Буря тайн и печали - Мелисса Рёрих

потому что все больше Авгуров прорывались сквозь ее защиту. Тесса не видела Нилу среди тел, но слышала ее рыки и вопли агонии ее жертв.

— За Деврам! — выкрикнул один из нападавших, бросаясь на нее, пока Роан был занят, вцепившись зубами в горло другого.

Инстинктивно она ткнула обломком стрелы в противника. Он с легкостью отбил ее руку, обхватил за талию и прижал спиной к своей груди, но она продолжала бороться.

О боги, как она боролась!

Вся ярость хлынула в нее, когда начал падать дождь.

— Ты несешь войну, — прошипел мужчина ей в ухо, отрывая ее от земли.

Она ударила локтем назад, услышав его кряхтение. Хватка не ослабла, но маска слетела, со звоном упав на землю. Он врезал кулаком ей по ребрам, отчего она вскрикнула от боли.

А затем он взревел от мучительной боли, когда зубы Роана впились в его руку. Противник тут же отпустил ее. Когда Тесса ногами коснулась земли, она развернулась и вонзила наконечник стрелы, который все еще сжимала, прямо в глаз мужчины. Брызнула кровь, Роан также не отпускал его руку, мотая ее из стороны в сторону.

Волк собирался оторвать ее нахрен.

Отлично.

Она выдернула стрелу, и вогнала ее в другой глаз. Затем начала слепо наносить удары, выпуская ярость и гнев единственным доступным способом. Она кричала. Лицо стало мокрым от дождя, слез или брызжущей крови. Она не знала. Но когда чья-та рука обхватила ее за талию, оттаскивая назад, она извернулась, нанося новый удар.

Мужчина наклонил голову вбок, но недостаточно быстро, и на его щеке появилась красная полоса от пореза.

— Тихо, малышка. Это я, — сказал Лука. — Дыши.

Но дышать было невозможно.

Ее трясло от ярости из-за того, что ее сила была заперта, и что все думали, будто могут ее использовать.

Предать ее.

Принести в жертву.

— Уведи ее отсюда, дракон, — приказала Аурион, появившись рядом и одновременно выпуская очередной шквал стрел. — И я не имею в виду крылья.

— Я не могу…

Серые глаза метнулись к нему, движение пепла в них замедлилось.

— Волки и я позаботимся о том, чтобы не осталось свидетелей, способных проболтаться. Но если ты не уведешь ее отсюда, воцарится Хаос.

Тесса не понимала, о чем речь, но тут у нее внутри что-то потянуло. Ей показалось, что ее сейчас вырвет.

И вдруг они оказались не на залитой дождем улице, а на берегу реки Уинфелл.

То самое место, куда он привел ее, когда она вернулась из Фавена.

Он отпустил ее, и она пошатнулась назад, выронив обломок стрелы на землю.

— Дыши, Тесса, — произнес он тоном одновременно мягким и властным.

Она судорожно вдохнула, но воздух застрял в горле. Ее магия все еще бушевала, чувства зашкаливали, и она…

— Я сниму их, — сказал Лука, но не двинулся. Он просто наблюдал за ней своими вертикальными зрачками. — Но, когда я это сделаю, мне придется обратиться. Твоя магия слишком… Она в ярости, Тесса. Ты в ярости. Я не уйду далеко, но какое-то время ты не сможешь меня видеть.

— Мне нравится, когда я тебя вижу, — прохрипела она.

— Знаю. Я вернусь, как только смогу. Буду в небе, наблюдать и ждать, — ответил он.

Когда она промолчала, лишь глядя на него в ответ, он спросил:

— Готова?

Она кивнула один раз, и он шагнул к ней. Схватив оба браслета одновременно, он плавно стянул их с ее рук. Прежде чем они окончательно соскользнули, он произнес:

— Я вернусь за тобой.

Затем он исчез. Браслеты тоже. И ее сила вырвалась на волю. Свет и энергия затрещали. Вода зашипела, встретившись с ударами молний. Золотой туман растекся по земле, свет оплел ее руки, ноги, туловище. Он проник в волосы, пока ветер ревел, а темные тучи сгущались.

Неукротимая и свободная.

Дикая и безрассудная.

Их разрушение и ее спасение.

Интенсивность спала, но сила осталась. Осталось лишь слабое золотое сияние, струящееся и постоянно движущееся вокруг нее.

Наблюдающее.

Слушающее.

Изучающее все, что может.

Лука появился, шагнув прямо из воздуха. Но она не двигалась.

Он тоже замер, глядя на нее.

— Посмотри на себя, — пророкотал он, и в этом рыке звучала собственническая нотка, которую она ощутила в душе.

И она почувствовала…

Желание?

Вожделение?

Она склонила голову, осознание прошило ее очередным предательством.

— Я чувствую тебя.

Он кивнул, медленно обходя ее, словно не был уверен, чего ожидать.

Весьма мудро.

— Как? — потребовала она ответа.

— Вторая метка. Ты была слишком сильна. Теон не мог сделать это в одиночку. Мне пришлось помочь, и каким-то образом…

— Я связана с вами обоими?

— Мы не уверены.

— Где Теон?

— Ждет тебя. Он не смог прийти.

Она усмехнулась:

— Не смог или не захотел?

Это заставило Луку замереть.

— Он был с Вальтером. Мы так близко к третьей метке, и учитывая все, что грядет, мы не хотим лишних проблем, Тесса. Он послал меня.

— Они никогда не перестанут охотиться за мной.

— Нет, не перестанут, — согласился Лука. Он сделал шаг ближе. — Мы разберемся со всем этим, когда вернемся домой.

— С чем тут разбираться? — спросила она. — Меня всегда будут преследовать. Они. Он. Те, кто хочет меня использовать, и те, кто хочет лишь моей смерти. Желанная и одновременно ненужная. Как иронично.

— Ты желанна, Тесса, — сказал он.

— Меня хотят, когда это удобно. Из-за моей силы. Из-за крови. Как рычаг давления.

— Нет, малышка…

— Верни меня обратно, — потребовала она.

— Думаю, ты еще не готова, Тесса.

— Верни меня обратно!

— Я не могу, пока твоя сила не под контролем, — резко ответил он. — Я все еще его Хранитель.

И что она могла на это сказать?

Он сунул руку в карман:

— Я могу надеть их обратно, если ты не можешь…

— Если кто-нибудь еще раз попытается надеть их на меня, я убью его, — прошипела она, и одна из светящихся нитей на ее руке угрожающе размоталась.

Никогда больше она не будет во власти этих браслетов.

Никогда больше не будет во власти кого бы то ни было.

Судорожно вздохнув, она закрыла глаза, шепотом обращаясь к своей силе, втягивая ее обратно в себя. Когда она вновь открыла глаза, на запястьях, где обычно были браслеты, остались лишь две тонкие нити золотого света.

Теплая ладонь скользнула по ее челюсти, приподнимая лицо, когда он подошел вплотную. Он был так близко, что она чувствовала его всем телом.

— Ты не монстр, Тесса. Слышишь меня?

Но уголок ее рта приподнялся, когда она прошептала:

— Ты ошибаешься.

Он больше ничего не сказал. Лишь притянул ее к себе, прежде чем шагнуть сквозь воздух. Теперь