Там, где мы настоящие - Инма Рубиалес

Коннор снова переводит внимание на меня.

– Откуда такая уверенность?

– Если кто здесь и виноват, так это я. Нужно было показать ему, как разжигать камин.

Коннор качает головой:

– Придурок.

– Его такси в аэропорт должно вот-вот приехать. Он уедет, и нам больше никогда не придется его видеть. Не стоит оно того. – Я кладу руку ему на грудь, останавливая, прежде чем ему придет в голову подойти к Майку и сделать какую-нибудь глупость. – Пожалуйста.

Конечно, Майк заслуживает гнева и упреков за свою ошибку. Но я убеждена, что это именно ошибка – недосмотр, случайность. Я видела панику на его лице, когда он выбежал из дома. Может, он иногда и ведет себя как придурок, но он не настолько плохой человек, чтобы намеренно устроить такую беду. Мы провели вместе много лет. Я хорошо его знаю. Готова поспорить, что его мучает чувство вины.

Коннор кивает, хотя не удерживается от еще одного взгляда в сторону Майка. Его мышцы все еще напряжены.

– Я скажу родителям, что ты поедешь с ними, – сообщает он перед уходом.

Всю ночь я не чувствовала холода, но теперь, похоже, адреналин сделал свое дело, и я не переставая дрожу. Вожусь с пледом, пытаясь достать телефон из кармана. Собираюсь написать Норе, чтобы вкратце рассказать о случившемся, но обнаруживаю, что не включала телефон с тех пор, как выключила его на пристани. Нетерпеливо нажимаю на кнопку, ожидая, пока загорится экран.

Как только я ввожу пин-код, устройство начинает вибрировать.

Один раз.

И еще.

И еще.

И еще.

И еще.

И еще.

30 сообщений

15 пропущенных вызовов

Входящий звонок

– Бренна? – Я в замешательстве подношу телефон к уху. Девушка моего отца никогда мне не звонила. Неужели из-за пожара? Это же невозможно, чтобы они уже узнали, правда?

– Мэйв? Боже мой, как я рада, что дозвонилась. Я думала, что не смогу с тобой связаться, и просто… не знала, что делать. – Ее голос заставляет меня насторожиться – не из-за облегчения в нем, а потому что она плачет. – Я пыталась дозвониться до Майка, но у него не ловит сеть. Мне очень нужно было тебе позвонить. Твоего отца увезли полчаса назад, новостей до сих пор нет, и я… я…

– Почему папу увезли? – В голове зарождается страшная догадка. «Нет-нет-нет, только не это». – Бренна, что произошло?

– Авария. Откуда ни возьмись вылетела машина на огромной скорости и…

Я перестаю ее слушать.

Я перестаю слышать вообще что-либо.

В ушах нарастает противный звон. Он сильнее и резче, чем сигнализация. Тело действует на автопилоте, пока сознание уплывает куда-то далеко. Бренна рыдает в трубку. Умоляет меня остаться, говорит, что не стоит лететь через всю страну, а я обещаю, что все равно приеду, что буду там как можно скорее. Когда она отключается, я удивляюсь, что сердце все еще бьется. В голове крутятся только «папа», «авария», «ранен», «больница».

«Только не снова».

«Я больше никого не могу потерять».

Я иду к дому.

– Мэйв? – Коннор догоняет меня.

Я осторожно высвобождаюсь из его рук.

– Мне нужно забрать сумку. Я должна ехать.

– Что?

– Папа в больнице, – отвечаю я, не глядя на него. – Мне надо ехать. Нужно взять паспорт.

Я не останавливаюсь посмотреть его реакцию. Просто иду к дому. Не могу думать ни о чем. Он бежит следом.

– Что? Почему? Что случилось?

– Авария. Только что звонила Бренна. Мне нужно успеть в аэропорт, чтобы…

– Все хорошо, – перебивает он спокойным голосом. Берет меня за руку, заставляя остановиться. Я испуганно смотрю на него, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. – Я тебя отвезу. Дай только позвоню родителям. Они уже уехали к Фредрике. Черная сумка, верно?

Я киваю, и он, не выпуская моей руки, говорит что-то по-фински одному из пожарных на крыльце.

Я испытываю невероятное облегчение, когда пожарный направляется в дом – видимо, за моей сумкой. Тяжело вздыхаю и провожу дрожащими руками по лицу. С Коннором рядом будет легче пережить случившееся. Пусть он и не сможет проводить меня до самого выхода на посадку, но я благодарна за каждую секунду его поддержки.

Вскоре мне приносят сумку. Пожарный протягивает еще и толстовку – я сразу узнаю, что она Коннора. Сам Коннор отошел поговорить по телефону. Я аккуратно складываю одеяло на ступеньках крыльца, натягиваю толстовку, проверяю содержимое сумки – все ли на месте: кошелек, деньги, паспорт – и застегиваю молнию. Руки не перестают дрожать. Сердце колотится как безумное. Меня трясет от страха.

– Родители не отвечают. – Коннор возвращается ко мне. – Я пытался дозвониться, но телефоны, похоже, выключены. – От этих слов у меня все обрывается внутри. Он проводит рукой по волосам – встревоженный, напряженный. Его спокойствие дает трещину; я вижу, как на него наваливается осознание происходящего – то же, что случилось со мной. – Мы можем… Давай подождем, пока они вернутся.

Я мотаю головой. В глазах стоят слезы. Невыносимо уезжать, не попрощавшись с Ханной и Джоном, с Лукой, с Сиенной, не обняв Нико. Но выбора нет.

– Такси вот-вот будет здесь.

В глазах Коннора – боль.

– Мы можем подождать, – не отступает он.

Я направляюсь к дороге:

– Мне нужно ехать.

– Мэйв… – Он идет следом.

– Я должна узнать, что с папой.

– Ты точно уверена? – Он хватает меня за запястье, останавливая.

Я настолько оглушена, что не сразу понимаю смысл его слов. А потом вижу выражение его лица, и до меня доходит, что он имеет в виду.

И вот тут меня окончательно накрывает.

Я вырываюсь и отступаю назад, глотая слезы.

– Не смей даже говорить такое, – выдавливаю я сквозь боль. Грудь сдавило так, что мне тяжело дышать.

Коннор медленно качает головой, не отводя от меня взгляда.

– Ты же не знаешь наверняка, правду ли говорит Бренна, – шепчет он.

– Папа бы никогда мне не солгал.

– Ты не можешь быть уверена.

– Как у тебя язык поворачивается такое говорить? – всхлипываю я. Весь мир плывет перед глазами. Коннор, похоже, понимает, что переступил черту, что я на грани срыва, но уже слишком поздно. – Мой отец, возможно, сейчас при смерти в больнице, а ты намекаешь, что он мне солгал?

– Ты же понимаешь, я не это имел в виду, – осторожно произносит он. – Я просто пытаюсь тебя защитить.

– Мне нужно ехать, – повторяю я. Нельзя терять ни секунды – если вдруг опоздаю на рейс, неизвестно, сколько придется ждать следующего. И будут ли вообще свободные места.

– Давай дождемся родителей. Купим билеты. И я отвезу тебя в аэропорт.

Я мотаю головой, не в силах сдержать рыдания:

– У меня уже есть билеты.