Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3 - Дия Семина

Позже всех в гостиную вошла Ия Максимовна, держа за руку слегка напуганную Леночку. Данила идёт более уверенно, но, увидел сколько людей собралось, смутился, быстро взглянул на гувернантку, но успокоился, когда услышал мой голос:

— Проходите, у меня для вас есть маленькие подарочки, вот это тебе, Данила, а это тебе, Леночка. Пока нам подают еду, можете развязать ленты на коробках и посмотреть, что вам зайчик велел передать.

Встаю из-за стола, приобнимаю детей по очереди, символически чтобы не смутить. И сразу дарю подарки, чтобы они хоть немного оттаяли.

Леночка сразу отошла к дивану и развязала ленту, открыла коробку и ойкнула.

— Ой, это всё мне? Всё-всё? А мы точно не обеднеем? — они так и не поняли слов про зайчика, видимо, не знают такого выражения. У этих деток напрочь уничтожены все романтические иллюзии.

— Нет, не обеднеем, нас вон сколько взрослых и все трудимся, так что на подарки заработаем, не переживайте, — пытаюсь успокоить слишком уж экономных детей. Они были бы рады и простым самым маленьким подаркам. Может быть, я слишком уж щедро, надо было спросить у Ии, не нарушаю я какие-то педагогические законы. Но уже поздно. Детские личики светятся счастьем, значит, я всё сделала правильно.

Леночка взяла куклу с собой за стол, а Данила медвежонка, наконец, уселись рядом с Иваном Петровичем и Ией Максимовной, им на стулья подложили подушки, чтобы повыше и удобнее было сидеть.

— Дорогие мои, добро пожаловать в семью. Я Иван Петрович, это наша нянюшка Прасковья Антиповна, ну, вы её должно быть, знаете. Эта наша Виолетта, дядюшку Савелия вы помните. И с Аннушкой тоже знакомы. Мы теперь ваше семейство, будем жить-поживать, да добра наживать. Теперь уж всё будет хорошо, и даст Бог, не обеднеем. У нас вообще сегодня праздник, новый магазин скоро откроем, я, наконец, подписал купчую на войлочный цех, и теперь тоже предприниматель, и дом Савелия продан. Завтра Агеев заберёт готовые бумаги. Вот такие свершения, с нас как проклятье снялось. Всё в один миг закрутилось, завертелось и слава Богу!

— Поздравляем! — негромко воскликнули мы все и чокнулись высокими бокалами с игристым, детям Ия налила морса.

Подали ужин, какой я заказала в ресторане, мягкое отбивное мясо, с запечёнными овощами, сыры, канапе с паштетом. И малосольные огурчики, маслята и прочие разносолы, это уже из деревни привезённое няней добро, без которого ресторанная еда немного померкла бы.

— Позже ещё торт будет! Так что оставьте местечко в животах для десерта, — напоминаю, и сама не могу оторваться от ужина. Так, всё вкусно, и приятная компания, и наконец, отпустили страхи за будущее, мне передалась отцовская заразительная уверенность в успехе.

Увлечённо жую и наблюдаю за детьми и не сразу заметила, как Савелий украдкой поглядывает на меня, уж такие жаркие взгляды. Смущённо улыбаюсь, словно у нас, как у гимназистов есть свой секретик, о котором все догадываются, но мы всё ещё играем роль, будто бы ничего не происходит и всё обычно.

Очередное переглядывание и я вдруг уловила мысль Савелия, он не про нас намекает, главного-то я и не заметила.

А главное, за этим столом то, что наш Иван Петрович не может отвести взгляд от смущённой Ии Максимовны. Куда делось его красноречие и говорливость. По своему обыкновению рассказал бы о подвигах, о том, как прогибал хозяина цеха на уступки. А тут молчит и любуется на розовощёкую нимфу. А та как-то слишком уж много внимания детям начала уделять, тоже, видимо, от волнения.

Придётся как-то спасать ситуацию глупым вопросом, а то сбежит наша гувернантка и где я новую найду.

— Отец, а что там у нас с верблюдами?

— С кем? — кажется, он уже вообще ничего не слышит и никого не видит. Это надо, как его Ия заворожила.

— Ну с животными большими, лохматыми, для твоего цеха-то? — я настойчиво вывожу его из любовного транса. Который уже даже Виолетта заметила и тоже улыбается.

— Ах, верблюды? Так, а что у нас с верблюдами? — он окончательно спалился.

— Так, я и спрашиваю, что у нас с верблюдами, ты хотел в Нижний Новгород кого-то отправить, там шерсти тюков десять закупить для производства войлока и возможно верблюдов купить.

— Ах это! — отец наконец-то опомнился и вернулся в реальность. Но поглядывать на Ию не перестал. — Отправим, ярмарка через три недели, вот хотя бы Виктора и ещё двоих деловых представителей, шерсти-то надо бы тюков двадцать, ведь если ты расширяешь производство на фабрике, то туда много пойдёт. А про войлочные изделия я тоже решил не забывать, валенки, потом эти твои стёганные одежды, и ватин, всё полезное, всё будет иметь успех. Так что привезу вам зверей диковинных, не то лось, не то конь, но с горбами на спине и мохнатые.

— Они страшные? — прошептал Данила.

— Нет, милые, у них очень большие глаза, и они пугливые, так что неопасные. Но редкие, будем надеяться, что нам удастся их привезти и устроить настоящую верблюжью ферму. Жаль, нет лам и альпак.

— А это ещё кто? — прошептала теперь уже Виолетта.

Ответ пришёл от того, от кого все меньше всего ожидали, от Савелия:

— В Южной Америке живут небольшие очень милые животные, у них длинные шеи, мордочки похожи на овечек, а глаза огромные, как у оленей, и очень пушистая и качественная шерсть, очень мягкая и тёплая. Самые миролюбивые создания, хотя нет, самые миролюбивые это, кажется капибары, да Аннушка.

Киваю…

В этот момент я поняла, что Савелий сейчас в таком же состоянии, как и я в первые дни, когда оказалась здесь. Но ему намного тяжелее, память Мити, наверное, пугает, сбивает с толку, и некоторые сведения он просто не может понять. Если потрясение от этих необычных, футуристичных данных окажется более глубоким, то настоящий Сава может уступить.

Глава 11. Валентина

— Раиса. А что же ты, голубушка, почту не отдала мне? — Валентина вошла в спальню к своей новой компаньонке с пачкой сообщений.

— Это ты про те скучные конверты? Я читать умею только ровные буквы, а эти каракули, увольте… Да и чужие они, прошлой хозяйке, никто же не знает, что я здесь живу…

Раиса сидит перед зеркалом, расчёсывает длинные, блестящие волосы, и всем своим видом демонстрирует не дюжее раздражение от присутствия Валентины. Та, как призрак следует повсюду, постоянно шепчет, а, точнее, шипит как змея, что делать,