Пари на императора драконов - Мария Павловна Лунёва

Я обернулся.

Понимал, что она видит монстра. И все же верил, что не оттолкнет. Что примет.

Она улыбнулась. Подошла и обняла. Потеревшись грубой от чешуи щекой о её волосы, крепче стиснул в руках и перевел взгляд на Вегарта.

— Очень жаль, учитель. Ты мог стать мне отцом, а стал чужаком. Жене сам всё объяснишь. Особенно ту часть, в которой полагал, что можно наплевать на связь истинных. Она оценит. И можешь нас не искать — я знаю такие места, до которых ты не доберешься, генерал.

Моя тьма пеленала его. Я знал, он уже не способен пошевелиться. Смерть ластилась к нему — взяла в свои объятья и убаюкивала совершенно беспомощного.

— Юниль, — Вегарт в этот момент смотрел на мою ведьму.

— Я тебя люблю, папа, — её голос дрогнул. — Люблю настолько, что не рассказала Льюису, в чем был твой план, чтобы не разочаровывать его еще больше; настолько, что никогда не расскажу тебе о том, что вижу во снах женщину, которую называю матерью, и это не фера Грета. Никогда ты не узнаешь, что мне известно, кто мой настоящий отец. И я никогда не допущу и мысль, что перестану считать тебя самым лучшим папой. Но то, что ты сделал... Прости, но ты сам вынуждаешь меня выбирать. Я не хочу, но именно ты заставляешь! И мое решение тебе не понравится. Я выросла и больше не хочу сидеть запертая в родном поместье под твоим наблюдением. Я хочу идти своей дорогой с мужчиной, которого я люблю. Это мое право и мой выбор. Я выбираю свободу, папа. Я выросла.

Он дернулся, сопротивляясь мне, попробовал поднять руку, но лишь выдохнул:

— Хватит препираться... Юниль. Это не место для серьезных разговоров, вы возвращаетесь в замок. Мама только родила и наверняка волнуется...

Юниль отвернулась и прижалась ко мне всем телом.

— Он поймет, что не прав, — шепнула она. — Не признает, но поймет. А с тобой да хоть куда.

Присев, я обхватил её за бедра, закидывая на свое плечо.

— Мне безумно жаль, что так всё закончится, Вегарт. На трон должен взойти Ярвен, видимо, Комир потому так стремился стать палачом. Понимал, что ему придется оберегать своих младших братьев как наследников.

Кивнув ему, я отошёл на шаг и взмахнул крыльями.

Вегарт дернулся, но моя тьма мгновенно сильнее спеленала его змеиными кольцами.

— Папа, — в голосе Юниль звенел страх.

— Как только мы улетим, магия развеется, — успокоил её. — С ним всё будет хорошо. Ещё раз поздравляю тебя с рождением наследников, Вегарт. К сожалению, за то, что ты желал лишить меня счастья быть любимым мужем и отцом, я вынужден поступить именно так.

Развернувшись, я взмыл вверх, и вдруг передо мной возникла преграда из яркого, почти золотого пламени.

Глава 34

Юниль Вагни

— Как у вас тут всё по-тёплому, по-домашнему, но отчего-то опять без меня, — донеслось до нас откуда-то снизу. — Всегда так — всё подслушиваешь, выведываешь, ну хоть бы раз пришли и поделились своими проблемами. Нет, гордые они, идиоты! Спускайся, Льюис. Теперь по-иному разговоры вести будем. Но твоя решимость мне понравилась. Хорошо ты проблему решил. Верно, так и надо.

Опустив голову, я увидела, как сквозь тьму к Льюису спокойно идёт тот, кого я здесь и вовсе никогда не ожидала увидеть.

— Дядюшка Айдан, — сорвалось.

Моргнув, быстро сообразила, как я императора Северной империи назвала. Поджала губы.

— А кто же ещё? Кровь одна, и я для тьмы брата неприкосновенен. И... ну, Юниль, какой я теперь тебе дядюшка, когда у тебя в истинных мой брат младший, и единственный, — это я тебе, Вегарт, напоминаю, ты, кажется, запамятовал, кто у тебя в зятьях. Так что, ведьмочка, я тебе теперь и папа, и мама, и тётя, и дядя. У меня же как? Кроме истинной и детей, только вот Льюис и остался. Сын моей любимой тёти, по которой я до сих пор горюю...

— Я даже знать не хочу, как ты обо всём прознал, Айдан, — зарычал отец, — но не забывай, что речь идёт о моей дочери.

— Так, Вегарт, мы же её не в качестве жертвенного ягнёнка использовать собрались, а так — в императрицы посвящать, — дядя Айдан вскинул голову и снова уставился на нас. — Льюис, ты там долго крыльями махать собрался? А вообще... — он пристально осмотрел брата, скривился и весьма неоднозначно цокнул. — Нет, я что-то такое и представлял себе, но... хорош. Ты вот в таком виде почаще на совете и переговорах появляйся, увидишь, насколько исполнительнее все вокруг тебя станут. И вообще так и ходи, и ни у одного в голове даже намёков на то, чтобы организовать покушение, не появится. Впечатлён. Юниль, а ты его и такого любить будешь?

Я выдохнула и взглянула на своего истинного. Он всё ещё решал, вверх нам или всё же вниз.

— Я его, император Айдан, любого любить буду, — прокричала, но при этом смотрела на отца.

Он злился, понимал, что подмога пришла, откуда не ждали, вот только не для него. Да, я не могла нормально относиться ко всей этой ситуации, и, естественно, понимала, что если мы и улетим, то на совсем короткий срок — скорее, чтобы все всё смогли как следует обдумать. А в случае моей семьи, чтобы мама всё прознала и попросила доставить ко двору её любимую скалку. Потому как она бы точно не позволила папе ставить меня в подобную ситуацию. Выбор между любимым отцом и любимым мужчиной — это чудовищно!

— Что, Вегарт, детки выросли, а ты и не заметил? — названый дядюшка резвился вовсю.

— За своими детьми следи, Айдан. Я на тебя посмотрю, когда какой-нибудь пустынник или фер из свободных земель заявится и объявит, что твоя младшенькая или старшенькая — его истинная пара.

Выслушав, рыжеволосый правитель Северной империи уставился на своего палача. Задумчиво так, а после высокомерно хмыкнул.

— Если так случится, то у меня будет очень наглый и сильный зять. Слабак просто не осмелится. А значит, дочери рядом с ним будет безопасно. Посмотри на эти руины, Вегарт, и вспомни, какой мощью обладал их владелец. Взгляни на его