Келин. Я вам не прислуга! - Мелисса Моррис

— Потом выберу, — говорит Аскар, кивнув на витрину. — А то еще коробку с проводами разбирать заставишь.

Он идет к руководительнице, а я возвращаюсь к заказам. До конца смены успеваю проголодаться и рассердиться на зависшую программу. Обычный рабочий день, в котором у меня хоть что-то получается.

Вечером возвращаюсь в свою комнату. Кладу на стол ключ, которым теперь пользуюсь каждый день, и достаю сохраненный вчера номер.

Мне по-прежнему страшно. Сохранить номер оказалось легче, чем набрать.

Я нажимаю на вызов.

— Здравствуйте. Я хотела бы записаться на консультацию.

— По какому вопросу?

Смотрю на свою сумку. Чужого ключа в ней больше нет.

— По поводу развода.

На мой ближайший выходной есть свободное время. Я записываю адрес.

— Вам подходит?

— Да. Запишите меня, пожалуйста.

Глава 13. К другому ушла?

— Я подала заявление на развод.

Данияр не отвечает. В телефоне слышится шорох, потом короткий стук, будто он что-то положил на стол.

Я сижу у окна в своей комнате. Передо мной папка с документами, которую я привезла еще из дома его родителей. Прижимаю телефон к уху.

Я живу отдельно чуть больше месяца. На консультацию сходила в ближайший выходной, как записалась. По дороге представляла, что начну оправдываться и мне скажут сначала помириться с мужем.

Женщина за столом спрашивала о документах и о том, какие вопросы нам с Данияром предстоит решить. Детей у нас нет. Я несколько раз сбивалась на рассказ о его матери, потом возвращалась к вопросу. Записала, что понадобится, дома собрала бумаги. Теперь заявление подано.

Мы с Данияром все еще муж и жена. О моем решении он должен услышать от меня.

— Ты серьезно? — наконец спрашивает он.

— Да.

— То есть поговорить со мной ты не захотела.

Я провожу ладонью по закрытой папке.

— Мы разговаривали. Я вернула тебе ключ.

— Ключ вернула, потому что квартира не подошла. При чем тут развод?

Он говорит с таким недоумением, что я на секунду сама теряюсь.

— Я не хочу возвращаться к нашей прежней жизни.

— Не возвращайся пока. Живи у себя, раз тебе так удобнее. Я тебя сейчас забираю, что ли? Зачем сразу документы подавать?

Я сжимаю телефон крепче.

— Ты думаешь, я просто должна отдохнуть и вернуться?

— Я думаю, что нельзя шесть лет перечеркнуть из-за ссоры.

— Для тебя это ссора. А я больше так жить не хочу.

Он выдыхает прямо в трубку.

— Ты это сама придумала или тебе подсказали?

— Сама.

— Раньше ты иначе разговаривала.

Я знаю. Раньше я бы уже объясняла, что не хотела его расстроить. Что мне тоже плохо. Сейчас хочется сказать все то же самое, только после этого он опять начнет убеждать, что я поторопилась.

— Данияр, я позвонила, чтобы ты знал. Я не передумала после того, как ушла.

— Ты хотя бы понимаешь, что делаешь?

— Не все понимаю. Поэтому и ходила на консультацию.

Он ненадолго замолкает.

— Родителям своим сказала?

— Скажу сама.

— Ну скажи. Послушаем, что они ответят.

— Они не обрадуются.

Последние слова произнести почему-то легче остальных. Мне уже не нужно ждать другого ответа от мамы, чтобы знать, как она отнесется к разводу.

Данияр заканчивает разговор. Я еще несколько секунд держу телефон у уха, потом убираю его.

На улице сигналит машина, за стеной хозяйка открывает шкаф. Я убираю папку на полку.

Через час в семейной группе появляется сообщение Гульмиры.

Раньше туда отправляли поздравления, фотографии застолий, договаривались, кто во сколько приедет. Я сама писала, что стол уже накрыт и всех ждем. Сейчас свекровь сообщает, что Данияр хочет сохранить семью, а я решила разводиться.

Следом пишет тетя Сауле: «Салтанат, может, не надо торопиться? Вы же недавно квартиру нашли».

Я отвечаю, что в той квартире не живу.

«А почему?»

Начинаю объяснять. Стираю про утреннюю готовку, потом набираю снова. Пока пишу, Гульмира отправляет длинное сообщение о том, сколько они с Ермеком сделали для нас за эти годы.

Я задерживаюсь на словах «ничего не требовали взамен».

Хочется ответить сразу. Напомнить юбилей, звонок в фотоцентр, то утро, когда мне не дали выйти даже на час. Уже набираю первый абзац, но в группу приходит еще одно сообщение.

«Дом хороший, муж работает. Чего тебе не хватает?»

Кто-то ставит сердечко под сообщением Гульмиры. Я смотрю на него дольше, чем на сами слова.

Отправляю маме отдельное сообщение о разводе. Она отвечает: «Я вечером Данияру позвоню. Еще поговорим». Я прошу не договариваться за меня.

Снова открываю семейную группу. Сообщений уже столько, что приходится листать вверх.

Мой ответ про квартиру потерялся. Никто его больше не обсуждает.

Я пишу: «Мы с Данияром поговорили. Я не буду разбирать здесь нашу жизнь».

Несколько секунд смотрю на отправленное. Потом отключаю уведомления.

Это не мешает мне еще дважды открыть группу. В третий раз замечаю, что снова сижу, согнувшись над телефоном, и даже не переоделась.

Кладу его в ящик стола и иду в душ.

Под водой вспоминаю, что завтра нужно выйти на работу пораньше: Роза Сериковна попросила принять доставку. Об этом мы договорились вчера. Мне хотя бы не придется весь день ждать нового сообщения.

Когда возвращаюсь, на экране несколько уведомлений. Открываю только разговор с Данияром.

Он прислал снимок с открытой страницы фотоцентра.

Узнаю фотографию сразу. Ее сделали на прошлой неделе для публикации «Наша команда». Мы стоим у витрины: Роза Сериковна, я, Аскар, Мадина и мастер из печатной комнаты. Аскар поставил камеру на штатив, включил таймер и подошел к нам.

Мы смотрим в камеру, и я улыбаюсь.

Перед публикацией нам показали снимки. На одном я моргнула, на другом нет. Мы выбрали второй.

Под фотографией сообщение от мужа:

«К другому ушла?»

Первая мысль совершенно нелепая: надо было встать с краю.

Начинаю отвечать, потом останавливаюсь. Зачем с краю? Я ведь ничего не сделала.

«Это рабочая фотография. Мы снимались всей командой».

Данияр отвечает сразу.

«Аскар тоже у вас работает? Тот, который у отца на юбилее снимал?»

«Он сотрудничает с фотоцентром».

«Понятно теперь, почему тебе именно эта работа понадобилась».

Я сажусь на кровать. Мне хочется позвонить, чтобы он услышал мой голос и понял, насколько это нелепо. Но я уже слышу, как начну торопиться, путать дни и объяснять, кто где стоял.

Все равно набираю ответ.

«Мне Мадина предложила вакансию. Ты знаешь. С Аскаром я познакомилась уже на работе».

«Зато бросать работу не собиралась, как я ни просил».

Я смотрю на эту строчку. Получается, все, о