Недотрога для хищников. Единственная для двоих - Олеся Рияко

и похоти. Я откровенно плавилась под ним, и мне захотелось зажмуриться как от полуденного июльского солнца, потому я прикрыла веки, продолжая постанывать от сумасшедшего вихря ощущений.

Но Рэвулу это не понравилось. Он взял меня пальцами меня за подбородок и заставил снова посмотреть себе в глаза.

— Не надо, не отводи взгляд. Я хочу, чтобы ты смотрела на меня. Хочу, чтобы сейчас ты вся была моей и со мной!

Другой рукой он сжал мою ягодицу, и его ловкие пальцы вдруг скользнули между половинками, тут же начав нежно поглаживать тугое колечко мышц. Я шумно выдохнула и замерла, не в силах вымолвить ни слова. Потому что этих слов на моём языке в одно мгновение скопилось слишком уж много!

Потому что… да чёрт же его побери! Только не говорите мне, что Рэвул связал меня именно для этого!

— Тише-тише… — Опережая меня, прошептал этот негодяй. — Просто расслабься, Ив. Вот так… Просто прими, что на твоём теле не будет ни одного места, до которого я бы не дотронулся… Потому что ты моя единственная и я хочу тебя всю без остатка. И может быть не сразу, но получу…

Произнеся это, Рэвул подался вперёд, полностью пронзая меня каждым сантиметром своего члена. Я застонала и блаженно запрокинула голову от ощущения наполненности.

Растяжение было немного болезненным… но именно таким, как надо. Как будто всё это время я была неполноценной, и только сейчас, соединившись с ним, смогла стать целой.

Его губы снова нашли мои и увлекли восхитительным поцелуем.

Рэвул медленно вышел из меня и снова вошёл, как будто желая сделать всё, чтобы я запомнила этот момент до конца своей жизни. Толчки стали ускоряться, пока он буквально не насадил меня на член. Ещё несколько толчков и я дошла до грани — его имя сорвалось с моих губ громким стоном во время оглушительно мощного оргазма.

— Да, вот так. Чему тут сопротивляться, Ив? Никаких сомнений, мы с тобой предназначены друг другу. Разве может быть что-то правильнее того, как ты громко кончаешь на моём члене?

— Чёрт побери, Рэвул! Из тебя же обычно слова не вытянешь! Кто бы мог подумать, что ты такой болтливый во время секса?!

Он тихо рассмеялся и хотел ещё что-то сказать, но я подалась вперёд и впилась в его губы поцелуем, оборвав на полуслове.

Он снова задвигался во мне. Медленно, протяжно и именно в этот момент его палец скользнул в меня сзади.

Я сдавленно охнула и дёрнулась, но Рэвул не позволил мне ни вырваться, ни оборвать наш долгий сладкий поцелуй. А я замерла…

Потому что ощущение неожиданно оказалось… приятным?

Проклятье… очень приятным…

Моя реакция явно пришлась ему по вкусу, потому что его движения во мне ускорились. Рэвул прижал меня спиной к стойке, не позволяя пошевелиться. Всё, что я могла сделать это принимать в себя его член. Он активно двигался во мне, и каждый толчок был таким глубоким, что казалось, будто головка упирается прямо в мою матку.

— Ещё… — Прошептала я, и он прикусил мою нижнюю губу.

— Столько, сколько скажешь… Сколько только захочешь, Ив…

Меня опьянила витающая в воздухе похоть — я снова приблизилась к оргазму, поэтому не в силах была больше вымолвить и слово.

Арсенал заполнили звуки пошлых влажных шлепков, его тихое рычание и мои сдавленные стоны. В этот момент я отчаянно хотела лишь одного — чтобы это мгновение никогда не заканчивалось.

— Кончи ещё раз для меня, Ив Сандерс… — Попросил он так, будто от этого зависело дальнейшее существование этого мира.

Что же… я просто не могла не выполнить его просьбу. Была уже не в силах этому сопротивляться…

В самом низу живота начало разливаться тепло. Оно нарастало. Распространялось по всему моему телу. Мы словно стали с Рэвулом единым целым — я уже не понимала, где кончается моё тело и начинается его. А потом выгнулась дугой, громко кончая.

Киранец сильно содрогнулся и кончил следом с протяжным рыком. Я почувствовала, как его сперма заполнила меня и теплом потекла по бёдрам. Удовольствие ещё продолжало разливаться по всему моему телу, когда Рэвул тяжело дыша, протянул руки к моим запястьям и ловко развязал удерживавший их ремень.

Глава 100

Тем вечером я так устала, что сразу после ужина вырубилась прямо на диване. А ведь кажется, что всего-то на секундочку прикрыла глаза!

Хорошо, что рядом были двое по-кошачьи ловких киранцев, которые, не разбудив, отнесли меня в постель и даже умудрились переодеть.

Весь следующий день Рэвул вёл себя ну просто как величайший в мире лапочка! Даже с Рину не препирался, хотя тот и подтрунивал над ним больше обычного.

Но я-то теперь, конечно же, знала, что белым и пушистым Рэв был только для вида. И мне, вообще-то, сразу стоило поверить Рину, который предупреждал меня именно об этом! Ну ничего… на ошибках учатся. Похоже, мне стоило внимательнее прислушиваться к красноволосому… и осторожнее поворачиваться спиной к блондину…

Я подумала, что в том моём странном сне, где братья предстали мне в роли ангелов, было куда больше пророческого, чем казалось.

Скорее всего, моё подсознание, в отличие от меня, давно разгадало их характеры, их тайные сущности! И Рину, который всё это время казался мне коварным и хитрым соблазнителем — коварным и хитрым именно что казался… А вот Рэвул, представлявшийся мне едва ли не воином света с открытым, добрым сердцем и чистыми помыслами, на деле был совсем не так открыт.

А уж о его «чистых помыслах» мне и вовсе следовало промолчать, чтобы в который раз за день, думая об этом, не раскраснеться, как спелый помидор у неблизнецов на глазах.

С утра и до самого обеда мы очень продуктивно поработали, закрыв план на целых полтора дня ремонта, поэтому было решено устроить себе небольшой отдых.

Рэвул честно сказал, что после обеда намерен пойти поспать много лишних часов, а Рину зачем-то развёл бурную деятельность в кухонной зоне. Вначале неизвестно зачем наделал себе сэндвичей с разными начинками, хотя мы буквально только что поели, а потом ещё и начал лазить по шкафчикам, то и дело ворча себе под нос.

— Карадла…

— Да что случилось?

Наконец, не выдержал Рэв, всё это время напряжённо наблюдавший, как его брат наводит беспорядок в единственном островке исключительного порядка и чистоты в кают-компании.

Рину обернулся к нему. Коротко, недовольно фыркнул и тут же вернулся