Призрак Лисицы, или Адвокат с того света - Елена Анохина

— А где старик?

—спросила я, стараясь вложить в голос лед. Михаил. Если они тронули его...

— Спит,

— буркнул второй.

—Снотворное в молоке. Проснется — все кончится. Или нет. Не наше дело. Жив. Облегчение, смешанное с яростью. Они вломились в его дом. Осквернили его крепость.

Первый киллер сделал шаг вперед, из тени. Маска. Тактический комбинезон. Профессионал. В его движениях читалась уверенность хищника, загнавшего добычу в угол.

— Кончаем болтовню. Руки за голову. На колени.

Я медленно подняла руки, имитируя покорность. Взгляд скользнул к краю крыши дома. Ничего. Или снайпер хорошо замаскирован? Рисковать нельзя.

— На колени!

— рявкнул второй, приближаясь. Его дыхание стало слышно — учащенное, нервное. Младший. Менее опытный. Слабое звено. вот он. Шанс.

Я резко бросилась не назад, авперед, в сторону первого киллера, вприсядку, выбивая ногой слой мерзлой земли и снега ему в лицо. Одновременно рука рванула к щиколотке.

Грохот! выстрел второго прозвучал глухо, пуля свистнула над головой. Слепая зона из-за броска. Я уже катилась в сторону, нож в руке. Первый киллер, ослепленный и оглушенный грязью, отпрянул, чихая.

Еще грохот! не наш выстрел. Громкий, резкий, как удар топором по дереву. Со стороны леса.

Голова второго киллера дернулась, как у марионетки. Темное пятно расплылось на его висок. Он рухнул навзничь, беззвучно.

Снайпер. Ночей?

Первый киллер, протерев глаза, увидел пару товарища. Его глаза за белой маской расширились. Он рванул ствол в мою сторону.

Снова грохот! второй выстрел снайпера. Пуля ударила в камень у ног киллера, высекая сноп искр. Предупредительный. не убивать. Значит...не враг? Киллер замер. Он понял. Его прикрыли. Он в ловушке. Взгляд метнулся к лесу, потом ко мне. Я стояла в низкой стойке, нож наготове, дыхание ровное. Ярость кипела, но сфокусированная. Холодная.

— Бросай ствол,

—сказала я тихо, но отчетливо.

—И маску. Или следующий выстрел будет не по камню.

Он колебался секунду. Долгую. Потом медленно, с ненавистью, бросил пистолет на землю. Сорвал маску. Молодое, жесткое лицо. Незнакомое.

— Кто?

—спросил он, глядя в сторону леса.

— Тот, кто не даст тебе меня забрать,

—ответила я. Сердце бешено колотилось. Клык? Он успел? Он следил?

Из леса вышла фигура. Высокая, мощная, неспешная. Не Клык. В темной, немаркой одежде, сливающейся с ночью. В руках — длинноствольная снайперская винтовка с массивным глушителем. Капюшон был натянут, но силуэт, манера двигаться — тяжелая, уверенная поступь хищника — былизнакомы. Он остановился в десяти шагах, винтовка небрежно опущена стволом вниз, но пальцы лежали у спускового крючка. Одна рука поднялась, сдернула капюшон.

Под ним — знакомое лицо, изрезанное старыми битвами. Перебитый нос. Шрам через бровь. Холодные, серые с желтоватым отливом глаза, которые так пристально изучали меня в камере. Глаза, в которых сейчас горел тот же хищный азарт, что и тогда, когда он оценивал новую угрозу. Виктор "Барс" Морозов.

— Долг платежом красен, адвокатесса, — его голос, низкий, с характерной хрипотцой, прокатился по морозному воздуху. Он не улыбался. Его взгляд скользнул по мне, оценивая целостность, потом приземлился на киллера.

— Вышел из суда — понял, что мои «охранники» слишком нервно за мной следят. Не к добру. Решил проверить, куда ветер дует. Ветер дует сюда. И несет мусор.

Я опустила нож на долю сантиметра, но не убрала. Удивление смешивалось с осторожным облегчением.

— Барс... Как ты...?

— Тюремный транспорт — не танк, — он брезгливо мотнул головой в сторону трупа. — Особенно когда водитель знакомый и понимает, что его семье угрожают, если он не свернет в кусты в нужном месте. А твой старик ветеринар... он громко храпит. И радио у него громкое. Услышал про суд, про тебя. Понял, где искать. Думал, прикрою спину. Не прогадал. — Его взгляд снова стал изучающим, как в камере.

— Ты в деле? Или мне одного мусора мало?

Я кивнула в сторону ошеломленного киллера.

— Он знает, где Патриарх. Или Захаров. в глазах Барса мелькнуло что-то темное, звериное. Он сделал шаг вперед, его массивная фигура казалась еще больше в полумраке. Винтовка оставалась опущенной, но его свободная рука сжалась в кулак.

— Значит, начинаем с самого верха. Прямо сейчас.

Киллер отпрянул. В глазах читался животный ужас. Барс подошел к нему вплотную, навис.

— Ты слышал, крыса? Где твой босс? Старый или молодой? Говори. Или мой долг адвокатессе придется отдавать твоими кишками.

Я подняла нож, указывая им на киллера. Холодная ярость за Кириллову, за Артема, за все годы ада слилась воедино с решимостью человека, который только что спас мне жизнь.

— Сначала с ним разберемся. Потом начнем жечь. С самого верха. барс повернул голову, его желтовато-серые глаза встретились с моими. В них не было прежней настороженности. Было жесткое, хищное понимание и готовность к бою. Его губы растянулись в безжалостной гримасе, обнажив ровные, белые зубы.

— Добро пожаловать в настоящий ад, Лисица.

Туман над полями сгущался, поглощая ферму, лежащие тела и двух фигур с глазами, полными смерти и решимости — Призрака Лисицу и освобожденного Барса. Где-то в этом тумане скрывался Клык. Где-то в городе метались Захаров и Патриарх. Но настоящая буря, тихая и смертоносная, только собиралась с силами здесь, на краю ничего. Буря по имени Месть. Буря из Пепла, Стали и Звериной Ярости.

Глава 12

Они покинули ферму затемно, пока первые лучи солнца еще не разорвали горизонт. Барс вел их по старым проселочным дорогам, петляющим между мертвых полей и скелетами сгоревших машин — следах прошлых конфликтов. Грунтовка была разбита, колеса то и дело проваливались в ямы, заставляя подвеску скрипеть. В салоне пахло бензином, порохом и потом.

— Ты уверен, что знаешь куда едешь? — спросила она, глядя, как Барс крутит руль, объезжая очередную воронку.

— Этот склад — бывший перевалочный пункт Клыка, — ответил он, не отрывая глаз от дороги. — Когда я работал на него в Фениксе, мы возили туда грузы. Думаю, он до сих пор заброшен.

Она молча кивнула. Ветер бил в лицо через приоткрытое окно, неся запах пыли и чего-то прогорклого — словно земля здесь давно протухла.

Когда они подъехали, перед ними выросло мрачное здание из ржавого металла и потемневшего бетона. Когда-то это был логистический комплекс, но теперь он стоял, как мертвый великан, с выбитыми окнами и проржавевшими воротами. Над входом еще висела табличка с полустертой надписью: «ФЕНИКС-ЛОГИСТИК». барс остановил машину в тени развалин соседнего ангара.

— Здесь.

Они вошли через боковую дверь, которую Барс выбил плечом. Внутри царил полумрак, прорезаемый лучами света, пробивавшимися сквозь дыры в крыше. Воздух был густым от