Молия - Маргарита Серрон

— Вы же знаете, что он для меня значит. Он моя единственная любовь, он отец моего будущего ребенка! И после этого вы пришли как ни в чем не бывало праздновать Новый год в мой дом? А ты, Матвей, ты врал мне в глаза?

Матвей за секунду протрезвел, но язык его не слушался.

— А ты Макс? Так мне за все отплатил? Я не сомневаюсь, что ты Филе угрожал расправой, если он проговорится, — Моля кинулась к Максу и посмотрела ему не в лицо, а в душу.

— Вы и не собирались мне ничего рассказывать, никогда? — девушка все еще прибывала в шоке.

— Трусы, подлые трусы, иуды, я ухожу, навсегда. И не смейте меня искать. И не тряситесь так, я держу свои эмоции под контролем. Вы все не лучше Киана, который меня бросил. Вы убили всю мою любовь в доброту человеческую, растоптали веру в друзей. За меня решили, что мне нужно? Что, Филя, голову трогаешь, никого я здесь не спалю, можешь расслабиться. Нет у тебя больше подруги-ведьмы. А Киану, если его увидите, передайте, что усадьба мне его не нужна и деньги его я тоже не возьму. Мне ничего не нужно не от него, ни от вас. Идите все к черту! Я сама ребенка воспитаю, — Моля развернулась и ушла собирать вещи. Слез не было, она уже выплакала все, что могла. В душе была лишь пустыня. Выжженная, безжизненная пустыня.

Макс схватил бутылку коньяка и стал пить прямо с горла, Матвей сел прямо на пол, вытянув ноги, Филя выглядел, точно по нему проехал экскаватор и сравнял его с землей.

— Она все слышала? И как мы на ней жениться собрались? Получается, что вроде как скрыли от нее, что Киана видели, чтобы воспользоваться ее одиночеством, но это же не так? Макс, мы же не из-за этого не стали ей все рассказывать, да? Мы же как лучше хотели.

— Про себя говори, профессор, я Молю всю жизнь любил, и если бы не этот гаденыш инопланетный, она бы вышла за меня замуж. Я и на работу постоянную устроился, только чтобы побольше денег заработать для нее и ребенка.

Филя закрыл лицо руками, ему стало так стыдно.

— Ты воспользовался нами, ты все, все испортил. Ты и не хотел помогать Моле, только вид делал.

— Нет, придурок, я бы никогда не стал бы вредить ее счастью, никогда. Я хотел защитить ее, неужели вы все не поняли, что Киан не человек. Он, блядь, просто инопланетная тварь, недостойная такой женщины, как наша Моля. Он не умеет любить, и наши страдания и метания ему не понятны. Ничто его не изменит. Матвей, что молчишь, ты лучше всех его знал, я что-неправ? Я ее защищал!

— Я не знаю прав ли ты, но я точно подонок. Самый настоящий подонок. Киан изменился, он на самом деле влюбился, и он умеет чувствовать. А я его предал, и Молю тоже. Может он хотел, чтобы мы его увидели, чтобы сказали Моле, что он здесь, на Земле. А мы ничего не сказали…

— Господи, а вдруг его силой удерживают, шантажируют? — Филя подскочил, точно ошпаренный, — Нужно поговорить с Молей, она сейчас не видит ничего от обиды и ненависти, но мы то люди адекватные, умные люди и мы не страдаем от влюбленности. Матвей, ты даже и не пытайся вставать, пойди проспись лучше. Максик, ты же понимаешь, о чем я? Давай пойдем и поговорим с Молей.

— Филя, ты дурак совсем, ты мне предлагаешь пойти и уговорить Молю, чтобы она простила Киана и занялась его поисками? Да пошел ты, я уезжаю, задолбали вы все меня, вы лохи, кретины. А о моих чувствах, Филин, ты подумал? Я столько лет это в сердце носил, пока вы с Молей думали, что я из камня сделан. Я ее столько лет любил и ждал, когда она на меня как на мужчину посмотрит. Это ты у нас всю жизнь в миротворца играл, порядочного из себя строил, а мне плевать на все ваши нравственные ценности. Каждый сам себе пробивает дорогу в жизни. И если я не убил еще Киана, то это ему просто повезло, я не буду таким благородным, когда его встречу. Он ответит мне за каждую Молину слезу.

— Макс, а я тебя совсем не знал, это не ты говоришь, это твое самолюбие уязвленное, ты просто обижен, остынешь и все поймешь, так нельзя. Мы все хотели, как лучше…

— Можно, еще как можно, если бы не ваши языки длинные, Моля сейчас бы спокойно спала бы в своей комнате. Прошло бы время, и она постепенно забыла Киана и смирилась, он бы умер для нее. А я был бы рядом. Живой. А теперь она никогда не успокоится и неизвестно чем это еще закончится. Все, я завтра утром улетаю в Штаты, а вы здесь разбирайтесь сами, как хотите. Можете целую поисковую группу организовать, ты Филя большой мастер женщинам мозги пудрить, так что передаю тебе пальму первенства. А я — пас.

Макс вышел, хлопнув дверью со всего маха. Его трясло, а он никогда не терял самообладание. Но он никогда и не терял доверие любимой девушки. Это было больно, очень больно. Вот и встретили Новый год.

Глава 27

Алька, она же Мальвина, с трудом открыла глаза, услышав какие-то подозрительные звуки в комнате соседки. Все похмелье как рукой сняло. Она встала с кровати и превозмогая тупую боль в затылке вышла в коридор. Стараясь не шуметь, она осторожно кралась по квартире, расклеивая по дороге глаза щелки.

— Молька, ты что ли? Вот, блин, напугала. Хоть бы позвонила, что приедешь, так и умереть от страха можно. Я уже отвыкла, что у меня соседка есть. Да, с тебя оплата за полтора месяца, и меня не волнует, где ты пропадала. Слушай, а где ты была так долго? В экспедиции? Хотя нет, твои друзья сами тебя искали, Моль ты че, как неживая? Что случилось?

Алька села на кровать соседки. Любопытством она страдала с детства. И особенно любила лезть в чужую жизнь, так она поднимала собственную значимость в своих же собственных глазах.

— И тебе Алька привет. Деньги я тебе отдам, не переживай. Все остается как прежде. Давай договоримся-не было моего отсутствия, мы расстались вчера, поэтому