Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3 - Дия Семина

— Я, проезжая мимо ресторана, сделала заказ, надо было бы предупредить, но пришлось заехать в магазин, потому опоздала и приехала позже доставки еды.

— Да это я поняла, не дурында и старческим маразмом не вознаграждена, покуда. Ты ж мне причину скажи, милая моя, а то вся в делах…

— А разве у нас мало причин? Савелий встал, детки уже привыкают и пора им познакомиться, магазин нашёлся, и мы его скоропалительно обустраиваем и скоро открытие. Документы по продаже дома уже на регистрации в городской Управе. Поводов слишком много, чтобы их игнорировать. Нам пора собраться всем вместе за одним столом, и тебе обязательно, и Ию пригласим, и детей, и Виолетту, все вместе сядем большой компанией за один стол и отпразднуем.

— Ишь что удумала. Но права, так давно праздников в доме не было. А праздники нужны. Ладно, пойду, обрадую кухарку, что у нас сегодня только сервировка и подача. В большой гостиной-то накрывать?

— Да, в большой на втором этаже, пока Савелий по ступеням не бегает, лучше не рисковать.

— Да уж, лучше не рисковать. Ты только напомни ему, что он совсем недавно лежал пластом, а то сам позабыл, того и гляди умчится по делам.

Смеюсь, потому что няня права, Савелий может.

— Так стол накрывать когда?

— Сейчас почти шесть вечера, к семи, только надо предупредить всех, что сегодня у нас долгожданный праздник!

— Скажу горничной, пробежит по дому, предупредит. К тебе Глашу-то позвать? Запропастилась она…

— Тише, не тронь деву.

— Да что такое? Опять секреты от старухи? А как её не трогать-то? Она ж горничная.

— Да влюбилась она в Виктора, она даже мне стесняется сказать, а тут ещё Виолетта красавица всё время между ними хвостом крутит, но не по злобе, конечно, а по делам. Я сегодня Глашу как бы невзначай отправляю до семи вечера проехать с Виктором в салон, забрать заказанные шторы и отвезти в наш магазин, они там сами и повесят. Она же горничная, лучше неё никто со шторами не управится. А Виктор знает все адреса. Сейчас она принаряжается, а он ждёт её в гостиной на первом этаже, не спугни. Вечерний променад им устроим, пусть поближе познакомиться и без свидетелей.

Няня беззвучно рассмеялась, прикрыв рот рукой. Покачала головой и махнула на меня рукой.

— Такая же сводня, как и твоя матушка. А вдруг она Виктору не нравится? Да и вечер, они в магазине-то одни…

— Не одни, там двое работников и женщина уборщица до девяти вечера трудятся. Не сомневайся нравится она ему. Виктор на Виолетту смотрит, как и на меня, как на госпожу. Умный, серьёзный мужчина. А когда мы нарядили Глашу и посадили в кресло у окна позировать, он порозовел и дышал через раз.

Я недоговорила, что иногда мне слышны обрывки мыслей, или подсказки всяких призрачных сущностей, Прасковье это не обязательно знать. Но то, что у этих двоих уже что-то завязывается, я точно уверена.

— Ну что ж, совет им да любовь. И то, правда, засиделась наша Глашка в девках! А Виктор — мужчина хоть куда, сама бы за него пошла, да чуток старовата, скинуть бы годиков пяток и под венец.

И снова мы смеёмся. Умеет няня в хорошем расположении духа рассмешить.

Мне пришлось быстро снять с себя деловое платье и надеть домашнее попроще. И так как я свою горничную отпустила…

Застегнуть несколько крючков на спине самой практически невозможно, да и зачем, если есть кое-кто, кому будет приятно сделать такое великое одолжение.

Коротко постучала в приоткрытую деверь и, не дожидаясь ответа, вошла в спальню мужа.

— Добрый вечер, дорогой мой! Ты где? — оглядываюсь, непривычно, что он не в постели, даже волнительно как-то. Неужели и правда сбежал.

— Аннушка? Я в гардеробной, няня сказала, что ты сегодня решила устроить нам праздник, вот захотелось немного принарядиться.

Он вышел!

Вышел сам, медленно, но устойчиво стоит на своих двоих, застёгивает серебряную запонку на белой рубашке, которая так бессовестно подчёркивает крепкий рельеф его тела. Он счастлив. Это счастье ощущается как тепло, как энергия жизни. Чисто выбрит, идеальная стрижка, тонкий аромат мужского, волнующего парфюма. Этот мужчина умеет вскружить голову, очень удивительно, почему так долго он был одиноким.

— Какой ты красивый…

— Я счастливый. Никогда не подумал бы, что так соскучусь по живой силе, по движению. По ощущениям…

В этот момент показалось, что он сейчас говорит не только про свой постельный режим, но и про то, что Митя долгое время скитался без тела вовсе. А теперь радость бытия накрыла Савелия с двойной силой. Понимает ли он эту данность, или теперь дуализм стал его неотъемлемой составляющей.

Только бы не биполярка.

Он взглянул в мои глаза, но запонка чуть не выскользнула, и ему пришлось отвлечься на неё. Или это уловка, чтобы я своей проницательностью не проверила свои подозрения?

— Сава, позволь, я тебе помогу, а ты застегнёшь моё платье.

Он протянул мне руку и позволил застегнуть запонку, теперь я повернулась к нему спиной.

Каждое прикосновение отзывается жаром и хочется повести плечами, понежиться в его объятиях, как раньше. Но всё изменилось. Он теперь иной. Я помню, как прежний Сава вот так же застёгивал мне платье, как он положил руки на мои плечи, и как уютно я себя чувствовала в тот момент.

Сейчас всё иначе. Мы словно познакомились в «Тиндере», долго переписывались и, наконец, решились встретиться лично. Мы нравимся друг другу, и можно бы быть откровеннее, но что-то мешает.

И это что-то — Митя.

Его личности сейчас в Савелии чуть больше, чем нужно. Именно это нас и стопорит.

— Это скоро должно пройти…

Он наклонился, положил крепкие, обжигающие руки на мои плечи и поцеловал шею, отчего я вздрогнула и улыбнулась.

— Ты ещё привыкаешь? — не уточняю, к кому обращаюсь к Савелию или к остаткам Мити. Моих способностей рассмотреть, что происходить хватило бы. Но я боюсь смутить и сбить настройки единения.

— Мне нужно научиться жить в новых условиях и как можно скорее, ты чувствуешь мою новую суть, и другие почувствуют. Это опасно. Надеюсь, за неделю прийти в норму, обвыкнуться и стать собой.

— Собой прежним, ты вряд ли станешь. Мне жаль.

— Жаль? Ты так сильно любила меня прежнего? Спокойного, в общении с женщинами скорее тюфяка, нежели мужчину? Я тебе нравился таким?

Поворачиваюсь резче, чем собиралась, долго смотрю в его глаза