Панда в пене: Приключение, изменившее всё - Юлианна Славина

очень агрессивна для человека, который ничего не понимает в происходящем.

— Ночью у себя на кухне я агрессивна по расписанию.

Это, кажется, впервые выбило у него что-то вроде короткого, почти невольного удивления.

Но длилось недолго.

Влад снова перевёл взгляд на Марфушу.

— Отдай кольцо. Сейчас.

Юля тоже повернулась к панде.

— Марфуша. Отдай.

Панда посмотрела сначала на Юлю. Потом на Влада. Потом очень медленно спрятала кольцо за спину.

— Ты это видишь? — спросила Юля шёпотом.

— К сожалению, да.

— Она издевается.

— Я давно об этом говорю.

Юля медленно села на корточки.

— Марфуша, солнышко, давай не будем усугублять. Если это правда чужое, надо вернуть.

Панда выпятила нижнюю губу. Во всяком случае, выражение морды было именно таким.

— Не спорь со мной, пожалуйста. Мне и так тяжело.

Марфуша посмотрела на неё ещё секунду. Затем медленно-медленно вытянула лапу.

Юля уже потянулась взять кольцо.

Но в последний момент панда резко отдёрнула его обратно.

И уставилась на Влада.

Юля впервые в жизни увидела на морде панды выражение откровенной ехидцы.

Это было невозможно. Но это было.

Марфуша сжала перстень покрепче, а потом, словно прекрасно понимая весь эффект, развернулась к Владу попой и вызывающе покачала ею из стороны в сторону.

На кухне повисла тишина.

Юля медленно выпрямилась.

— Мне кажется… — осторожно начала она, — или она тебя реально троллит?

Лицо Влада стало совершенно непроницаемым.

Пугающе непроницаемым.

— Это, — очень тихо сказал он, — последняя капля.

Юля не успела ничего понять.

Он резко сорвал с шеи цепочку, на которой висел тёмный камень в серебряной оправе. Камень был величиной с крупный орех, гладкий, матово мерцающий изнутри, будто в нём клубился густой дым.

Влад сжал его в ладони. Прошептал что-то на незнакомом языке. А потом с рыком швырнул камень в стену.

Мир дёрнулся.

Не образно. Буквально.

Стена кухни пошла рябью, как вода от удара. Штукатурка не осыпалась, не треснула — она будто расплавилась в воздухе. Свет погас и вспыхнул снова, но уже другим оттенком: не электрическим, а призрачным, серебристо-синим. В самом центре стены раскрылся вертикальный разлом, пульсирующий светом и глубиной.

Портал.

Именно так это и выглядело. Не дверь. Не проём. Не фокус.

Портал.

Юля отшатнулась, ударившись бедром о стол.

— Что это?!

Влад уже шагнул к Марфуше.

— Мой путь домой.

Он схватил панду за шкирку прежде, чем та успела улизнуть. Марфуша возмущённо заверещала, кольцо блеснуло у неё в лапе.

— Эй! — закричала Юля. — Отпусти её!

Но Влад уже разворачивался к порталу.

В этот момент у Юли была одна-единственная нормальная мысль:

если он сейчас уйдёт с Марфушей, я больше никогда её не увижу.

За ней тут же пришла вторая, гораздо менее нормальная, но оказавшаяся сильнее: нельзя его отпускать.

— Стой! — крикнула Юля и бросилась вперёд.

Влад обернулся на ходу.

— Не смей!

Но было поздно.

Он шагнул в светящийся разлом. И Юля, не придумав ничего умнее, нырнула следом.

Переход через портал не был похож ни на что, что она могла бы себе представить.

Не падение. Не полёт. Не тьма.

Скорее ощущение, будто реальность на мгновение вывернули наизнанку. В ушах зазвенело. Воздух исчез. Тело стало невесомым, а потом, наоборот, слишком тяжёлым. Вокруг мелькнули полосы света, тени, какие-то золотые искры и влажный запах грозы.

А потом всё оборвалось.

Юля вывалилась на колени на твёрдую землю и судорожно вдохнула.

Воздух здесь был другим.

Чистым. Острым. Холодным. Пахло хвоей, мокрым камнем и чем-то ещё — диким, живым, незнакомым.

Она подняла голову.

И замерла.

Перед ней простирался совсем другой мир.

Ночное небо было выше, глубже и ярче, чем в городе. По нему текли медленные светящиеся облака, а среди звёзд висели сразу две луны: одна большая, серебряная, другая тонкая, голубоватая, как осколок льда.

Они стояли на каменной площадке среди высоких елей. Вдалеке мерцали огни — не электрические, а тёплые, золотые, словно где-то среди леса раскинулся город из сказки. Ещё дальше на горизонте возвышались чёрные горы, вершины которых поблёскивали лунным светом.

Влад уже стоял в нескольких шагах от неё, всё ещё держа Марфушу. Его силуэт на фоне этих лун выглядел так, словно был частью этой странной, дикой красоты: высокий, тёмный, опасный.

И совершенно на своём месте.

А Юля — нет.

Она медленно поднялась.

— Что… — голос сорвался. — Что это за место?

Влад посмотрел на неё так, будто всё ещё не мог решить, восхищаться её безумием или злиться на него.

— Я же сказал, — хрипло произнёс он. — Это мой дом.

Юля обвела взглядом лес, небо, луны, свет вдали.

Потом снова посмотрела на него.

— Нет, — тихо сказала она. — Нет. Это не дом. Это… это другой мир.

Влад ничего не ответил.

Марфуша в его руках вдруг перестала вырываться и с важным видом высунула лапу, в которой всё ещё поблёскивал тот самый перстень.

Как будто подтверждая: да, всё именно так. Добро пожаловать.

Юля медленно перевела взгляд с кольца на Влада.

На его золотистые глаза. На странную, звериную напряжённость в движениях. На слишком острое выражение лица.

И вдруг поняла, что самое страшное ещё даже не началось.

Потому что если порталы существуют, если её панда — воровка с загадками, если этот мужчина пришёл за ней из другого мира,

то всё, что она считала невозможным, только что перестало быть невозможным.

А значит, и сам Влад может оказаться совсем не тем, кем выглядит.

Ночной ветер шевельнул её волосы. Где-то в лесу раздался протяжный, глубокий вой.

Юля вздрогнула.

Влад усмехнулся — коротко, мрачно и почти хищно.

— Похоже, — сказал он, не сводя с неё глаз, — разговор у нас будет долгий.

И Юля вдруг отчётливо поняла: назад её жизнь уже не вернётся прежней.

Глава 5

Юля никогда не думала, что можно одновременно чувствовать себя потерянной, злой, восхищённой и смертельно уставшей.

Но именно это с ней и происходило.

Она стояла посреди каменной площадки, на краю чужого леса, под двумя лунами, и смотрела на Влада так, будто от силы одного только взгляда он обязан был немедленно всё исправить: закрыть разлом между мирами, вернуть ей привычную жизнь, объяснить, почему панда, подобранная у мусорных баков, привела её в место, которого не должно существовать.

Марфуша сидела неподалёку, прижимая к себе лапами перстень с волчьей печатью, и выглядела при