Няня для крылатого - Алиса Калинина

     Однако, чем дольше я буду оттягивать разговор, тем дольше и он будет здесь. Отругав себя за малодушие, я натянула еще не высохшее до конца платье и шагнула за дверь.

   Ну, конечно! Меня и не удивило то, что непрошенный гость вел себя, как хозяин. Достав из шкафа крепкую наливку, он затребовал кубки.

     И от этого стало еще страшней. Если он трезвый такой, то чего ожидать от пьяного? И к тому же он, кажется, верхом. А лошади не терпят выпивох.  Неужели планирует остаться здесь на ночь?!

    От этой мысли меня передернуло, но захватчик, словно прочитав мои мысли, опередил мой вопрос.

– Два кубка неси. Нам предстоит поближе узнать друг друга.

– Я не собираюсь узнавать вас. И была бы счастлива, если бы в отсутствие мерра Ардана вы здесь не появлялись. Вы так и не представились.

– А ты, детка, не зарываешься?! Я правая рука Ардана! Айр Эркейн Мангольф. Начальник охраны. А ты соплюшка, которая по щелчку моих пальцев вылетит отсюда. И радуйся, если не назад в монастырь, – вальяжно развалившись в кресле, он попытался угрозами задавить меня.

     Однако дух упрямства, за который меня ненавидели тетка и ее «муженек», никуда не делся. И понимая, что сильно рискую, я все равно не могла не ответить.

– Меня не за что в Ноктрег! Я не бесноватая. Я здоровая и адекватная. А то, что меня туда хотели упрятать, это паршивое стечение обстоятельств. И не вы меня сюда нанимали, а мерр Ардан. И вы не имеете права меня выгнать, – выпалила я, едва усмиряя колотящееся сердце. Ясно теперь, почему он преодолел магическую защиту и почему Гард даже ухом не повел, когда он вошел.

– Не за что, говоришь? – Он усмехнулся, от чего его и так прячущиеся глаза вообще превратились в щелочки. – Как говорил еще отец нашего императора, глубокочтимый Сегельд I: «Был бы человек, а за что его казнить, всегда найдется!»

– А это и не он говорил! Эту фразу приписывают Главному инквизитору! – снова не удержалась я и щедрым мазком добавила еще одну причину быть ко мне недоброжелательным.

– Да кто бы ни сказал, ты должна понимать, что в ней вся соль нашего общества! Стоит мне захотеть, и тебя превратят в рабочую скотину на монастырских полях, сопля ты малолетняя!

       «Элина, никогда никого не обзывай! Это будет означать, что ты выходишь из себя, а значит, ты не права» – так учил меня дедуля. Золотые слова. И я вижу это на примере этого противного гада. Естественно, он не прав, и он выходит из себя. Вернее, это я его вывожу. И то, что я на ровном месте наживаю себе врага, ясно как белый день. Как сладкая волшебная вата, которую по большим праздникам делали для детей чародеи Гортвуда. Одна голая палочка, и в несколько движений она обрастает огромным пышным коконом. Отчаянно умоляю себя заткнуть свое чувство справедливости куда подальше. Прикрываю на мгновение глаза и прошу дедулю помочь советом.

     «Ну пожалуйста! Пожалуйста!» – повторяю я. И, о счастье! «Никогда не играйте в шахматы с голубем! Он разбросает фигуры, нагадит на доску и полетит рассказывать всем, как вас уделал!»

    Это же моя ситуация! Что бы я ни сказала, для него я сопля мелкая, которую в любом случае нужно прижать к ногтю, не считаясь ни с какими доводами, не пытаясь выяснить истину. Эль, перестань спорить!!!

     Я опускаю голову и выдыхаю.

– Айр Эркейн! Я не сделала ничего плохого. Пожалуйста, не будьте ко мне жестоки! Я хочу здесь работать.

      Ничего не отразилось на непроницаемом лице моего противника.

– Ты думаешь, я по своей инициативе притащился из города сюда? Меня попросил Ардан проверить тебя, выяснить, что ты за фрукт. Так что есть два варианта развития событий. Я сообщаю, что ты бесноватая, и тебя выгоняют. Или говорю, что ты вполне нормальная. Понимаешь?

      Я понимала. Как догадалась и том, от чего будет зависеть содержание его доклада Ардану.

       Хотя в голове не укладывалось. Неужели Ардан дал добро на такую проверку?! Что –то очень болезненно царапнуло мою душу, в которой хозяин Гарда уже получил статус полубога. На вид суровый, холодный, но у него есть чувство юмора, есть Гард… и тут же пришлось мысленно вылить на себя ушат холодной воды. И у него есть обрученная! Господи, куда меня несет в мыслях?! Сейчас над моим благополучием нависла тяжелая, свинцовая туча, и нужно что-то срочно придумать. Я лихорадочно соображала, как быть. Прикинуться мертвым опоссумом, чтоб этот хищник побрезговал? Поверит? Нет? Но попытаться стоит!

– Ну вы же видите, что я вполне нормальная, значит, и мерру Ардану это сообщите! Так же? – я включила наивную простоту и мысленно скрестила пальцы на удачу.

– Не так же. Вот в чем дело, куколка. Я застал тебя в очень откровенном виде. То есть ты меня хотела соблазнить.

      От возмущения я, как рыба, выброшенная на берег, хватнула воздух и чуть не забыла, как дышать.

– Нет же! – вместо громкого протеста, у меня получилось лишь какое-то шипение.

– Хотела меня соблазнить, – как нерадивой учение, повторил он с нажимом, словно не заметив моей реакции. – И когда я проявил нормальные мужские чувства, ты мне залепила пощечину. Мне?! Если бы я умел прощать такие вещи, то до сих пор работал бы при монастыре усмирителем. Мое правило – доводить дело до конца. Надо же, как-то двусмысленно прозвучало! И в этом суть. Либо ты будешь ублажать меня, пока мне не надоест. Либо я говорю, что сделал запрос, и выяснилось, что ты сбежала из Ноктрега и тебя разыскивают, как особо опасную, умеющую менять личины одержимую.

    Показалось, что меня схватили за голову и сунули в воду – кровь набатом билась в висках, звуки его голоса были приглушенными, какими-то растянутыми. А мозг отказывался верить. И уши тоже.

– Вы это серьезно? – я ошалело уставилась на него. Ладно, муж тетки. Придурок тот еще! Но человек на службе?!

– А я что, на шута похож? – он добавил металла в голос, и это заставило меня собраться. Но получилось плохо.

– А я, что, похожа на доступную девушку? – мне бы еще поторговаться, качественней вжиться в роль дохлого опоссума, но мой язык, подгоняемый стрессом, уже забежал вперед здравого смысла.

– Ты мне даже нравишься. Девятнадцать лет. На вид нимфетка,