Путеводная душа - Опал Рейн

— Если они более откровенные, чем это, думаю, тебе стоит подумать о том, насколько это для тебя опасно.

— Может быть, ты узнаешь.

Сомнительно, — с грустью подумал он, пока она наворачивала вокруг него круги — как она метафорически делала это уже несколько недель.

Она показала ему язык, но ее улыбка вернулась, и это все, что его волновало. Теперь он мог игнорировать все остальное, ведь его русалка вернулась.

Плыви, плыви, маленькая фея, — думал он, разглядывая ее обнаженное тело сквозь рябь воды. Плыви от меня так быстро, как только сможешь.

Рэйвин весело напевала, перепроверяя свое рабочее место. Все было убрано подальше, но она просто хотела проверить еще раз.

Было бы ужасно, если бы что-то случилось и другие ингредиенты оказались поблизости, когда она будет активировать камень маны для его новой функции. Не хотелось бы случайно создать еще один портал хаоса, пусть и временный.

Каковы шансы, что это повторится?

С ее-то везением, кто знает? Шансы определенно были не в ее пользу.

Ладно, на самом деле она все перепроверяла в сотый раз, потому что волновалась.

Она была счастлива, так как их долгое плавание в озере превратилось в нечто куда более непристойное. Быть взятой у стены озера не было в списке ее главных желаний, но по крайней мере он не мог пожаловаться, что она чиста от его семени!

Теперь она также была сухой, одетой и готовой к работе.

Вероятно, она чувствовала себя гораздо более расслабленной, чем могла бы, именно благодаря их жаркому моменту близости. К тому же, он был достаточно добр, чтобы просто… быть там с ней, пока она плавала, и она ценила это больше, чем он мог себе представить.

Она также сняла с души то, что ее беспокоило. Рэйвин предполагала, что Мерих ужасно воспримет новые подробности о Велдире, но ее тяготило то, что она знала о нем то, чего не знал он. Держать это в себе казалось неправильным, и она подумывала рассказать ему об этом с тех самых пор, как они отправились в путь.

Мерих был загадкой, и даже узнавая о таких вещах, он, казалось, нес тяжесть всего этого с легкостью. Она была уверена, что это всего лишь фасад, но это показывало его внутреннюю силу.

Вошедший в пещеру вышеупомянутый стоический Сумеречный Странник вырвал ее из раздумий.

— Готово. Вот горшок.

Звон керамики о каменный стол заставил ее уши дернуться, только потому, что он, казалось, со всем обращался грубо. Горшок был разбит и едва держался на веревке. Ему следовало бы быть осторожнее.

И все же она поблагодарила его, придвигая горшок поближе.

В темноте своего зрения она видела, что тюльпан, держащий камень, светится активирующей магией. Она осторожно ослабила ленту, удерживающую цветок закрытым, и позволила камню упасть ей в руку.

Она не видела камень, но чувствовала его тепло, то, как он покалывал ее чувства силой.

Нужно действовать быстро, теперь, когда я вытащила его из инструмента поглощения. Цветок потребовал от нее некоторых размышлений и реконструкции, именно поэтому она так сильно заболела после нескольких дней попыток его изменить.

В ее мире был механический инструмент для этого, но он был создан на основе чего-то подобного.

— Тебе нужна помощь?

— Нет, — ответила она, сделав успокаивающий вдох. — Тебе не обязательно оставаться и смотреть. Это может занять какое-то время.

— Все в порядке. Мне интересно, что ты делаешь.

Рэйвин зажала камень плоско между ладонями и влила в него магию. Он начал парить, как и ее волосы вокруг лица, когда она использовала заклинание левитации, которое позволило бы ей вращать его и работать с ним со всех сторон.

Когда он повис в воздухе, и она наконец смогла увидеть, что камень светится черным — нейтральным цветом, похожим на ее собственную серую базовую магию — ее сердце забилось быстрее.

Нет. Все хорошо. Я смогу. Я справлюсь. Она постаралась сделать еще один успокаивающий вдох. Я обещала Мериху, что мы отправимся в мой мир, и я очень, очень хочу домой. Просто не торопись. Не будь нетерпеливой, как в прошлый раз.

Рэйвин была слишком молода, самоуверенна и нетерпелива, когда делала это в последний раз. Она не повторит эту ошибку — она отказывалась это делать.

Вокруг камня образовался прозрачный шар сущности. Силой мысли она нарисовала внутри него круговые руны и символы. Сформировались разноцветные линии: белые, черные, синие, зеленые, красные и всех возможных цветов и оттенков.

Узоры по всему ее телу начали светиться, и она смогла увидеть и их тоже.

Затем наступила сложная часть, которая займет часы.

Ей нужно было сплести крошечные нити заклинания — она уже успешно делала это раньше, что едва не закончилось для нее катастрофой.

Там были тысячи микро-нитей, которые нужно было сплести в узоры. Центральным элементом было солнце, но выглядело оно необычно — как геометрическая двадцатичетырехконечная звезда.

С потом, стекающим по спине и лбу, она не знала, как долго простояла там под пристальным взглядом Мериха. Он перемещался, так как его вибрации то усиливались, то затихали через разные промежутки времени, но он ей не мешал.

Это в любом случае не имело бы значения. Она была предельно сосредоточена, настолько глубоко сконцентрирована на своей задаче, что если бы он попытался толкнуть ее, коснуться ее, сделать хоть что-нибудь, она бы осталась жесткой и непреклонной.

— Рэйвин, — позвал он, но она не ответила. Она не могла, не тогда, когда пропускала одну нить под другой, затем выводила ее сверху, только чтобы снова пропустить под следующей. — Что бы ты ни делала, оставайся внутри. Не выходи из пещеры.

Она хотела спросить почему, но ее губы не пошевелились. Если она слишком сильно отвлечется от своей задачи, то может разрушить заклинание. Она может уничтожить камень.

Несмотря на это, она прислушается к его предупреждению. Если это снова его мать, Рэйвин не хотела вмешиваться. Она закончила с подслушиванием и не хотела снова обманывать его доверие.

Работает, — подумала она, продолжая создавать заклинание солнца. Оно работает!

Черное свечение камня начало краснеть в центре.

Ладно, ладно. Красный все еще слишком слаб. Даже исходящий от него жар не был сильным. Это был эквивалент солнца температурой в три тысячи Кельвинов, хотя и всего лишь крошечная его капля.

Однако это было лучше, чем то, что она сделала в прошлый раз. Оно началось с белого, и поскольку их самое горячее солнце было синим, она целилась в него. Только не снова,