Пока я тебя не помню - Полина Дмитриева

грустно. Что, если это кольцо действительно принадлежит ей? Где-то ее ждет мужчина, который ее любит, которого любит она, да только не помнит об этом и сидит на крыльце, глядя на своего случайного спасителя, и мысли ее начинают течь в каком-то совершенно непозволительном направлении.

За забором залаяла собака, и девушка подняла голову. Максим замер, воткнув лопату в землю и опершись на черенок.

— Вот об этом я и говорил. — Он кивнул головой в сторону соседского участка. — И днем, и ночью… Зачем только заводить животное, чтобы держать его на цепи? — И снова принялся за работу.

И когда он закончил, он присел рядом с ней на крыльце, положив локти на колени.

— На сегодня хватит, я думаю.

— Часто ты это делаешь? — спросила она.

— Да каждый день, — ответил он. — У меня отпуск сейчас, надо бы закончить. Во время работы тоже, конечно, можно, но… Я сутки через трое работаю, иногда могут и не в мою смену вызвать, чтобы подменить кого-то. Так что лучше сейчас спокойно все доделать.

— И когда тебе на работу? — поинтересовалась она.

— Через две недели. — Он обернулся и окинул ее взглядом. — Думаю, к тому моменту ты как раз уже сможешь передвигаться самостоятельно.

— Или меня кто-то найдет.

Он неуверенно дернул плечом и отвернулся.

— Или вспомню все, — тихо сказала она.

— Или так, — кивнул он. — Я бы в душ сходил. А ты?

— А-а-а… — растерявшись, протянула она.

Целый час наблюдая за тем, как он работает, невольно любуясь его телом, она как будто совсем оторвалась от реальности. И при его вопросе ее живое воображение мгновенно нарисовало ей картину того, как они с Максимом идут принимать душ вместе.

Она закрыла глаза и замотала головой.

— Ты чего? — спросил он.

— Да… ничего, — выдавила она из себя. — Муха какая-то.

— Тут еще комары летают, — заметил Максим. — По вечерам, правда. Так что, пойдешь в душ? Я бы первый сходил, конечно, а то так вспотел.

— Да, иди, конечно. — Она положила ладонь себе на горло, чувствуя большим пальцем, как напряженно бьется сердце, и отвела взгляд в сторону. — Я тут посижу.

Когда он ушел, она снова попыталась взять себя в руки. Достала из кармана кольцо и долго смотрела на него, вертела со всех сторон, но ни единого проблеска, ни единого воспоминания так и не пришло к ней. Она засунула его обратно и несколько раз глубоко вдохнула, мысленно повторяя себе, что должна выздороветь, должна все вспомнить, не должна такими глазами смотреть на Максима. Он лишь заботливый врач, подобравший ее на улице, предложивший ей помощь и крышу над головой. И самое главное — сам он никогда не позволял себе лишнего. И эта мысль ее отрезвила — Максиму она не интересна, как женщина, поэтому надо притормозить. Он просто хочет помочь, потому что он такой — чуткий и добрый. Не более.

Глава 8

Следующие две недели, пока Максим был в отпуске, девушка действительно практически поправилась. Головные боли больше не мучили ее, колени почти зажили. Синяк на плече остался, но она уже могла беспрепятственно поднимать руку в любом направлении. И самое главное — она уже могла ходить. Долго стоять ей было тяжело, но передвигаться по дому теперь ей удавалось без помощи Максима, и она отчасти была рада, что это сняло с него хотя бы часть забот, но отчасти и немного огорчилась в тот день, когда наконец встала с кровати и смогла медленно, но самостоятельно дойти до кухни.

Пока она еще не начала ходить, Максим носил ее везде и всюду: в комнату и из комнаты, в душ и в туалет, на крыльцо, чтобы она насладилась летним теплом, пока он возится на участке. Каждый день он сажал ее на кровать, становился перед ней на колени и обрабатывал ее раны, и она, все продолжая ругать себя за непонятные чувства к нему, которые никак не могла побороть, еле сдерживалась, чтобы не коснуться рукой его светлых волос, не провести пальцами по его щеке, не дотронуться до ямочки на его подбородке.

Но хуже — или лучше — было тогда, когда он укладывал ее на кровать, садился между ее ног и, по очереди кладя каждую ее ногу себе на колено, начинал делать ей массаж. Он все еще тактично спрашивал, хочет ли она этого, и, краснея, она отвечала, что, конечно, хочет, потому что чувствует себя после этого гораздо лучше. Но на самом деле ей хотелось вновь ощутить приятное прикосновение его теплых ладоней к своей коже, закрыть глаза, наслаждаться моментом. В эти минуты она гнала от себя прочь мысли о том, что не должна испытывать к Максиму ничего, кроме благодарности. Старалась забыть о кольце, которое по-прежнему носила в кармане. Повторяла себе, что в конце концов иногда можно и расслабиться. И она лежала на постели, млея от удовольствия, замирая, когда его пальцы поднимались все выше и выше, и в тот момент, когда они начинали двигаться в обратном направлении, представляла, что было бы, если бы они продолжили движение вверх, не робея, забрались под тонкую ткань и…

— Ну вот и все, — говорил Максим, вставая с постели, и ее фантазиям приходил конец.

А однажды, когда она уже могла вставать, но ей еще тяжело было ходить, Максим предложил сходить на озеро.

— На озеро? — удивленно переспросила девушка. — Мы туда… на машине поедем?

— Нет, — покачал он головой. Он стоял к ней спиной и мыл посуду после завтрака. — Оно в лесу, тут неподалеку. Но на машине туда не доехать. Я, знаешь, сегодня проснулся и подумал, что неплохо было бы искупаться. Погода хорошая. Так как? — Вытирая руки полотенцем, он обернулся к ней.

— Но я ведь не дойду, — растерянно проговорила она. — Или это совсем недалеко?

— Да… километр. Может, полтора. Ты не волнуйся, если хочешь пойти, мы этот вопрос решим, как обычно.

— Ты меня понесешь километр или даже полтора? — удивилась она.

— И донесу, — засмеялся он. — Ну устану, значит, отдохнем.

— Ладно. — Ей на секунду представилось это озеро в лесу, водная гладь, поблескивающая в солнечных лучах, деревья, теснящиеся вокруг. — А… в чем я купаться буду?

Максим недавно принес ей ворох вещей из магазина, когда ездил за продуктами, но купальника там, конечно, не было. Лишь самая необходимая одежда.

— Ну… в белье? Могу еще предложить только свои трусы да майку, если хочешь.

— Удобно будет? Там, наверно, другие люди? — заволновалась она.

— Нет, там никогда никого не бывает. Чуть подальше есть еще одно озеро,