Дитя Палача - Анна Ланг

— Ваша Светлость! Ваша Светлость! За вами приехал посланец короля!

Сэм вышел из детской, кивнул растерянной Мелиссе и поспешил навстречу гонцу Его величества. Герцог Аберкромби удивился, увидев своего бывшего помощника. Хотя, в глубине души Сэм все же надеялся, что когда-нибудь к его услугам захотят прибегнуть.

— Ваша светлость, мне очень жаль беспокоить вас, но в Уэльсе у нас неприятности. Бунт Ребекки, — сообщил помощник герцога Аберкромби, занявший его место, а сейчас его бывший заместитель прибыл в Вайсеншлосс с вестями о бунтах.

Сэм перевел взгляд на своего помощника, их взгляды встретились. Герцог прочёл в его глазах просьбу отправиться в Уэльс.

— Ребекка? Кто это? — удивился Cэмюэл.

— Это крестьяне, им не нравится то, что за проезд по дорогам взимается плата. Они переодеваются в женские одежды и выкрикивают лозунги из Библии, вспоминая слова: «Они благословили Ребекку и сказали: пусть потомки твои наследуют жилища врагов твоих». Они рядятся в женские одежды, жгут платные ворота и работные дома.

Бунтовщики разделились на несколько отрядов, каждый отряд имеет своего лидера, Ребекку, а члены отрядов зовутся дочерьми Ребекки. Бунтовщики разрушают дороги, платные ворота, в основном они бесчинствуют по ночам. Разрушая платные ворота, протестующие хотят дать беднякам возможность свободно передвигаться. Они скрывают свои лица за масками или чернят лица копотью.

— Платные ворота? — удивился Сэмюэл. — Они же всегда существовали.

— Увы, да, но неурожай последних лет, высокая рента и пошлины привели к тому, что крестьяне распродали запасы и…

— И выместили свой гнев на платных воротах.

— И работных домах. Говорят, в работных домах даже пытают живущих там несчастных.

И, Ваша Светлость, — зачастил помощник, — власти посадили местного престарелого кузнеца в тюрьму, но тот, конечно же, ничего не знал ни о личности бунтовщиков, ни об объектах, на которые те собираются напасть. Его попросту сделали козлом отпущения.

— И что вы предприняли? — мрачно задал вопрос Сэм.

— Мы подтянули армию и кавалерию к очагам бунта, кое-какие платные ворота даже удалось спасти, но бунтовщики по-прежнему продолжают бесчинствовать и крушить дороги.

— Мы не можем допустить, чтобы протесты перекинулись на всю страну— заявил Сэмюэл, размышляя. — Я дам распоряжения дворецкому, отпишу местному мэру и управляющему. Мне нужно быть уверенным в том, что дела в Вайсеншлоссе и в поместье моей матушки будут вестись должным образом. Через пару недель, если погода будет нам благоприятствовать, мы окажемся в Уэльсе.

Помощник Сэма отказался от ужина, и герцог решил сразу же выдвинуться в путь. О поцелуях и Мелиссе он подумает потом. С лёгким сожалением Сэм отогнал от себя мысль о том, что не успел попрощаться с Мелиссой.

Глава 18

Сэмюэл появился в Уэльсе спустя 15 дней, они с помощником скакали без перерыва, останавливались только на постоялых дворах, чтобы наскоро поесть, поспать и поменять лошадей. Сэмюэл мог бы воспользоваться дилижансом, но он предпочел явиться на место бунта как можно скорее.

Герцог и его помощник, прибыв на место беспорядков, собрали представителей местных властей, полицейских, армейские чины, чтобы разработать план действий и остановить бунтовщиков. Сэмюэл подумал, что крайне важно не допустить превращения восстания Ребекк в пожар волнений по всей стране. В этот раз он не подведёт его Величество.

В городе Кармартен отряду кавалерии удалось разогнать восставших, которые намеревались освободить живших в работном доме. По слухам, управители работного дома не брезговали пытками. Сэмюэл, координируя действия армии, решил лично проверить сие богоугодное заведение — худшие опасения подтвердились, глазам герцога предстало весьма прискорбное зрелище. Он повелел оказать помощь несчастным, пострадавшим от рук руководства. Бывший Палач велел подвергнуть тем же самым пыткам управителей. Помощнику же герцог Аберкромби поручил найти подходящего управляющего, честного и справедливого, который даже думать не будет о пытках и любом причинении вреда.

Герцог Аберкромби вместе со своим помощником и властями оцепили войсками платные ворота, ключевые пункты городов, чтобы не дать бунтовщикам разрушать здания, дороги и пугать население и дальше.

С помощью армии, разработав четкий план, Сэм отловил всех "Ребекк", крестьян в женских платьях, все также чернивших лица копотью, чтобы избежать опознания. Сэмюэл выслушал каждого и пообещал лично проверить все работные дома, и в случае обнаружения несправедливости, собственноручно принять меры и вздернуть каждого, кто злоупотреблял своим положением. Полетели головы не только управляющего работного дома Кармартена, Сэм приказал повесить и остальных глав работных домов. Выяснилось, что и эти управители обращались самым негодным образом с обитателями данных учреждений.

Власти Уэльских городов и помощник Сэмюэла поспособствовали внесению ряда поправок в постановление об уплате за пользование дорогами, чтобы как-то облегчить бремя поборов простому люду. Благодаря своевременному вмешательству Палача волнения в Уэльсе удалось подавить и они не превратились в нечто большее.

Помощник Сэмюэла горячо благодарил герцога за своевременно оказанную поддержку, и обещал ходатайствовать у Его Величества о помиловании герцога Аберкромби, однако Сэм отказался. Его ждал ребенок и Мелисса.

Палач не мог предположить, что по возвращении из Уэльса его будет встречать совсем другая женщина. Сэмюэл нёсся домой и надеялся, что ответная ласка Мелиссы, у кровати его сына, несла в себе нечто большее, чем желание поддаться порыву. Он обещал себе не повторять тех же ошибок, что уже когда-то совершил с Мэриан.

Глава 19

Мелисса

Мелисса вспоминала прикосновения герцога к губам — случайные, греховные и такие сладкие. Девушка слышала, как перешептывалась челядь — поговаривали, герцогу нужно было срочно уехать, в Уэльсе крестьяне подняли восстание. Из того, о чем шептался люд на рынке, из разговоров слуг, которые доносились до Мелиссы, девушка поняла, что в Вайсеншлоссе людям было незачем бунтовать.

Герцог был строг, но справедлив — в неурожайные годы крестьяне и арендаторы не платили ни аренду, ни церковную десятину, ни обязательные поборы, а самые бедные семьи могли получить зерно из хранилищ Вайсеншлосса. Герцог Аберкромби требовал преданности, и люди отвечали ему взаимностью.

Любовь к Сальваторе никуда не делась, и по-прежнему горчила в душе Мелиссы, по-прежнему болела, как болит и мучает зияющая рана, но то чувство, которое, вопреки всему, росло в душе Мелиссы сейчас, напоминало первый подснежник, пробивающийся в холодном снегу. Даже если поцелуй оказался случайностью, даже если нежность Сэмюэла Мелиссе почудилась, она сохранит её в душе, как внезапный