Пока я тебя не помню - Полина Дмитриева

там что-то вроде пляжа. Вот туда все и ездят купаться… Надо только снять твои бинты и наклеить тебе на раны непромокаемые повязки. — Он бросил взгляд на ее колени. — Долго плавать, конечно, не получится, но все равно.

И она согласилась.

Сама она только переоделась и сидела, наблюдая за тем, как Максим складывает им еду с собой, собирает вещи в рюкзак. Как снимает ей бинты и заклеивает колени какими-то огромными пластырями, которые принес со второго этажа.

— Пожалуй, все, — он натянул рюкзак на плечи, подхватил ее, вынес на крыльцо и усадил. — Сейчас, только дверь закрою.

Дорога до озера заняла минут двадцать. Максим шел не быстро, аккуратно ступая по едва протоптанной тропинке, а девушка смотрела по сторонам. Лес был невероятно красивым. Она, конечно, не помнила, бывала ли когда-нибудь в лесу, но ей определенно это нравилось, и она подумала, что вполне могла бы сделать вывод, что раньше любила природу. В задумчивости она разглядывала то орешник, то березы, то сосны, поднимала голову, чтобы рассмотреть далекое солнце, едва проглядывавшее через вершины деревьев. Где-то вдалеке слышалась кукушка, а воздух был напоен ароматом хвои. Она улыбалась, иногда прикрывая глаза, глубоко вдыхая лесной воздух, и вдруг поняла, что ее рука, лежащая на плече Максима, машинально гладит его шею. Она испуганно отдернула руку и почесала лоб, потому что Максим в этот момент посмотрел на нее.

— Укусил кто-то? — спросил он.

— Н-нет… или да, — неуверенно проговорила она. — Зачесалось.

Он на секунду взглянул наверх.

— Надо было бы головные уборы взять, но вроде тут не водится никто, — сказал он и бросил на нее задумчивый взгляд. — Вот я как-то ходил в лес, не здесь, а далеко, — продолжил он говорить, опять глядя на дорогу, — а там такие паразиты водились. Лосиная вошь, вроде, они называются. Они никаких болезней не переносят, но такие цепкие. Я потом долго еще их от тела и от одежды отдирал. — И он засмеялся.

— Ужас какой. — Девушка не смогла сдержать улыбку. — Ты не устал? Я имею в виду сейчас.

Она увидела на его лбу и под носом капли пота. Чуть не потянулась смахнуть их рукой, но вовремя сдержалась.

— Да нет, — мотнул он головой. — Уже почти пришли.

И действительно: скоро деревья немного расступились, и показалось озеро.

Максим остановился, все еще держа ее на руках, и она залюбовалась открывшимся перед ней видом. Деревья действительно теснились со всех сторон, не смея подступить ближе. Легкий ветер гнал небольшую рябь по черной воде. Высоко в небе летали птицы и изредка покрикивали. И ни души не было вокруг.

— Какая красота, — сказала девушка наконец.

— Согласен.

Максим опустил ее у ближайшего дерева, а сам принялся расстилать на земле клетчатый плед. После помог ей дойти до него и сесть. Сам отвернулся от нее лицом к озеру и принялся раздеваться. Стянул через голову футболку, снял бриджи. На нем были просторные плавки, но гораздо короче бриджей, и девушка на секунду замерла, увидев его крепкие ноги, которые, казалось, были сделаны из одних мышц. Сглотнула, отвернулась и принялась раздеваться сама. Ей было неловко, что сейчас он увидит ее в одном нижнем белье, которое он и купил для нее сам, но которое, как ни странно, почти подошло ей по размеру. Еще примеряя его в своей комнате, она успела удивиться этому. Но Максим обернулся как ни в чем ни бывало, аккуратно сложил свою одежду на рюкзак, сложил заодно и ее вещи. Взял девушку на руки и стал медленно заходить в воду.

— Я не буду тебя пока отпускать, хорошо?

— Хорошо, — кивнула она. — Какая черная вода. Такая разве бывает?

— Это так кажется, — ответил он. — Зачерпни рукой.

Она послушно наклонилась и зачерпнула воды в ладонь. Ее удивило и приятно порадовало, что вода была такая теплая. Где-то в голове что-то смутно зашевелилось, но тут уже угасло. А вода в ее ладони, которая уже начала просачиваться сквозь плотно сжатые пальцы, отдавала на солнце краснотой.

— Так она красная? — спросила девушка.

— Да. Ну почти. В этой воде много минералов.

Максим сделал еще несколько шагов, и ее тело начало медленно погружаться в воду.

— А как я пойму, умею я плавать или нет? — неожиданно спросила она.

— Ну… наверно, надо попробовать просто, — задумавшись, ответил Максим. — Это называется процедурной памятью. Когда ты умеешь что-то делать. Ты не помнишь об этом, потому что ничего не помнишь о себе, но твое тело помнит. Это как… уметь есть ложкой, если однажды уже этому научился.

— И с чего мне начать? — она беспомощно взглянула на Максима.

— Сложный вопрос, — улыбнулся он, уже зайдя в воду по пояс. — Ну ты же помнишь, как люди плавают? — спросил он. — Надо, наверно, тоже так попробовать. И тело, возможно, само вспомнит движения.

— Ладно. — Она вдруг поняла, что у нее нет никакого страха, что ей прямо не терпится попробовать и узнать, умеет ли она плавать.

— Я только думаю, что тебе надо на живот перевернуться, — заметил Максим. — Попробуй обнять меня за шею обеими руками, а я отпущу твои ноги и перехвачу тебя спереди.

И она его обняла. Слегка, стараясь почти не касаться его руками, если это только было возможно. Но как только он отпустил ее ноги, прижалась к нему всем телом, потому что испугалась упасть, а он крепко держал ее за талию. Она подняла на него взгляд. Никогда прежде они еще не стояли вот так лицом к лицу. Ее глаза были где-то на уровне его губ, и сердце ее немедленно заколотилось в груди. И она испугалась уже не упасть, а того, что он заметит это, раз она так крепко прижата к его телу.

— Отлично, — тихо проговорил Максим. — Теперь одну руку опусти и повернись боком. Только держись крепко. Я тебя отпущу и попробую положить на живот.

— Хорошо, — едва слышно отозвалась девушка.

Она сделала все так, как сказал Максим, и вот она уже лежала на воде. Одна его рука придерживала ее чуть ниже шеи, а вторая за бедра.

— Ну… попробуй, — нерешительно сказал он. — Если что, я рядом.

И она поплыла. Заскользила по воде, словно водомерка. Странное это было ощущение. Ее незнакомое тело действительно знало гораздо больше нее самой. И Максим, который успел сделать только несколько поспешных шагов за ней, чтобы подхватить ее в случае опасности, остановился, опустил руки и громко засмеялся за ее спиной.

— Умеешь, значит, плавать! — воскликнул он.

А она плыла и улыбалась. Сделала круг и поплыла обратно, а потом снова назад. Это был миг