Бёрк 2. Оборотни сторожевых крепостей - Ли Литвиненко

Не собираясь больше затягивать отъезд, тролль ссадил Бёрк с телеги и, грустно улыбнувшись, начал прощаться с каждой попутчицей. Называл и указывал пальцем на выстроившихся рядком.

– …Проклятая, перекидыш, коза. – Тяжелый вздох. – До встречи! – Забравшись на облучки, он тряхнул поводьями. – Но-о-о! – ловко защелкал кнутом над спиной лощади. Повозка тронулась, и уже издалека донеслось его громкое и залихватское: – Адиос!

Девушки помахали вслед удалявшийся кибитке, хотя знали, что тролль их не видит.

– Кажется, я тоже буду скучать по этому приветливому чудаку, – шмыгнула носом Лучана.

– Я точно буду, – уверено заявила Бёрк.

Втроем они грустно смотрели вслед удалявшейся кибитке, пока она не скрылась за лесным поворотом.

Коза не выдержала бездействия первой и, мекнув, жадно потянулась к ближним кустам за свежим листочком. За ней из рук Бёрк, выводя из глубокой задумчивости, потянулся поводок.

– Ну что, пойдем? – вздохнула Лучанка.

И они нехотя, но бодро потопали к болотам.

Дорога пошла под уклон, спускаясь в заболоченную местность. Пройдя совсем немного, девушки заметили, что лес заканчивался и плавно переходил в редкий подлесок, состоящий в основном из кустарника. Окружающий пейзаж словно обеднел. И сильнее подул неприятный ветер.

День был пасмурный, на небе сквозь быстро плывшие по небу тучи редко проглядывало солнце. Собирался пойти дождь. Девушки заторопились. Бёрк вытащила Вардин плащ и набросила поверх одежды, а просторный капюшон натянула до самых глаз. От этого фигура оборотницы стала походить на шагающую палатку. На внешний вид девушке было наплевать, главное – теперь Бёрк могла себе позволить такую роскошь как теплая одежда. Лучана тоже утеплилась, но скромней – просто замоталась в цветастую шаль.

По тропинке навстречу им стелился туман. Словно языки белого пламени, он просачивался между кустов и поднимался над травой. Сначала почти незаметный. Совсем немного, клочками. Но с каждым шагом он становился гуще и поднимался выше. Только прикрывал щиколотки – и вот уже достает до колен.

– Как будто спускаемся в корыто с молоком, – шёпотом сказала Лучана.

– Я такую пену во время стирки сбивала, – тоже шепотом ответила Бёрк. – Только пена оседала, а это, смотри, – Берк поддела белый сугроб ногой, – выше взлетает, как взбитая перина. И липнет.

Белое марево поднималось с болотистой земли и размывало контуры всего, что окружало девушек. Деревья, кусты, они сами – все плыло, сделалось нереальным. Скоро дальше вытянутой руки ничего не было видно. Девушек охватило смятение, беспокойство и первобытный страх. Еще до слуха стали доноситься зловещие звуки.

– Ты это слышишь?

– Может, дятел? – оглядываясь, предположила Бёрк.

– Что-то я сомневаюсь…

Как сквозь накинутое на голову одеяло жалило ритмичное: тук-тук-тук. Не сговариваясь, девушки взялись за руки. Даже коза прониклась и прижалась к ноге Бёрк. Вперед они продолжали идти в полном молчании.

Неизвестный звук приближался и становился громче и отчетливее. Хотелось развернуться и бежать, но куда?

Внезапно из тумана, как из воды, вынырнул старый деревянный забор раза в два выше человеческого роста. Окутанный белым маревом, он выглядел настолько масштабно и устрашающе, что поначалу девушки приняли его за большой дом.

– Это оно и есть? – зашептала Бёрк, наклонившись к уху Лушки. – Обиталище?

– Не знаю, я его никогда не видела.

Только подойдя ближе и присмотревшись, они поняли свою ошибку.

