Заложница дьявола - Аделина Жемчужева

Но если осада затянется… тогда появятся сомневающиеся. Тогда начнутся заговоры.

Чёртовы змеи.

Я не могу дать им повода думать, что я ослаб.

Я резко повернулся к выходу.

— Позовите Тарика, — приказал я стоявшему у шатра охраннику.

Тарик — мой лучший дипломат. Говорят, он умеет убеждать даже мёртвых.

Спустя пару минут он вошёл, склонив голову.

— Ваше величество.

— Мы не можем ждать неделями, — сказал я, снова указывая на Лаэрн. — Мне нужны лазутчики внутри. Пусть найдут там крыс, готовых продать своих же.

— Я уже работаю над этим, — спокойно ответил он.

Я ухмыльнулся.

— Хорошо. Тогда займись и этим. — Я ткнул пальцем в северные земли. — Пусть вестники разнесут слухи. Серенвиль пал. Лаэрн окружён. Я не останавливаюсь.

Тарик усмехнулся.

— Король Фредерик уже начал писать письма, предлагая союзы против вас.

Я только рассмеялся.

— Пусть пишет. К тому моменту, как он соберёт армию, его союзники уже будут присягать мне.

Тарик кивнул, развернулся и вышел.

Я снова опустил взгляд на карту.

Война — это не битвы. Война — это шахматы.

И я не проиграю.

И снова перед глазами вспыхивает её образ — моя девочка. Чёрт… Как же я хочу скорее домой. К жене. К брату, по которому тоже чертовски соскучился.

Четвёртый месяц тянется, будто целая вечность. Война меняет ощущение времени — дни сливаются в одно, превращаясь в бесконечный круг боли, крови и ожидания. Но осталось совсем немного. Ещё чуть-чуть, и Серенвиль будет моим.

А значит, я вернусь. Вернусь к ней.

* * *

Лилиана

Пятый месяц

— Живота пока не видно… Когда он начнёт расти? — спросила я, задумчиво всматриваясь в зеркало.

— Когда твой ребёнок подрастёт, глупышка, — лениво отозвалась Биби, растянувшись на диване.

— Биби права, — кивнула Джанесса, уютно устроившись в кресле. — Возможно, он ещё слишком маленький. Но мне уже не терпится подержать его на руках.

Я мягко провела ладонью по животу, ощущая лёгкое волнение.

— Интересно, кто у меня родится — мальчик или девочка? — задумчиво спросила я, всё ещё глядя в зеркало. В последние дни я часто чувствую, как он шевелится. Это странное, но удивительное чувство.

— Мальчик, — без тени сомнения заявила Биби, хитро улыбнувшись. — Я ведь колдунья, вижу его отчётливо! — она расхохоталась, театрально раскинув руки.

— Очень смешно, — скептически фыркнула я.

— А я думаю, что девочка, — с теплотой в голосе сказала Джанесса. — У тебя округлились бёдра, ты стала ещё женственнее. Это явный знак.

— Если родишь девочку… — Биби на мгновение задумалась, а потом пожала плечами. — Это, конечно, хорошо, но не так значимо. А вот если родишь мальчика, наследника, ты будешь в почёте.

Я приподняла брови, недоверчиво глядя на неё.

— Ты сейчас серьёзно?

— Абсолютно, — кивнула она, словно это очевидный факт.

— Не будь такой старомодной, Биби, — недовольно поджала губы Джанесса. — Девочки тоже могут быть великими.

— Ой, ну конечно, — Биби лениво махнула рукой. — Но давай будем честны, мужчины всегда будут править этим миром.

— А ты уверена, что тебе не промыли мозги? — усмехнулась Джанесса, скрестив руки на груди. — Или ты просто хочешь, чтобы Лили родила мальчика, потому что знаешь, какой у нас жестокий мир?

Биби приподнялась на локте, её глаза сверкнули.

— Я хочу, чтобы её ребёнок был сильным, а в этом мире сильными становятся мужчины.

