Буря тайн и печали - Мелисса Рёрих

Это вызывало гордость и удовлетворение. Но больше всего заставляло дракона под его кожей жаждать ее еще сильнее. Это чувство он в последнее время все чаще подавлял, а когда не получалось то находил кого-то, чтобы его утолить.

По крайней мере находил, пока его не втянули в эту заваруху с меткой Источника. С тех пор мысль о близости с кем-то еще стала… непривлекательной.

— Можем мы заказать пиццу и посмотреть Хаосферу сегодня вечером? — спросила она, поворачиваясь к Теону.

Лицо Теона исказилось от явного отвращения:

— Зачем?

Тесса закатила глаза:

— Потому что из семи человек в этой комнате ты единственный, кто не любит ни то ни другое. К тому же, уверена, я буду спать двое суток подряд, если завтра получу третью метку, и…

— Когда, — перебил Теон. — Когда ты получишь третью метку завтра,

— Точно. При условии, что никто из нас не умрет, конечно.

Раздался приглушенный смешок, и все обернулись к Лэнгу и Корбину, которые все еще стояли в стороне.

— Прошу прощения, — быстро сказал Лэнг. — Просто я никогда не видел… такого, — произнес он, жестом указывая на Тессу и Теона.

— Да, у нее язык без костей, который она часто забывает держать под контролем, — процедил Теон сквозь зубы.

— Не дайте ему себя обмануть, — с притворной скромностью сказала Тесса, наклоняясь к Лэнгу и добавляя: — Он одержим моим ртом.

— Иди отмываться, Тесса. Сейчас же, — приказал Теон.

Аксель расхохотался, сидя на месте. Даже Кэт отвернулась к нему, чтобы скрыть улыбку.

— Конечно, Хозяин, — ответила она, почти скользя из комнаты. — Закажи пиццу, Аксель! — крикнула она через плечо.

— Уже в процессе, куколка, — отозвался Аксель, доставая телефон из кармана. Взгляд, который Теон бросил на него, можно было описать только как смертоносный.

— Что? — с притворной невинностью спросил Аксель, пока Теон шел следом за Тессой. — Считай это последней трапезой для кого-то из вас.

— Заткнись, Аксель, — рявкнул Теон, шлепая его по затылку, проходя мимо.

Смех Акселя перекрыл рычание Теона, адресованное уже Луке:

— Нам еще многое нужно обсудить. Сейчас же.

К тому времени, как они вернулись в его спальню, Тесса уже скрылась в ванной, закрыв за собой дверь. Лука невольно задумался:

Выйдет ли она снова в том халате?

Или, может, вообще без всего, как она порой любила?

Это была бы ужасная идея. Но, признаться, он разрывался между вариантами, какой из них предпочел бы.

— Чему еще Аурион ее учила? — спросил Теон.

— Ровно тому, о чем она сказала. Истинной истории Деврама. Как ты и просил, — со вздохом ответил Лука, опускаясь на диван. Он вытянул ноги, скрестив их в лодыжках.

— И какая-то часть этой истории оказалась для тебя новой?

— Кое-что подавалось под другим углом, пожалуй.

— Под другим углом?! — почти выкрикнул Теон. Лука ничуть не удивился, когда его тьма снова вырвалась наружу. — И ты не счел нужным об этом сказать?

— Это ты нанял ее, не проверив прошлое, Теон. Не я.

— Для этого ты там и находишься.

— Если хочешь знать, чему она ее учит, может, тебе стоит самому присутствовать на этих занятиях? Я не собираюсь сидеть там и конспектировать, блядь. Я уже прошел академическую подготовку. Если бы речь шла о чем-то действительно судьбоносном, я бы тебе сказал, — ответил Лука.

— Например, об этих сообщениях, которые она научилась отправлять с помощью магии? — требовательно спросил Теон.

— Скарлетт нам о них рассказывала. Ничего нового.

Теон выглядел так, будто готов был что-то швырнуть от досады, и из груди Луки вырвалось низкое предупреждающее рычание при мысли, что он может повредить что-то в комнате.

— Поверить не могу, сколько всего ты от меня скрывал, — наконец произнес Теон, с видимым усилием беря себя в руки.

— Ничего из этого ничего не меняет, — ответил Лука.

— Теперь ты говоришь прямо как Тесса, — бросил Теон.

— Она не ошибается. Ты отказываешься признать, что план рассыпался. Отказываешься признать, что, избрав ее — это изменило все. Отказываешься видеть то, что прямо перед тобой. Можешь отрицать очевидное сколько угодно, но тебе не избежать последствий этого отрицания, — сказал Лука.

Звук открывающейся двери ванной заставил их обоих замолчать. Тесса вышла, полностью одетая в свободные брюки и длинную рубашку Теона. Лука подавил разочарование, пока она осматривала их.

Теон подошел к ней, закручивая прядь ее мокрых волос между пальцами:

— Как ты себя чувствуешь?

Она нахмурила брови:

— Нормально?

— У тебя был насыщенный день, Тесса.

Она склонила голову набок:

— Я уже почти привыкла к тому, что меня постоянно пытаются убить.

Лука почувствовал, как Теон вздрогнул через их связь. Или, может, это была его собственная гримаса от ее слов.

Затем она спросила:

— Как давно вы двое знаете о причастности Луки к связи?

Рука Теона опустилась вдоль тела:

— Лука сказал, что начал чувствовать ее в тот момент, когда была завершена вторая метка. Я узнал об этом… осложнении позже.

— Позже — это когда?

— Когда ты была в Фавене.

Тесса кивнула, ее взгляд метался по комнате, избегая смотреть на них. Лука знал, что она блокирует связь. Аурион рассказывала основы ментального щита, но Тесса явно практиковалась. Она быстро освоила это, и хотя Теона это раздражало, Лука позволил ей сохранить этот секрет. Он и сам не до конца понимал почему.

И хотя в такие моменты было бы удобно точно знать, что она чувствует, за последние месяцы он научился ее читать. Он понимал, что она расстроена из-за того, что ее снова оставили в неведении относительно важной информации. И в этом был отчасти его вина. Он мог бы рассказать ей в любой момент, но не стал, оправдывая это тем, что она и так была на пределе.

Имел ли он право принимать такое решение за нее?

Делало ли это его в итоге хоть чем-то отличным от Теона? Вероятно, нет.

Сожалел ли он о своем выборе? Тоже нет.

В конце концов, возможно, он был куда больше похож на Теона, чем думал.

Именно об этом он размышлял позже той ночью, когда все трое теснились на кровати в его комнате. Теон пытался уговорить Тессу поспать наверху этой ночью, но она отказалась. Нехотя Теон забрался на матрас рядом с ней. Остаток вечера он почти не разговаривал с Лукой, но когда дыхание Тессы стало ровным и глубоким, его голос донесся сквозь тишину:

— Мы не можем сейчас быть по разные стороны, Лука.

Тесса пошевелилась, и все его тело пронзило покалыванием. Он стиснул зубы, когда она закинула ногу на него.

— Мы и не по разные стороны, Теон, — ответил он после паузы.

Ему