили… — мама осторожно коснулась моей руки, но я отдернулась.

Грудь сдавило, воздух с трудом проникал в легкие.

— Из-за конфликта с Аспером ты хочешь чтобы твоя дочь страдала? — я не узнавала свой голос, наполненный болью и яростью. — Ты хочешь, чтобы я сидела здесь, сложа руки, пока мой муж сражается за свою жизнь⁈

— Лили…

— Нет, мама! — я повернулась к ней, слезы текли по щекам, но мне было плевать. — Я не позволю этому случиться.

— Лили, — отец медленно поднялся, его взгляд оставался холодным. — Успокойся. Я отправил туда людей. Если бы не ты, я бы этого не сделал, уж поверь. Пришлось спасать его задницу.

Я резко выдохнула, словно только сейчас смогла снова дышать, и бросилась к нему, обхватывая за плечи.

— Боже… ты меня до смерти напугал, — мой голос дрожал, но теперь уже от облегчения.

Отец тяжело вздохнул, поглаживая меня по спине.

— Это не ради него, Лили. Это ради тебя.

Я глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в руках. Сердце все еще бешено колотилось, но с каждой секундой страх понемногу отступал.

— Иди, Лили, — голос отца был ровным, но я знала, что в глубине души он тоже встревожен.

Я кивнула и направилась в сторону озера, где играли мои сестры. Они босиком стояли в воде, смеясь и брызгая друг на друга, словно вернулись в детство.

Я остановилась на берегу, наблюдая за ними. Конечно, с моим животом уже не побегаешь, да и мысль о том, что я могу оступиться и упасть, не давала покоя. Поэтому я просто стояла, слушая звонкий смех, впитывая эту мимолетную легкость, которой мне так не хватало.

— Лили! — позвала Джане, весело махая рукой. — Иди к нам!

Я улыбнулась, но не сдвинулась с места.

Мне действительно нужно отвлечься. Если продолжу терзать себя мыслями, это может навредить ребенку. Но тревога не отпускала. Где-то там Эмир. В опасности. Жив ли он? Ранен? Вернется ли?

Нет. Он обещал.

Он должен вернуться.

Глава 45: Новая жизнь

9 месяц

Прошло уже девять месяцев с тех пор, как Эмира не стало рядом. Долгие, тягостные месяцы ожидания, тревоги и одиночества. И вот этот день настал — день, которого я боялась и к которому одновременно стремилась.

Роды начались внезапно. Схватки длились бесконечно, и казалось, что этот ад никогда не закончится. Боль пронзала меня волнами, оставляя лишь слабость и дрожь в теле. Весь день я терпела мучения, из последних сил сжимая простыни и сдерживая крик.

Вокруг суетились женщины дворца — кто-то держал меня за руку, кто-то вытирал со лба выступивший пот, а лучшие лекарши делали всё возможное, чтобы помочь моему ребенку появиться на свет. Они говорили мне что-то ободряющее, старались поддержать, но в глубине души я чувствовала только пустоту. Его не было рядом. Как и всегда.

Когда всё закончилось, я едва могла осознать, что произошло. Боль ушла, оставив после себя лишь изнеможение. Я знала, что родилась девочка, но не видела её. У меня не осталось сил даже на то, чтобы спросить о ней.

Сон накрыл меня мгновенно.

Я проснулась через несколько часов — кажется, прошло не меньше пяти. Медленно открыла глаза, но всё вокруг было размытым, словно заволоченным туманом. Сознание ещё плыло, а тело казалось неподъёмным, будто я погрузилась в вязкий водоворот усталости.

Тишину нарушил едва слышный звук шагов. Лёгких, осторожных, почти невесомых. Кто-то был рядом.

— Лили, — мягкий голос мамы заставил меня повернуть голову.

Она стояла у кровати, держа в руках маленький сверток, закутанный в розовые пеленки.

— Какая она хорошенькая, — с нежностью сказала она и аккуратно опустилась на край постели.

Я не сразу смогла что-то ответить. Просто смотрела, как она чуть приподнимает пеленку, и в ту же секунду у меня перехватило дыхание.

Крошечное личико, едва заметный пушок на голове, крохотные пальчики, сжимающиеся в кулачок.

Странное, необъяснимое чувство сдавило грудь.

— Боже… — прошептала я, и вдруг все эмоции, которые я так долго в себе держала, нахлынули с новой силой.

Я ждала этот момент, но теперь, когда он настал, я не знала, что чувствовать. Радость? Страх? Ощущение чего-то неизведанного, пугающего?

Мама молча наблюдала за мной, не торопя.

— Хочешь взять ее?

Я медленно кивнула, но в душе все еще сомневалась — а смогу ли? Но когда мама осторожно передала мне ребенка, когда я почувствовала ее крошечное теплое тело у себя на руках, что-то во мне сломалось.

Слезы потекли по щекам, а в груди разлилась невыносимая нежность.

— Привет… — прошептала я, осторожно поглаживая ее по щеке.

Она слегка пошевелилась, издавая едва слышный звук, и мое сердце сжалось.

Но вместе с теплом пришло и другое чувство — острая боль.

Его не было рядом.

Он должен был увидеть нашу дочь первым. Должен был держать ее на руках, а не я одна…

Я сжала ее чуть крепче, чувствуя, как внутри поднимается новый страх.

— Он обещал… — тихо сказала я, не отрывая глаз от лица ребенка.

Мама ничего не ответила, но ее взгляд говорил о многом.

Он обещал вернуться.

Но прошло уже девять месяцев…

— Она, возможно, голодна, — тихо сказала я, не сводя глаз с крошечного личика малышки.

— Нет, её только что покормили, — мягко ответила мама. — Я наняла кормилицу, ты была слишком слаба, чтобы кормить её сама.

Я резко подняла взгляд.

— Мама, не нужно кормилицу. Я хочу кормить её сама.

Мама чуть заметно улыбнулась и кивнула.

— Конечно, родная. Ты ещё успеешь.

Я снова посмотрела на дочь, на её крошечные пальчики, тонкие, почти прозрачные. Осторожно положила свой палец на её ладошку, и она инстинктивно сжала его. Мгновенный трепет пробежал по телу, а в груди разлилось тёплое, неведомое доселе чувство.

Она — моя.

Пока сложно понять, на кого она похожа, но я уже вижу, какой красивой она будет. И я никому не позволю её обидеть.

Она теперь часть моей души. Часть души Эмира.

Может, увидев её, он изменится? Может, впервые в жизни осознает, что значит беречь женщину? Никогда больше не поднимет руку, не причинит боли?

От размышлений меня отвлёк осторожный стук в дверь. Я подняла голову, и через мгновение в комнату вошёл отец. За ним следом прошли Джанесса