Навязчивый мотив. Клуб 27 - Вероника Артт

В голове тут же нарисовалась до тошнотворного яркая картина, как Крис жалуется на свою новую потенциальную подругу, что оказалась подлой изменщицей, а певица его сочувственно «утешает».

Сдается мне, поэтому он не звонит и не пишет!

– Ну вас всех! – вырвалось у меня на весь магазин, и тихий покупатель, задумчиво перебирающий пластинки, подпрыгнул.

«Все, завязываю с этим, – решительно пронеслось в голове. – Не надо мне никаких музыкантов и сомнительных друзей. Пора бы снова потихоньку начать просматривать вакансии в сфере дизайна, чтобы в скором времени вернуться к интересующей теме. И как здорово, что теперь никто не будет мне мешать!»

По традиции, несмотря на какие-либо зарекания, все пошло совсем не так, как планировалось.

Тоска по Крису нарастала. В душе плескалась грусть, ревность и печаль. Я все чаще заходила на его страничку в соцсети.

Иногда парень появлялся «онлайн», и я набирала сообщение.

Написав половину, стирала.

Писала я разное.

Сначала то, что он все неправильно понял. Но потом злилась, осознавая, что это звучит так же, как если бы сумасшедший утверждал, что здоров. Следом накатывала претензию, но она не дописывалась и до половины, потому как ее отправка испортила бы все еще сильнее. Хотя портить, казалось, было уже нечего.

В итоге все сводилось к тому, что я пялилась на пустое окошко для ввода текста, не понимая, что хочу выразить и донести.

Вечерами я с грустью поедала вишню на развес, несмотря на то, что вкус ее был кислый и терпкий, а на фоне играли треки брюнета.

Удивительно, насколько иначе воспринимаешь уже знакомого человека по сравнению с тем, как если бы сразу знал, что он, оказывается, довольно популярная личность. Каким-то образом музыкант Крис Черри прошел мимо меня. Наверное, потому что до встречи с ним мои вкусовые предпочтения скакали от современных исполнителей металла до идолов хард-рока минувшего века. Похоже, ему как-то удалось проскользнуть между ними. Я рассматривала фотографии парня с концертов прошлых лет, когда он был моложе и явно более дурной и дерзкий. Интересно, какую жизнь тогда вел Крис, каковы были его цели, взгляды… Несколько попавшихся в интернете статей с громкими заголовками еще сильнее разожгли мое любопытство.

Но все это не придавало парню большей ценности в моих глазах, лишь добавляло очередную перчинку. Сейчас меня интересовал человек – Крис, а не гроза девичьих сердец – Крис Черри. Должно быть, есть свой плюс в том, что я не знала, кто он, в момент нашего знакомства и сближения. Будь все иначе, я бы наверняка испытывала перед кумиром некое благоговение, ведь в своем деле он был действительно хорош.

Композиции в репертуаре Криса имелись разные, но я специально выбирала те, что сочились либо насмешливой лирикой:

Кровавые брызги и капли на стенах,

В соленых разводах и туши подушка.

Но вновь улыбаешься, звонко смеешься:

Ведь я для тебя просто кукла, игрушка.

Либо разрывались импульсивной, зажигательной и воинственной энергией, но были также лишены особого позитива:

Малыш, если б ты была мексиканкой,

То сердце мое бы было пиньятой,

А если б я стал твоим полигоном,

То ты б была самой мощной гранатой!

Я вслушивалась в пронзительный голос парня, который делался то ласково-нежным с пробирающей хрипотцой, то хлестал по сердцу рваными воплями разъяренной пантеры.

К концу недели страданий и вовсе дошло до того, что я подходила к шкафу в прихожей, вытягивала из него свою кожаную куртку и вдыхала аромат материала, вспоминая, что Крис также был облачен в кожанку, когда все ближе наклонялся ко мне в грохочущем музыкой клубе, сужая сознание лишь до восприятия его пристального горящего взгляда.

После ароматерапии я закрывала шкаф и со стыдом прятала глаза от отражения в зеркале.

Глава 8

В сетях паутины

В один из вечеров, когда небо вновь разрыдалось дождем, а я сидела в пустом магазине и в очередной раз меланхолично ползала в телефоне, выискивая в своих разношерстных аудиозаписях самые печальные и до отвратительного плаксивые, пришло уведомление.

Без особого энтузиазма я перешла в приложение, предполагая, что кто-то из друзей просто выложил новый пост, но когда страница открылась, брови поползли наверх.

Сообщение от Криса.

Не успела я обрадоваться и кликнуть на окошко, чтобы его прочесть, как оно тут же исчезло.

В разделе «входящих» его не оказалось: так происходит, когда письмо тут же удалили.

– Вот же!.. – негромко воскликнула я, испытывая смесь ликования и замешательства.

Немного подождав, но не получив никакого нового сообщения, я перешла в профиль парня.

«Обычно ты писал смс. Неужели тоже ползал по моей странице?..

…

И ждать ли мне, что напишешь снова?»

Но лично я больше ждать не собиралась. Окончательно убедив себя, что Крис ни в чем не виноват, я, соскучившись, как влюбленная старшеклассница, была готова действовать.

До этого решив, что он окончательно отказался от меня, я позволила бурной реке страданий подхватить и нести себя, не желая прибиваться к берегу. Но мысль, что брюнет не выкинул меня из головы – как и я его – стала веткой склоненного к воде дерева, за которую я теперь проворно и воровато уцепилась.

Внимательно просматривая профиль музыканта (изученный мною вдоль и поперек, но, должна подчеркнуть, содержалась там информация исключительно о его музыкальной деятельности), я заметила кое-что новое.

Последняя запись, сделанная сегодня утром, заставила облизать губы, а ее содержимое кольнуло разум первым, пока еще легким и игривым, адреналиновым уколом.

Афиша некой закрытой вечеринки в духе готического маскарада. Публикация была прокомментирована самим Крисом: «Уже сегодня».

Я немедленно перешла по ссылке, и на экране появился сайт заведения под названием «Паутина».

Выглядела страничка мрачно и сдержанно, представляя лишь емкую информацию об адресе и характере заведения.

«Паутина – место, где ночь – это день, а день – это ночь. Пей и предавайся утехам до рассвета. Будьте осторожны, мотыльки, угодившие в наши сети».

За фразой, венчающей сайт, располагалась летучая мышь с распростертыми крыльями.

Похоже, это место было более тематическим, нежели «Заучка». Мероприятия и концерты, проводимые здесь, имели отношение к субкультуре готов, нежели просто к неформальной атмосфере и тяжелой музыке, чем отдавало заведение Криса.

Я