— Это не правда! — вспылила Джанесса, резко вставая. — Женщины сильны по-своему. Мы носим в себе жизнь, мы даём её! Или ты думаешь, что просто качать мечом делает кого-то сильным?

— Ага, а потом нас запирают в дворцах и используют как игрушки, — парировала Биби. — Ты сама прекрасно знаешь, что это правда.

Я вздохнула, поглаживая живот.

— Девочки… — попыталась я их прервать, но они уже увлеклись спором.

— Ты просто циничная, Биби! — возмутилась Джанесса. — Ты не веришь, что женщина может изменить этот мир!

— Я реалистка, — усмехнулась та. — И если ты думаешь, что какая-то принцесса на троне что-то изменит, то ты наивная.

— А если родится девочка, я не позволю ей быть слабой, — твёрдо сказала я, заставляя их обоих замолчать.

Биби посмотрела на меня внимательно, затем пожала плечами.

— Тогда воспитай её так, чтобы она смогла выжить в этом мире.

Джанесса улыбнулась мне тепло.

Я опустила взгляд на свой живот, чувствуя лёгкое шевеление внутри.

— Кто бы ты ни был, мальчик или девочка… я не позволю никому решить за тебя, кем ты станешь.

— Эх, мне бы тоже хотелось почувствовать себя беременной, — мечтательно протянула Биби, лениво растянувшись на диване. — Хотя, вряд ли я рожу от этого старика.

— Подожди, ты что, уже смирилась с этим браком? — удивилась я, прищурившись. — Последнее время ты даже не жалуешься.

— Да, — неожиданно легко улыбнулась она. — Даже рада. Буду называть его папочкой, — и звонко рассмеялась.

— Ну и дура, — покачала я головой, закатив глаза.

— Почему? Он взрослый, умный, даже можно сказать симпатичный… сильный, — Биби сделала драматическую паузу, глубоко вздохнув. — Он будет носить меня на руках и выполнять все мои капризы.

— Что-то тут не так, — нахмурилась Джанесса. — Ты ведь его ненавидела.

— Согласна, — добавила я, скрестив руки на груди. — Ты же клялась, что покончишь с собой, если этот брак состоится.

Биби хитро усмехнулась, её глаза блеснули лукавством.

— Увы, моё мнение поменялось.

— С чего бы это?

— Не скажу, — она довольно сложила ногу на ногу. — Если узнаете, точно будете против меня. Никто меня не понимает, так что не дождётесь.

— О боже… — простонала я, устало выдохнув. — Значит, нам стоит ждать беды.

— Ждите, ждите, — протянула она с озорной улыбкой. — Я отомщу отцу за этот брак. Его честь будет запятнана вдвойне.

Мы с Джанессой переглянулись, осознавая, что ничего хорошего это не сулит.

— А ну быстро рассказывай, что задумала! — рявкнула я, подходя ближе.

Если Бибиана заговорила загадками, значит, тут дело нечисто. От неё можно ожидать чего угодно, и, судя по её довольному виду, последствия будут катастрофическими.

— Я вам ничего не расскажу, отойдите, — она поднялась и хотела уйти, но я схватила ее за локоть.

— А ну быстро рассказывай.

— Отпусти меня, Лили, — с ухмылкой протянула Биби, но я только сильнее сжала её локоть.

— Ни за что. Если ты задумала что-то, что может привести к позору нашей чести, я должна знать.

Джанесса скрестила руки на груди, сузив глаза.

— И не пытайся выкрутиться. Мы знаем тебя слишком хорошо, Биби.

Она драматично закатила глаза.

— Ох, какие вы скучные! Никакой интриги, никакого веселья!

Я стиснула зубы, чувствуя, как закипаю.

— Биби!

— Да расслабься ты, Лили! — рассмеялась она, выдернув руку. — Я не собираюсь никого убивать… пока.

Я и Джанесса переглянулись.

— Пока? — хором повторили