Панда в пене: Приключение, изменившее всё - Юлианна Славина

class="p1">Марфуша, напротив, была в полном восторге. Она носилась между кустами, выскакивала на тропу, исчезала снова, будто наконец вернулась в среду, где её уровень хаоса выглядел естественным.

— Она не убежит? — спросила Юля, с тревогой глядя, как панда снова юркнула в темноту.

— Нет, — ответил Влад. — Привязана к тебе.

— В смысле?

Он чуть замедлил шаг.

— Разумные звери выбирают. Если приняли кого-то как своего, то далеко не уйдут.

Юля невольно посмотрела в ту сторону, где мелькала чёрно-белая спина Марфуши.

В груди что-то дрогнуло. Тепло. Немного беспомощно.

— А ко мне она почему привязалась? — спросила она тише.

Влад пожал плечом.

— Ты её пожалела. Накормила. Забрала к себе. Для таких, как она, это имеет значение.

Юля хмыкнула.

— Очень мило. Особенно если учесть, что потом она уволила меня с работы.

— Не она тебя уволила.

— Конечно. Формально — начальница. Но у Марфуши был сильный вклад в процесс.

Панда именно в этот момент выскочила на тропу, неся в зубах какую-то блестящую веточку.

Влад закрыл глаза.

— Вот видишь?

— Марфуша, брось! — тут же сказала Юля.

Панда послушно выплюнула веточку. Потом, подумав, наступила на неё лапой, словно чтобы никто не подумал, будто она особенно расстроена.

— Удивительно, — заметил Влад. — Тебя она слушается.

— Не всегда.

— Всё равно лучше, чем меня.

— Ну, ты вломился к ней в жизнь не с печеньем.

Он бросил на неё быстрый взгляд.

— А ты, значит, купила её доверием?

— Печеньем и состраданием. Это, знаешь ли, базовый набор.

На этот раз он не ответил. Но уголок его рта едва заметно дрогнул.

Это было настолько мимолётно, что Юля могла бы решить, будто ей показалось. Но почему-то не показалось.

И это раздражало.

Потому что, каким бы напряжённым ни был момент, нельзя же вот так взять и заметить, что опасный незнакомец-оборотень красив, ироничен и, кажется, иногда всё-таки умеет не только рычать.

Великолепно, — подумала Юля. — Просто великолепно. Новый мир. Никаких перспектив. И я ещё успеваю оценивать скулы.

Тропа вывела их к высокому каменному дому, почти особняку, стоящему на возвышении среди тёмных елей. Он был светлым, с резными балконами, высокими окнами и островерхой крышей. В свете двух лун дом казался одновременно реальным и сказочным — как раз тем самым, что мог бы красоваться на обложке романтического фэнтези: загадочный, красивый, немного опасный, обещающий тайны и близость.

Юля остановилась.

— Ничего себе.

— Что? — спросил Влад.

— Ты живёшь… вот здесь?

— Да.

— А можно было начать знакомство с этого. Я бы хотя бы морально подготовилась к масштабу.

Он посмотрел на неё с лёгким непониманием.

— Подготовилась к чему?

— К тому, что ты не просто сумрачный похититель панд, а ещё и владелец сказочного дома в лесу.

Он странно на неё посмотрел, но ничего не ответил.

Двери открылись раньше, чем они успели подняться по лестнице. На пороге появился мужчина лет пятидесяти с идеально прямой спиной, спокойным лицом и той степенью невозмутимости, которая либо воспитывается годами службы, либо выдаётся специальной магией при рождении.

— Господин Влад, — произнёс он, чуть склонив голову.

— Арден, — коротко кивнул Влад. — Это Юлия. Она останется у нас.

Арден перевёл взгляд на Юлю. Затем на Марфушу. Затем снова на Юлю.

И даже не моргнул.

— Добро пожаловать, госпожа Юлия.

— Вас совсем не смущает, что он пришёл ночью с незнакомой девушкой и пандой? — не выдержала Юля.

Арден ответил с лёгкой, едва уловимой сухостью:

— Госпожа, за годы службы я видел господина Влада в куда более сложных обстоятельствах.

Влад помрачнел.

— Арден.

— Разумеется, господин. Я распоряжусь подготовить комнаты. И… убрать всё блестящее с нижних полок.

Марфуша тут же с подозрением уставилась на него, будто почувствовала личное оскорбление.

Юля фыркнула.

— Кажется, вы друг друга сразу поняли.

— Я умею распознавать угрозы, — безмятежно ответил Арден.

Внутри дом оказался ещё красивее, чем снаружи.

Высокие потолки. Тёплый свет стеклянных ламп. Лестницы из тёмного дерева. Каменные арки. Картины. Полки с книгами. Ковры, в которые ноги почти тонули.

И всюду ощущение не музея, а живого, тёплого пространства. Здесь жили. Ходили. Спорили. Молчали. Пили чай. Возможно, превращались в волков — эту мысль Юля пока старалась мысленно отодвигать подальше.

Ей выделили просторную комнату на втором этаже. Огромная кровать, окно во всю стену, вид на лес и серебряный свет лун, камин, кресло у окна, умывальня за ширмой.

Юля вошла и только медленно сказала:

— Мне кажется, эта комната больше моей квартиры.

— Возможно, — ровно отозвался Влад.

— Очень обнадёживает.

Марфуша сразу же запрыгнула на кровать.

— Нет, — автоматически сказала Юля.

Панда легла.

— Нет, я серьёзно.

Панда перевернулась на спину и раскинула лапы, заняв половину покрывала.

Влад молча наблюдал.

— И часто она так делает? — спросил он.

— Постоянно. Обычно после того, как я что-то запрещаю.

— И ты всё равно её защищала.

Юля взглянула на Марфушу, потом на Влада.

— Да.

— Почему?

Ответ вырвался сам собой:

— Потому что она моя.

Несколько секунд он просто смотрел на неё.

Что-то в его лице изменилось, но совсем ненадолго.

— Завтра поговорим подробнее, — сказал он наконец. — Тебе нужно отдохнуть.

— Влад.

Он остановился у двери.

— Что?

— Ты правда попытаешься вернуть меня домой?

На этот раз молчание было коротким.

— Да, — сказал он. — Если ты захочешь вернуться.

Почему-то именно эта оговорка — если захочешь — задела сильнее, чем могла бы. Юля не успела разобраться, почему. Может быть, потому что он произнёс это так, будто допускает мысль, что когда-нибудь она сама не захочет назад.

Когда дверь за ним закрылась, Юля медленно села на край кровати.

Марфуша тут же перебралась к ней и положила морду на колено.

— Ну что, — тихо сказала Юля, глядя в окно на две луны. — Теперь, кажется, мы с тобой официально влипли.

Марфуша фыркнула.

— И не смотри на меня так. Это ты начала. Может все же вернешь Владу его перстень? Красть чужое плохо!

Юля постаралась своими словами пристыдить засранку, но видимо у нее ничего не вышло.

Марфуша фыркнув, развернулась к Юля жопой, претворилась спящей.

Вот уж действительно засранка

Утро в новом мире оказалось неожиданно солнечным.

Свет лился в высокие