Пышка против байкера. В морг не торопитесь! - Лекса Харт

Уезжали мы вечером, отдохнувшие и довольные, и меня нагрузили пакетом с едой — мама Влада, видимо, решила, что мы всё же живём вместе с её сыном, а его аппетиты она знает получше моего, вот и напихала в сумку всё, что было в холодильнике. Пакет стоял у меня на коленях всю дорогу, и я чувствовала его приятную тяжесть, пока мы ехали домой по уже темнеющим улицам.

Мы разговорились с Владом легко и свободно, без той колючей напряжённости, которая была между нами раньше. Он рассказывал о себе, о своих проектах, о том, как начинал свой бизнес с нуля, спрашивал обо мне, и о моей работе, о том, почему я выбрала такую специфическую профессию. Постепенно этот разговор стал походить на очень странное свидание которого у меня никогда не было. И в его взгляде что-то изменилось… он смотрел на меня странно, с какой-то смесью нежности и тепла, и от этого у меня внутри всё переворачивалось. Я не знала, как на это реагировать.

Когда мы остановились у моего подъезда, я уже было собиралась уходить, взялась за ручку двери, а потом попыталась поднять пакет со своих колен, но он внезапно лопнул сбоку, прямо по шву, и контейнер с овощным рагу, который был на самом верху, опрокинулся, открылся, и из него плеснуло горячей подливой мне на джинсы и Владу на брюки.

Я охнула, выхватила из сумочки пачку салфеток, принялась лихорадочно оттирать пятно на своих джинсах, потом переключилась на его штаны, но это было бесполезно — рагу въелось в ткань моментально, оставив жирное оранжевое пятно, которое салфетками было вывести просто нереально.

Пришлось признать поражение и пригласить его к себе, чтобы застирать брюки, а заодно взять чистящее средство для того чтобы хоть немного убрать в машине, потому что к утру в ней будет витать такой аромат, что и ехать будет совершенно невозможно.

Сначала Влад тактично отказался подниматься ко мне — мол, неудобно, поздно, да и вообще, я сам справлюсь, не беспокойся, но потом недолго подумав, всё же согласился, и мы поднялись в квартиру, в которой уже очень давно не ступала нога постороннего мужчины.

Влад снял брюки и рубашку, которой тоже досталась порция рагу, обернул бёдра моим банным полотенцем и был отправлен на кухню ждать, пока закипит чайник, потому что я не привыкла оставлять гостей без чая, даже если гость — это почти незнакомый мужчина в моём доме.

Я ушла в ванную, чтобы застирать его одежду и свою заодно, включила воду, намылила пятна хозяйственным мылом, тщательно потёрла щёткой и уже заканчивала с последним пятном, когда услышала громкий, настойчивый стук в дверь.

Я замерла с мокрыми брюками в руках и прислушалась. Сердце ухнуло куда-то вниз, потому что я узнала манеру стучать. Денис. Припёрся, как всегда, в самое неподходящее время, и теперь мне предстояло объяснять Владу, почему в мою дверь колотит пьяный бывший, который до сих пор считает меня своей собственностью.

— Полина, открой! Я знаю, ты дома! — донеслось из-за двери, и голос был не просто пьяным, а злым, агрессивным, таким, после которого обычно ничего хорошего не жди.

Я спешно вытерла руки, вышла из ванной и столкнулась взглядом с Владом, который стоял на пороге кухни в одном полотенце и смотрел на дверь с выражением, не предвещающим ничего доброго тому, кто посмел беспокоить его в такой час.

Глава 12

Владислав

Я сидел на её стареньком диванчике на кухне, обернутый в пушистое полотенце, и смотрел, как закипает чайник. За окном уже совсем стемнело, а я всё думал о том, как прошёл этот день. И чем дольше думал, тем яснее понимал: мне давно не было так легко и так хорошо с кем-то. Не с Мариной, не с прошлыми, а именно с Полиной.

Она ушла в ванную застирывать наши несчастные брюки, а я остался один в этой маленькой уютной кухне, где пахло чем-то домашним, сладким, настоящим. Я вспоминал, как она ловко переключила маму с допроса на рецепты, как улыбалась отцу, как помогала мыть посуду. И мне вдруг стало физически больно от мысли, что этот вечер скоро закончится и мне придётся уходить.

Внезапно тишину разорвал телефонный звонок. Я глянул на экран — Марина. Нахмурившись, я сбросил вызов. Мне совсем не хотелось омрачать этот вечер, вот только Марина не успокоилась и перезвонила. Я снова сбросил. На третий раз понял, что легче ответить, чем слушать эти звонки до бесконечности.

— Слушаю, — сказал я холодно.

— Владик, я знаю, что ты сердишься, но давай встретимся, — голос у неё был вкрадчивый, почти умоляющий. — Мне нужно тебе кое-что сказать.

— Нам не о чем говорить.

— Ты не понимаешь, — затараторила она. — Я ошиблась, я дура, но ты же меня любил. Неужели ты нашёл кого-то лучше? Кто будет любить тебя так, как я?

— Ты права, я нашёл лучше, — отрезал я. — И намного. Не звони больше.

Я нажал отбой и отшвырнул телефон на стол. Внутри всё кипело от внезапно вспыхнувшей злости — не столько на неё, сколько на себя за то, что вообще поднял трубку.

И в этот момент в дверь постучали. Громко, нагло, с каким-то опасным упорством. Бам-бам-бам. И следом — пьяный, срывающийся голос:

— Полина! Открой! Я знаю, ты дома!

Я замер. Голос был мужской, хриплый, агрессивный.

Поднявшись с дивана, прошёл к двери, решая стоит ли спустить с лестницы того смертника, или же цивилизованно объяснить, что ему здесь не рады, но моё настроение изрядно подпорченное звонком бывшей выбрало всё же первый вариант.

— Денис, — прошептала Полина, выглянувшая из ванной. — Бывший. Приходит, когда напьётся.

В её глазах мелькнула такая усталость и такая беспомощность, что у меня внутри всё перевернулось.

— Оставайся здесь, — сказал я негромко, но так, чтобы она не посмела возразить.

Подойдя к двери, щёлкнул замком и дёрнул за ручку. На пороге стоял небритый мужик в помятом свитере, с мутными глазами и перегаром на пол-лестницы. Он уставился на меня, с обёрнутыми полотенцем бёдрами и явно не ожидал такого зрелища.

— Ты кто такой? — рявкнул он, пытаясь изобразить угрозу. — Где Полина?

— Её нет, — сказал я спокойно. — А ты иди отсюда, пока цел.

— Да ты вообще... — он попытался шагнуть вперёд, но я перехватил его за грудки и вытолкнул обратно на лестничную площадку.

— Я сказал — иди, — прошипел я, едва не срываясь. —