– Это все лишь забор, – Бёрк отважилась прикоснуться к влажному заграждению. Мягкий?

Доски, из которых он был сколочен, никогда не знали краски. За долгие годы дерево сильно потемнело. Верхний слой подгнил и покрылся мхом, и забор стал бархатистым на ощупь и приобрел зеленоватый оттенок.

– А где вход?

Девушки оглядывались, ожидая увидеть в такой высокой ограде большие ворота. Но вместо них ровно напротив дороги виднелась калитка. Словно туда ничего крупнее девичей тушки запускать не собирались. Видимо, тут были рады всем и всегда, потому что перекосившаяся висевшая на одной ржавой петле хлипкая дверка была открыта настежь Она, как беззубая пасть, готова была проглотить их и навсегда отрезать дорогу назад.

С опаской оглядываясь по сторонам, Бёрк, Лучана и коза, как завороженные, продолжали идти дальше. Шаг, другой… По очереди переступили невидимую черту и… Вот они внутри. Тут туман стал еще гуще. И камерная, гулкая атмосфера огороженного двора… Словно в погребе или… в склепе. От страха даже дышать стали через раз.

Из белого марева вдруг вынырнула тонкая девичья фигурка. Хрупкая, словно призрак. На ней был темный залатанный кожушок, серая обтрепанная юбка и черная косынка. Девушка стояла к ним спиной и пока не замечала непрошеных гостей. Она рубила дрова. Наклонялась укладывала на огромный пень деревяшку, с натугой вскидывала здоровенный топор и резко опускала. В стороны летели щепки. Этот звук и разносился по округе. В густом мареве даже простой стук топора, казался зловещим. Гости молча, не шевелясь, наблюдали за работой. Не знали, как начать разговор.

Девушка остановилась, отпустила топор и выпрямилась. Наверное, устала и решила передохнуть. Вытерев рукавом пот со лба, она, словно почувствовав наблюдателей, резко обернулась. Глаза ее от неожиданной встречи широко распахнулись, рот тоже, она зашлась в истошном крике:

– Аа-а-а-а-а!

Бёрк и Лушка ее дружно поддержали:

– А-а-а-а-а-а!

И только коза внесла звуковой диссонанс:

– М-е-е-е! – но тоже очень громко и испуганно.

Когда воздух в легких у всех закончился, перешли к приветствиям.

– Да чтоб вам пусто было, – начала жительница обители, тяжело дыша. – Да через спину вам коромысло. – Продолжила она радушно. – Что ж вы, звери дикие, так людей пугаете?

– Кто кого еще пугает, – в тон ей ответила из-под капюшона Бёрк.

– Ты ж первая орать начала, что недорезанная свинья, – поддержала Лучана и уперла руки в бока.

Гостьи уставились на крикуху, словно бешенные фурии, чувствуя свое численное превосходство. Рубщица не испугалась и сжала кулаки. Видно, не пропустила оскорбление мимо ушей и собралась отстаивать свое доброе имя, задав пришлым трепки.

Неизвестно, чем бы закончилось столь горячее приветствие, но из тумана вынырнули другие живущие здесь девушки. Крики всполошили это сонное царство и напугали проклятых. Они решили, что на их обитель напали как минимум волки. Двор заполнила шумная орава. Затоптанный туман сразу отступил и потерял свою пугающую загадочность. Вид у местных был воинственный. Кто с палкой появился, кто с камнем. Одна держала в руках занесенную над головой вилку. Сразу становилось понятно, почему калитка открыта. Волки, звери благоразумные, сюда наверняка не совались. Кому хочется рисковать единственной шкурой? Берк оглядела сбежавшихся девушек и поняла: вот она – её семья!

– Чаруна, что происходит?! – закричала девушка с ножом в руках, обращаясь к рубщице.

– Новенькие. – Чаруна, рубщица, недовольно указала на пришедших пальцем.

– А как-то