Там, где мы настоящие - Инма Рубиалес

Я должна ему это.

Должна нам обоим.

Я делаю глубокий вдох и гляжу прямо перед собой. Я не смогу смотреть на него, говоря это.

– Та девушка – это была не я, – наконец признаюсь я. – Не такой жизни я хотела. Поэтому и уехала.

Майк молчит несколько долгих секунд. Хоть и знаю, что не стоит, не могу не повернуться к нему. В отличие от нашего последнего разговора, сейчас в его глазах нет ни упрека, ни злости – только болезненное, печальное смирение.

– Лучше бы ты сказала мне об этом намного раньше, – тихо отвечает он.

– Я сама не понимала, пока не приблизилась дата свадьбы и я не осознала, что моя жизнь навсегда будет такой. Бизнес, семья, Майами… От одной мысли… – «…Мне становилось страшно, – хочу сказать я. – От одной мысли становилось страшно». Я откашливаюсь. Глаза начинает щипать. – Это не имеет отношения к тебе лично. Я даже не знаю, захочу ли когда-нибудь выйти замуж.

– Как раз имеет, – мягко возражает он. – И мы оба знаем, что однажды ты выйдешь замуж, просто не за меня.

Я мотаю головой, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы:

– Не говори так.

– Это правда, Мэйв.

Лучше бы он снова кричал на меня. Я предпочла бы прежнего Майка, который ненавидел меня и злился. С этим справиться труднее. Я задыхаюсь от чувства вины.

– Прости меня. За все. Я поступила неправильно, уехав вот так вот, не поговорив с тобой. Я понимаю, почему ты был в бешенстве. Ты заслуживал объяснений. А я просто струсила и не дала их тебе. Ты здесь ни при чем. Я всегда плыла по течению, потому что так было проще, а когда наконец решила взять жизнь в свои руки, сделала это так… отвратительно. – Ненавижу произносить это вслух. – Прости. Я пойму, если ты считаешь меня ужасным человеком.

– Я не считаю тебя плохим человеком. Может, ты и поступила неправильно, но и я тоже. Ты права. В тот день, во время нашего разговора… я был в ярости. И ревновал. Я не мог смириться с мыслью, что ты сбежала без меня и встретила кого-то другого. Мне не стоило говорить тебе всего того, что я сказал. Ты же знаешь, что на самом деле я так о тебе не думаю. – Он внимательно смотрит на меня. – Ведь знаешь?

Я киваю, но все же признаюсь:

– Тогда мне так не казалось.

– Я думаю, ты способна на все, что задумаешь. Во многом ты была для меня примером. Но я был не в том настроении, чтобы сказать тебе об этом после того, как ты прислала мне помолвочное кольцо курьером. – Он пытается пошутить, но мне не до смеха. Мне хочется биться головой о лобовое стекло. Провалиться сквозь сиденье и исчезнуть. – Видела бы ты реакцию нашей экономки, когда она нашла его в почтовом ящике.

Я прячу лицо в ладонях. Черт.

– Мне так жаль, – повторяю я.

– Не переживай. Через несколько лет это будет забавной историей.

– Надо было вернуть его лично. Правда, прости. Я была в отчаянии, но это не оправдание.

Майк грустно улыбается:

– Я бы сказал тебе оставить его себе.

– Не думаю, что это была бы хорошая идея.

Снова повисает тишина.

По крайней мере, пока он не спрашивает:

– Ты влюблена в него?

Мое сердце подскакивает.

– Майк…

– Можешь быть честной со мной еще минутку.

– Я не хочу делать тебе больно.

– Не знать будет для меня куда больнее.

– Да, я влюблена в него.

– Он хорошо к тебе относится?

– Очень.

– Но ты не знаешь, увидишь ли его снова.

– Нет, не знаю, вернусь ли я когда-нибудь туда.

– Тебе стоит вернуться, если ты счастлива там, – советует он.

Я откидываю голову назад и подавляю горький смешок.

– Скажи это моему отцу.

Майк выдерживает паузу.

– Питер беспокоится о тебе, Мэйв, – говорит он. – С тех пор как мы расстались, он не раз устраивал мне разнос. – Кажется, в его голосе слышится нотка юмора, хоть и немного натянутого.

– Он попросил тебя приехать за мной.

– Нет, все было не так. Я же сказал тебе вчера. Он не хотел, чтобы ты проделала одна такой долгий путь, упомянул об этом на деловом ужине с моей семьей, и я вызвался сам. – От этих слов что-то внутри меня надламывается. Майк неловко ерзает. – Не смотри на меня так, будто тебе меня жаль. Терпеть этого не могу.

– Прости, – снова говорю я.

– Хватит извиняться. Больше не за что просить прощения.

– Спасибо, что приехал, – говорю я вместо очередного извинения. Было бы ужасно в одиночку пройти через все это: аэропорт, досмотры, перелеты, пересадки.

Но Майк идет дальше. Когда наши взгляды снова встречаются, я вижу муку в его глазах.

– Я неправильно сложил дрова в камине. Я не хотел… – Его голос срывается. – Это был несчастный случай.

– Я знаю, – успокаиваю я его.

– Я поговорю с отцом. Мы свяжемся с этой семьей и возьмем на себя расходы на ремонт. Обещаю, мы сделаем все, чтобы дом стал как новый.

– Хорошо, – отвечаю я. – Спасибо.

Майк кивает, и его плечи расслабляются, словно с них сняли огромный груз. Возможно, он думал, что я виню его в случившемся или не приму его помощь. Конечно, еще предстоит разговор об этом с Ханной и Джоном, но я уверена, что они согласятся.

– Можно задать последний вопрос? – спрашивает он и, не дожидаясь ответа, продолжает: – Ты любила меня?

– Да, – отвечаю я. Это правда.

– Но не так, как я тебя.

– Майк…

– Мне нужно знать.

– Может быть, какое-то время и так. Не знаю.

– Все изменилось задолго до истории с Эрикой, да?

Мой взгляд наполняется грустью.

– В глубине души ты и сам знал, что у нас не складывается.

Майк чуть не предал мое доверие в тот день. И я не оправдываю его, но в каком-то смысле понимаю. Он был влюблен в меня. И наверное, раньше меня заметил, что все начинает рушиться. В те месяцы перед моим переездом в Портленд мы редко спали вместе, я говорила, что люблю его, будто на автомате, почти никогда не делала для него что-то просто так, от души. Может быть, в тот вечер та девушка дала ему то внимание, которого не давала я. И это заставило его засомневаться. То, что он чуть не сделал, было неправильно, но и то, что делала я – тянула отношения из страха, – тоже. Нам обоим следовало решиться все закончить намного раньше. Мы цеплялись за то, что никуда нас не вело.

– Ты заслуживаешь того, кто полюбит тебя по-настоящему, без страха, без ограничений, – говорю