Там, где мы настоящие - Инма Рубиалес

У меня здесь есть все необходимое: роскошная отдельная ванная, огромная спальня, где можно пробежать марафон, и собственный телевизор. Я ненавижу, что комната такая большая. Она кажется еще более пустой. Ледяной. Стены на меня давят, и это невыносимо.

Делать особо нечего, только смотреть в окно и в телевизор. Странно включать его и слышать английскую речь. Я смотрю новости. В прогнозе погоды – солнце, солнце и еще раз солнце.

Интересно, когда в Финляндии снова выпадет снег.

Такие же ли там бесконечные дни.

Думает ли обо мне Коннор.

Все ли в порядке с его семьей.

Удастся ли им восстановить разрушения после пожара.

На пятый день я решаю, что, если проведу взаперти еще минуту, сойду с ума. Собравшись с силами, я принимаю душ, копаюсь в старой одежде, пока не нахожу спортивный костюм, и выхожу из комнаты. Не знаю, дома ли папа с Бренной; к счастью, я с ними не сталкиваюсь. Я выхожу из дома в наушниках – просто прогуляться. Включив музыку на полную громкость, я иду куда глаза глядят, рассматривая все вокруг. Вернуться туда, откуда ты родом, после того как нашел свой дом в другом месте, – все равно что пересматривать сериал, который обожал в детстве. Ты включаешь его и понимаешь, что все не так прекрасно, как тебе помнилось. Поначалу не можешь понять почему. На первый взгляд все то же самое. Место не изменилось. А потом осознаешь – изменился ты.

Я сижу на скамейке в тени дерева, нервно обкусывая заусенцы, когда вибрирует телефон. При виде имени на экране мой желудок сжимается: Сиенна.

Сначала я колеблюсь – отвечать или нет.

Потом решаю, что не могу быть такой эгоисткой.

Она же пригласила меня на свою свадьбу, черт возьми.

Уж ответить-то на звонок я просто обязана.

– Мэйв? – Я не заметила, что это видеозвонок, поэтому удивляюсь, когда вдруг на экране появляется лицо Сиенны. Увидев меня, она расплывается в широченной улыбке. – Вот ты где! Как дела? Я так хотела с тобой поговорить. Коннор рассказал нам про твоего папу. Я хотела написать, но мама сказала дать тебе несколько дней. Как он? Авария была серьезной? Он поправится, да?

Ее отношение застает меня врасплох – наверное, потому что в глубине души я была уверена: все там винят меня за то, что я уехала. Беспокойство Сиенны кажется искренним. Как и ее радость от возможности увидеть меня, пусть даже через экран.

– С папой все в порядке, – отвечаю я. – Пара переломов, но ничего, что не вылечится со временем и покоем.

– Правда? Как хорошо. Слава богу.

Она с облегчением опускает плечи. В этот момент в кадре появляется еще один человек и улыбается мне. Это Альберт. Я не очень понимаю, где они: комната незнакомая. Наверное, это их новый дом.

– Мне так жаль, Мэйв. Вы, должно быть, ужасно перепугались, – говорит Альберт. – Надеюсь, он скоро поправится.

– Спасибо. – Я выдавливаю из себя улыбку.

Тут Альберт берет Сиенну за руку, они переглядываются, и она прикусывает губу. Несмотря на все катастрофы последних дней, в ее глазах сейчас только счастье. Альберт кивает, и Сиенна хихикает.

– Мы должны тебе кое-что рассказать, – начинает она. – Мы несколько недель держали это в секрете, потому что не хотели волновать всех перед свадьбой, но…

– Да скажи ты уже. – Альберт игриво толкает ее плечом. – Хватит напускать таинственность.

Сиенна смотрит мне прямо в глаза.

– Я беременна, – объявляет она.

У меня екает сердце.

– Ты?..

Альберт расплывается в улыбке.

– Мы станем родителями.

Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но не могу подобрать слов. Они переглядываются, и Сиенна снова смеется от чистого счастья.

– Это… чудесная новость, – наконец выдавливаю я. – Я так рада за вас. Какой?..

– Четыре недели примерно. Как я и говорю, мы хотели объявить это уже после свадьбы. Вчера рассказали семье Альберта. Потом ужинали с моей. Видела бы ты лицо моего отца, когда мы сказали. Он расплакался, – взволнованно рассказывает Сиенна. Должно быть, она думает о том же, о чем и я: что меня, к сожалению, там не было, потому что ее улыбка слегка дрожит. – Как жаль, что тебя не было с нами. Я понимаю, почему так вышло, но… не знаю, я подумала, что должна позвонить, вдруг ты захочешь узнать.

Я судорожно киваю.

– Да, – быстро отвечаю я. – Спасибо, что рассказали. Из вас получатся замечательные родители.

Сиенна одаривает меня грустной, но очень искренней улыбкой. Рядом с ней Альберт говорит:

– Мы сообщим тебе, какое имя выберем.

– Выбирать буду я, – заявляет Сиенна.

– Мы выберем вместе, – возражает Альберт.

– Ты вынашиваешь ребенка?

– Нет.

– Значит, выбираю я.

Я смеюсь, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.

– Мы все еще работаем над этим, – со смехом уверяет меня Альберт и целует Сиенну в щеку, когда та фыркает.

Вдруг из другой комнаты доносятся голоса. Пульс учащается – один из них я узнала бы где угодно: искаженный, доносящийся издали, неважно.

– Ребята пришли помочь собрать мебель для гостиной. Хочешь поздороваться? – говорит Сиенна. – Кажется, Коннор…

Я торопливо мотаю головой.

– Мне пора идти. Извините.

– Но…

– Передавайте всем привет.

Я завершаю звонок.

Черт.

Я провожу руками по лицу и выдыхаю весь воздух из легких. Что со мной такое? Сиенна же ясно дала понять. Они знают, почему я уехала. Не злятся на меня. Какого черта я продолжаю от них бегать?

Я не могу говорить с Коннором.

Я этого не вынесу.

Когда я отправляюсь в обратный путь, в голове стоит туман. Такой сильный, что я даже выключаю музыку, оставляя наушники, только чтобы отгородиться от шума. Я поднимаюсь по ступенькам крыльца, чувствуя, как послеполуденное солнце обжигает кожу на шее. Сегодня небо совершенно ясное. Войдя в дом, я слышу голос Бренны с кухни:

– Мэйв, это ты? – Она отклоняется назад, чтобы увидеть меня через дверной проем. Приходится зайти. Она готовит что-то на плите, на ее тонкой талии повязан фартук, волосы распущены по плечам. Ее взгляд проскальзывает по мне с головы до ног. От этого мне становится неуютно в собственной коже. – Я пришла из офиса, а тебя нет. Не знала, что ты собиралась на прогулку.

– Нужно было проветриться, – отвечаю я.

– Может, накроешь на стол? Отец должен вот-вот прийти. Не придется долго ждать с ужином. Я умираю с голоду, ты разве нет?

Она снова поворачивается к плите, не давая мне возможности возразить. Ладно. Я поняла намек. Хватит сидеть взаперти. Сегодня ужинаю с ними.

– Я поднимусь переодеться и спущусь.

– Отлично.

Пока я иду к лестнице, мне приходит еще одно сообщение от Луки:

Можешь не