Подарок для рыцаря смерти - Дарья Верескова

class="p1">За первую стену я пробралась легко, дар льнул к рукам, к предметам, за которые цеплялись мои глаза, словно умолял использовать его. Здесь, во дворце, я осушала его почти полностью — но вновь возвращала, с каждым разом всё быстрее, потому что почти каждую ночь проводила с рыцарем.

Проходя через ворота, я выдала себя за другого стражника, но оказавшись по ту сторону, сбросила иллюзию — не самая разумная трата сил. Нужно придумывать более оригинальные методы. Стражников можно было отвлечь чем-то диковинным со стороны дворца. А что, если бы они попытались со мной заговорить?

— Многие рыцари жалеют, что не присоединились к походу сэра Гектора. Об этом будут воспевать в песнях, пока они жирели здесь, в столице, — услышала я чуть пьяный голос одного из вельмож.

— Даже лорд Тристан, — ответил ему вкрадчивый, знакомый голос.

Лорд Рудольф Кранц…

— Ну сейчас-то он покажет свою силу, не зря отправился вместе с братом. Хотя я бы не стал подчиняться приказам бастарда.

— Этот бастард многим по душе… Я замечал, как леди Элоиз не сводит с него глаз. Возможно, мне лишь кажется, но она явно предпочла бы видеть своим мужем сэра Гектора, а не его брата.

— Что вы, Рудольф! Она никогда не позволит прикоснуться к себе такому, как он, не выдумывайте. Все знают, что вы сами хотите стать хозяином Гратана, но король устал от насилия. Ему нужно продемонстрировать принцессе Дугавьете, что он способен решать вопросы не только силой, поэтому властителем тех земель станет именно муж леди Элоиз. Вы бы и сами предложили свою кандидатуру, если бы не были женаты…

Голоса наконец стихли вдали, а я замерла, только сейчас осознав, что лорд Кранц, оказывается, женат. Человек, который пытался залезть мне под юбку и спал с Летти в Гратане.

С другой стороны,… измены лордов казались всем почти чем-то обыденным.

Я не знала, обратит ли кто-то внимание на ещё одну мёрзнущую женщину в плаще и капюшоне, и старалась слиться с остальными — двигалась так же неспешно, уверенно, держала спину прямо, но меня отличало то, что я была совсем одна. Привлечёт ли это внимание?

Времени на раздумья не оставалось, мне нужно было спрятать шкатулку — так, чтобы её не нашли слуги, и никто случайно не напоролся.

Идеальное место обнаружилось быстро. Около берёзовой рощи, сквозь которую сейчас прогуливались несколько придворных, находился фонтан — достаточно глубокий, заваленный сейчас на зиму палками и листьями. Никто не станет чистить его в холода, а значит, рядом не будет никого ещё много месяцев.

Я присела на бортик, поднимая голову к небу, показательно любуясь им в ожидании, пока очередная пара беседующих отвернётся… А после начала мысленно воссоздавать пустой недвижимый фонтан с фигурой в плаще. На неподвижные предметы легче наложить иллюзию — куда легче, чем скрывать себя в движении, но удерживать этот образ и одновременно пытаться зарыть шкатулку оказалось непросто. Разум постоянно отвлекался, сердце истерично билось, я вся вспотела.

Мне казалось, что я слышу приближающиеся шаги, ловлю на себе подозрительные взгляды…

Нельзя отвлекаться!

К моему счастью, у основания фонтана откололось несколько крупных камней, и я спрятала шкатулку за ними, быстро выбираясь и возвращаясь на то же место, где сидела моя недвижимая иллюзия. Люди оборачивались, не понимая, почему фигура замерла, но вскоре теряли интерес.

Использование силы на таком крупном объекте, да ещё и одновременное собственное движение вытянули из меня кучу энергии, я тяжело дышала, будто после долгого бега. Но выдавать нервозность нельзя, лучше прикинуться, что я сильно замёрзла, и направиться назад…

— Каэри? Это же каэри?

Вот как они могли это понять? По походке?

Я проигнорировала слова незнакомых — а может, и знакомых мне придворных, торопясь вернуться за внутреннюю стену, к замку. И только оказавшись внутри, выдохнула, пытаясь успокоиться.

Что бы они ни подбросили сэру Гектору, никто этого не найдёт… Я сама расскажу ему о том, что спрятала его шкатулку, и он решит, как с ней поступить.

Вернувшись через главный зал, я сразу поняла, что обыск уже начался, и взволнованно следила за тем, как несколько стражников направились в мою сторону.

— Следуйте за мной, мисс Сабин, — произнесли они сурово и окружили меня.

На их лицах читалось такое зверское выражение, будто я предала корону.

Да что же там ему подложили?

Стражники почти не разговаривали, пока мы поднимались наверх, к нашим покоям. Дыхание никак не успокаивалось, подпитываемое волнением перед тем, что сейчас произойдёт. Слава Кроффу, я спрятала шкатулку. Они ничего не найдут, просто не могут найти.

В наших покоях находились ещё четверо — они буквально переворачивали всё вверх дном, открывали сундуки, перетряхивали одежду, сдирали с кровати бельё. В дверях толпились придворные, включая лорда Бастиена, леди Элоиз и леди Камилл. Они взволнованно переговаривались, бросая взгляды на меня.

— Нашли! — услышала я громкий возглас седого мужчины с неожиданно чёрными усами.

Что они могли найти?!

Стражник как раз поднимал… какой-то свёрток из моего сундука, где я хранила личные вещи и одежду. Я замерла, буквально вросла в пол, не понимая, что происходит. Тряпки разворачивали одну за другой, пока не показалась…

— Королевская печать! Это она, под самым носом, арестуйте её! — отдавал приказы лорд Бастиен, указывая на меня. Стражники тут же схватили меня за руки и прижали локти за спиной так сильно, что я вся выгнулась.

Наверное, я просто не могла поверить, что всё это происходит наяву.

— Я не знаю, о чём вы говорите! — громко ответила я. — Я ни разу не видела этой печати, мне её подкинули!

Это невозможно…

— Разбираться будешь с королевским палачом, каэри! — усатый мужчина сделал знак уводить меня. — Впереди тебя ждут подвалы и плаха, ты ответишь за всё то зло, что твоё сопротивление принесло людям в Альмере и Меритане.

***

— Я требую приговора Кроффа! — я стучала по решётке темницы, привлекая внимание стражников, которых здесь было раза в три больше, чем положено.

Видимо, за побег лорда из Альмерэ им сильно досталось, и теперь они ударились в другую крайность, приставив кучу охраны и проверяя каждый документ.

— Всё будет, каэри, когда вернётся твой господин. А теперь молчи, твою случайную смерть здесь никто не заметит.

Неправда, сэр Гектор заметит. Да и обращались со мной относительно сносно только потому, что его боялись и уважали, если не среди знати, то хотя бы среди обычной