Божественная судьба - Морган Би Ли

Я делаю глубокий вдох, чтобы собраться с духом. — Я узнала, что моим отцом был человек по имени Пьетро Амато.

У нее отвисает челюсть. — Вау. Подожди, ты дочь Пьетро Амато? Мои родители рассказывали мне о нем! Они знали его давным-давно. Так много Реформистов все еще беззаветно любят этого парня, и он стал только более почитаемым с тех пор, как реформистское движение стало таким огромным, и — погоди, если он был твоим отцом, то кем была твоя мама?

— Синтич.

На мгновение мне кажется, что я сломала ее. Затем Кензи кашляет. — Повторишь снова?

— Синтич. Ты знаешь, Богиня жатвы, воспоминаний, страха, снов, смерти, тьмы, душ…

Я могла бы продолжать, поскольку каждый из шести богов властвует над столькими вещами, но Кензи очень бледна, когда поднимает руку. Она непривычно молчалива и так долго безучастно смотрит на меня, что я начинаю беспокоиться.

— Кензи? — спросила я.

Она наконец выдыхает. — О, мои святые гребаные боги. Черт, извини, мне, наверное, не стоило говорить такие вещи при тебе…

Я фыркаю. — Богохульствуй сколько хочешь.

— Но разве ты не… теперь одна из них? — Ее голос тоненький, а широко раскрытые голубые глаза почти испуганы.

Она нервничает. Теперь, когда она знает правду, она не уверена во мне.

Черт возьми.

— Не смотри на меня так, — яростно настаиваю я. — Кем бы я ни была, я все еще остаюсь собой.

Я описываю ей все это. Как мое предназначение неожиданно исполнилось во время битвы, как я очутилась в Раю, а затем проснулась в оскверненном храме Синтич, и лишь обрывки воспоминаний возвращались через косу, которой я сейчас владею.

— Я кое-что сделала, чтобы вернуться в мир смертных, — заканчиваю я. — Я просто не помню, что я сделала и почему мне потребовалось шесть месяцев, чтобы вернуться. Отсутствие воспоминаний абсолютно чертовски бесит.

Кензи смотрит на свои руки, ковыряя облупившийся лак на ногтях. — Да. Так и есть.

Верно. Это было бесчувственно с моей стороны — она знала лучше, чем кто-либо другой.

Я изучаю ее. — Тебе удалось многое узнать о своем прошлом?

Она кивает. — Оказывается, когда-то я была сомнительной сукой. Но даже несмотря на то, что я могу собрать все воедино, и даже несмотря на то, что мой квинтет оказал невероятную поддержку в том, что я заново открываю себя, все равно паршиво, что я никогда не верну те воспоминания, понимаешь? Боги, хотела бы я, чтобы у меня была волшебная коса, возвращающая память, — вздыхает Кензи. Затем она морщит нос. — Или не коса. Что-нибудь, что я бы действительно использовала, например, крутую кисть или что-то в этом роде.

Львица-оборотень снова смотрит на меня, как на что-то новое, чего она никогда раньше не видела. Сначала я беспокоюсь, что теперь, когда она знает мою родословную, она будет относиться ко мне по-другому, но потом она усмехается.

— Значит… ты выглядишь почти в точности как Синтич, да? Неудивительно, что я всегда считала тебя такой хорошенькой — ты буквально выглядишь как гребаная богиня!

— Спасибо за сентиментальность, но ты единственный человек, который так думает.

— О, девочка, нет — я обещаю, что все твои парни согласятся со мной, плюс любой другой, способный ценить настоящую красоту.

Ее упоминание о моих парнях заставляет меня снова заметить жжение в моей груди без метки. Возвращаться даже так долго, не видя их, кажется опустошенным. Если Феликс в ближайшее время не вернется, я найду способ проникнуть в замок Эвербаунда.

Нуждаясь в смене темы, я корчу гримасу. — Кстати, о парнях… Феликс. Это странно.

Кензи улыбается, возвращаясь к нормальному состоянию, хотя продолжает пялиться на меня больше, чем необходимо. Я почти уверена, что она пытается представить меня на два фута выше, смертельно бледную, в плаще и с косой. Но до тех пор, пока она не станет относиться ко мне по-другому из-за моей матери, она может представлять меня обнаженной, мне все равно.

— В этом нет ничего странного, — не соглашается она. — Феликс чертовски идеален для меня, как и остальные участники моего квинтета. Я имею в виду, это может быть немного странно для тебя, поскольку Феликс однажды сказал мне, что думает о тебе как о младшей сестре, поэтому может показаться, что я трахаюсь с твоим старшим братом…

— Фу. Нет. как я уже сказала, он был просто сообщником.

Кензи хихикает. — Ну, твой сообщник до встречи со мной никогда даже не целовался с девушкой, не говоря уже о том, чтобы видеть ее обнаженной. Кто знал, что будет так сложно соблазнить того, кто так легко заводится? Затащить этого великолепного заклинателя в постель в наш первый раз было…

— Прекрати.

— Это как пытаться расколоть очень застенчивый, очень крепкий орешек, но как только я наконец раскусила его, этот мужчина очень быстро стал супер-извращенцем. Серьезно, когда Феликс впервые применил магию в спальне, он…

О, мои гребаные боги.

— Заткнись, пока я не нашла способ тебя ударить, — предупреждаю я.

Она разражается смехом. Я качаю головой, упрямо борясь с улыбкой. Наконец, она перестает кудахтать и неожиданно заключает меня в объятия, по-прежнему стараясь не прикасаться к моей коже.

— Боги, я так рада, что ты вернулась. Ты понятия не имеешь.

Я дую на один из ее растрепанных локонов, чтобы он перестал щекотать мне щеку. — Сами боги не смогли бы удержать меня от возвращения, чтобы посмотреть с тобой следующий сезон твоего любимого сериала «Запретный роман».

— На самом деле, это шоу закрыли, — вздыхает она. — Я думаю, что каждое телешоу отменено. Теперь это все просто новости и прямые трансляции происходящего дерьма. В любом случае, во многих местах больше нет электричества или Wi-Fi. То, что осталось от интернета, настолько ничтожно и уныло, что все, что я сейчас делаю со своим мобильным телефоном, это делаю грязные снимки своего квинтета. Они наловчились позировать обнаженными, так что у меня будут все эти горячие фотографии, чтобы вдохновиться ими для рисования. В частности, Феликс…

— Кензи, — предупреждаю я.

Она смеется, а затем быстро становится серьезной. — Серьезно, мир через многое проходит.

Она рассказывает о некоторых вещах, например, о том факте, что некоторые из бывших помощников Гранатового Мага, пророк и Феликс выяснили, как задействовать жизненные силы «Бессмертного Квинтета», используя фрагменты эфириума, в которых я их хранила. Они создали три защитных заклинания, которые требуют регулярного магического обслуживания, но в остальном функционируют как невидимый купол, который не пускает большинство теневых демонов. Один находится здесь, в крепости Эвербаунда, другой используется как безопасное убежище