Панда в пене: Приключение, изменившее всё - Юлианна Славина

словно замерло: солнечный свет в окне, тишина зала, его ладонь на её локте, её сбившееся дыхание, и что-то новое, тревожное, тёплое между ними.

Первой отстранилась Юля.

— Спасибо, — тихо сказала она.

— Не за что, — так же тихо ответил Влад.

И почему-то после этого найти кухню стало гораздо сложнее, чем раньше.

К вечеру Юля и вовсе начала чувствовать себя так, будто живёт здесь уже дольше, чем один день.

Она сидела у окна в своей комнате, накинув кардиган, и смотрела, как лес снаружи постепенно темнеет. Две луны снова поднимались над вершинами деревьев. Внизу, на дорожке, Влад о чём-то говорил с Арденом. Марфуша спала у камина, свернувшись пушистым клубком.

Всё это было так далеко от её прежней жизни, что казалось почти сном.

Но сном необыкновенно красивым.

Когда Юля спустилась к ужину, Влад уже ждал в столовой. Свет от свечей делал его лицо мягче, но не менее притягательным. На тёмном фоне волос особенно выделялись золотистые глаза.

Юля тут же мысленно себя отчитала.

Нет. Не надо. У тебя межмировая катастрофа, а не романтическое настроение.

Но сердце, как назло, считало иначе.

— Ты молчаливая, — заметил Влад, когда они сели за стол.

— Я думаю.

— О чём?

Юля взяла вилку, потом снова опустила её.

— О том, что ещё неделю назад я ругалась с начальницей из-за кустарников в сквере. А теперь живу в доме оборотня, в другом мире, и спорю с магической пандой за право первой занять ванну.

— И кто побеждает?

— Пока панда.

Влад кивнул так серьёзно, будто это был стратегический отчёт.

— Я предупреждал, что она опасна.

Юля фыркнула.

— Да. Но не уточнил, что в бытовом смысле.

Марфуша, словно почувствовав, что речь о ней, в этот момент показалась в дверях столовой. На голове у неё висела кружевная салфетка, каким-то образом нацепленная как чепец.

Юля закрыла глаза.

— Нет.

Влад обернулся. Посмотрел на панду. Потом на Юлю.

— Это тоже осмысленно? — спросила она.

— Безусловно.

Марфуша прошла внутрь с достоинством аристократки на утреннем приёме.

И впервые за весь день Влад рассмеялся в голос.

Негромко. Низко. Коротко. Но по-настоящему.

Юля подняла на него взгляд и вдруг замерла.

Потому что смеющийся Влад был совсем другим. Не мрачным. Не пугающим. Не колючим.

Просто живым. Тёплым. Невероятно красивым.

Он почувствовал её взгляд и тут же снова стал серьёзнее.

Но было поздно.

Юля уже увидела.

И, кажется, поняла что-то важное.

О том, что этот мир опасен. Что он чужой. Что путь домой пока закрыт. Что впереди много неизвестного.

Но также — что рядом с этим мужчиной и этой невозможной пандой в её жизни уже началось что-то настоящее. Что-то большое. И что, возможно, именно здесь, под двумя лунами, среди леса, магии и нелепых сцен с носками, тазами и кружевными салфетками, её судьба только-только начинает распускаться.

Марфуша тем временем подпрыгнула, пытаясь стащить со стола пирожок.

Они с Владом одновременно потянулись вперёд.

И снова сказали хором:

— Нет!

Пауза. Взгляд. Тёплая, неловкая тишина.

А потом Юля не выдержала и улыбнулась.

И Влад — тоже.

Глава 6

Юля не собиралась привыкать к новому миру.

Серьёзно. У неё был вполне внятный внутренний план: держаться, не расслабляться, не терять голову, помнить, что всё это временно, не слишком привязываться к красивому дому, магическим лесам, странным птицам и особенно — к одному мрачному оборотню с золотыми глазами и раздражающе правильными скулами.

План был хороший.

К сожалению, как и многие хорошие планы в её жизни, он разбился о реальность примерно на третий день.

Потому что невозможно жить в доме среди леса, где по утрам окна заливает медовый свет, в саду цветут серебристые кусты, а воздух пахнет хвоей и травами, — и сохранять холодную отстранённость так, будто ты просто сняла номер в гостинице.

Ещё сложнее не привязываться к мужчине, который сначала кажется угрюмой проблемой, а потом вдруг оказывается способным молча принести тебе плед, когда ты уснула у окна, не разбудить, а только аккуратно укрыть. И уж совсем почти невозможно сохранять душевное равновесие, если между вами постоянно носится Марфуша, которая ведёт себя так, будто уже давно назначила себя главным организатором вашей личной жизни.

Это Юля поняла не сразу.

Сначала всё действительно было просто: она осваивалась, пыталась не путаться в коридорах, задавала вопросы о мире, а Влад отвечал — коротко, сдержанно, но всё же отвечал. По-своему это уже было признаком прогресса. В первые часы знакомства он вообще смотрел так, будто предпочёл бы общаться только с ветром, лесом и, может быть, собственным недовольством.

Теперь же они хотя бы могли сидеть за одним столом без ощущения немедленной дипломатической катастрофы.

Марфуша, естественно, ускоряла процесс как могла.

Например, на следующее утро после истории с прачечной Юля проснулась от подозрительной тишины.

Это само по себе уже было дурным знаком.

За те дни, что они прожили в доме Влада, она успела усвоить простое правило: если Марфушу не слышно — значит, она занята чем-то особенно опасным.

Юля открыла глаза и сразу увидела, что панды в комнате нет.

— Нет, — сонно сказала она потолку. — Только не с утра.

Она быстро накинула халат и вышла в коридор. Дом ещё только просыпался. Издалека доносились негромкие шаги слуг, запах выпечки тянулся со стороны кухни, за окнами мягко светлело. Всё было слишком мирно.

Подозрительно мирно.

— Марфуша? — позвала Юля, спускаясь по лестнице.

Ответа, конечно, не было.

Она прошла через гостиную, заглянула в библиотеку, потом в столовую — пусто. И только подходя к малому зимнему саду, услышала очень знакомый звук.

Шуршание.

Потом лёгкий металлический звон.

Потом довольное сопение.

Юля резко толкнула дверь.

И застыла.

Влад стоял посреди зимнего сада в тёмной рубашке, ещё не до конца застёгнутой, с растрёпанными после сна волосами и выражением ледяного неверия на лице. А перед ним, сидя на мраморном столике среди горшков с цветами, Марфуша с величайшим удовольствием перебирала содержимое небольшой деревянной шкатулки.

Точнее — содержимое уже было повсюду.

Запонки. Кольца. Цепочка. Пара каких-то металлических амулетов. И очень знакомый серебряный кулон, который панда как раз пыталась подцепить когтем.

— Нет, — одновременно сказали Юля и Влад.

Марфуша вздрогнула, посмотрела на них обоих и, не колеблясь ни секунды, схватила кулон зубами.

— Только не это, — простонал Влад.

И панда рванула.

Зимний сад превратился в