Мой ласковый и нежный ... эльф - Елизавета Владимировна Соболянская

проблем. Благодаря магии Эллиас не боялся ни болезней, ни внезапной беременности, но слышал, что некоторые беспутные молодые эльфы выбирали для забав молодых человечек из захваченных деревень.

Одно дело слышать, другое — видеть результат. Эльфа перекосило от стыда, гнева и омерзения.

Марианна, уловив его эмоции, поджала губы.

Мало того, что неведомые ей эльфы изнасиловали молодую женщину, так еще и “позаботились” о том, чтобы она никогда не родила плод насилия. Если бы тут не было этого эльфа, селянка просто умерла бы в муках вместе с младенцем.

Значит, не зря она подобрала эту здыхоть в лесу! Да и озноб давно прошел, что тоже хорошо. Только пусть этот ушастый не воображает… Бросив на эльфа строгий взгляд, девушка вернулась к молодой матери.

Селянка лежала на подстилке по стойке “смирно” и смотрела в потолок. Ее, кажется, не беспокоил ни разговор целительницы, ни появление эльфа, ни голодное мяуканье малыша.

— Давай-ка твоего крикуна к груди приложим, — не дождавшись ответного движения, Марианна сама распахнула сорочку на груди молодки и сунула сосок в рот младенцу.

Та вздрогнула и посмотрела на белый кулек, лежащий на груди.

— Да, его папаша — эльф, — вздохнула Марианна, понимая всю сложность картины мира только что родившей женщины. — Если этот ребенок тебе не нужен, я знаю дом в городе, в котором принимают полукровок. Отлежишься, вернешься к семье, скажешь, что младенец умер, а я отнесу его добрым людям.

— Нет! — вдруг тоненько крикнула женщина. — Нет! Он мой! — слезы потекли потоком.

— Нет значит нет, не реви! — цыкнула на нее Марианна. — Молоко пропадет, замучаешься! Давай корми, пей отвар и спи, тебе сил набираться надо!

Глава 16

Из бани Марианна выбралась лишь на рассвете.

Убедившись в том, что молодка кормит младенца и уже почти не рыдает, баронесса попросила эльфа помочь с перемещением молодой матери в дом.

Отвели, разместили в маленькой комнате для больных. Поставили рядом корзинку с ребенком, кувшин с травяным отваром и мешок с пеленками.

В корзине обнаружились припасы — кусок соленого сала, мешочек крупы, горшочек с коровьим маслом, сушеные грибы, четверть ковриги хлеба и печенные в золе яйца. Все это Марианна хозяйственно прибрала в кладовую, накормив роженицу похлебкой. Лежать молодой мамаше в постели не меньше недели, и кормить ее надо было хорошо, чтобы не пришлось покупать козу или искать молочницу.

Эльф молча помог все переместить, а потом неожиданно подошел к Марианне с горшочком запаренных трав:

— Моя тетка была повитухой, — сказал он словно нехотя, — после рождения ребенка все, кто находились рядом, омывались вот этими травами для очищения от крови.

Маришка благодарно кивнула:

— Спасибо, сейчас ополоснусь, и поедим, если что-то осталось.

— Я… приготовил, уснуть не мог, — словно оправдываясь, сказал эльф.

Баронесса только благодарно улыбнулась — сил почти не осталось, и держалась она только на внутреннем огне да привычке не спать по ночам.

Марианна вернулась в давно остывшую баню, облилась чуть теплой водой, добавив в нее приготовленный эльфом отвар. И, уже намыливая сбившиеся волосы, вдруг застыла. Что если эльф ее… отравил? Потом тряхнула головой — нет, не отравит. Они нужны друг другу. А вот если проклятие получится снять… Тогда будет туго!

Накинув на себя очередную “целительскую” рубашку, Маришка вознесла молитву за предусмотрительность матери и бабушки — запаса этих балахонов хватит на все лето, даже если не стирать. Задумчиво взглянув на корзину с грязным бельем в углу бани, она вздохнула — придется, наверное, нанять прачку, тряпья добавилось, да и только что родившая женщина и младенец добавят хлопот. А еще ведь надо поговорить с матерью, так предусмотрительно приведшей дочку к баронессе…

Словно в ответ на эти мысли в ворота снова постучали.

Закутавшись в плащ, Марианна, зевая, вышла из бани, спрятав мокрые волосы под капюшон, и выглянула за ворота через специальную щель. Селянка. С корзиной. Якобы по грибы пошла. Молодец!

Отворив калитку, баронесса впустила старуху во двор и повела к дому:

— Дочь твоя родила сына и… Ты правильно сделала, что привела ее ко мне, — сказав это, Маришка покосилась на старуху и увидела, как та сжала губы, чтобы удержать слезы. — Дитя она кормит, но я понимаю, что для нее будет легче оставить младенца и сказать, что он не выжил в родах. Я знаю дом, в котором малыша примут…

Мать задумалась, а потом остановилась на крыльце и выпалила:

— Госпожа баронесса, а в том доме, где могут принять малыша, не найдется ли места для моей дочери?

Марианна опешила, а старуха торопливо продолжила:

— Супружник ее дундук твердолобый! Говорили ему — не езди никуда, эльфы на дорогах шалят! Так поперся на ярмарку и Тильду мою повез! Напали на них уже на обратном пути. Воз переворошили, еду отобрали, посуду побили и… дочь мою опозорили да изрезали! А он… попрекал ее все это время! Порол даже, надеялся, что скинет! Подозревал, что не его дитятко.

Марианна мотнула головой и, не зная зачем, сказала побелевшими губами:

— От эльфа не скинет… Магия не даст! — это знание она почерпнула там же, у военных костров.

Маркитантки шептались, что, мол, с эльфами ложиться — себе дороже, если только жизнь надо спасти, тогда да. Удовольствия не будет, ведь человечек они презирают, а дите будет непременно — если мать не магичка, “лесное семя” впивается в тело матери накрепко — ни отваром не выбьешь, ни тяжелой работой. Скорее сама умрешь.

— Тильде незачем к нему возвращаться, — убежденно сказала старуха, поднимая на баронессу заплаканные глаза, — моя девочка достаточно настрадалась.

Марианна рассеяно кивнула.

Подкинуть в дружный дом Калеба еще одного ушастого пацана — не проблема. Если к нему еще пару монет покрупнее приложить, то вообще пустяк, а вот добавить к младенцу молодую мамашу — тут уже могут возникнуть сложности.

В той же задумчивости баронесса проводила мать к дочери и внуку, а после наконец двинулась на кухню — съесть хоть что-нибудь или хотя бы залить бурчащий желудок травяным чаем.

На кухне царила непривычная чистота.

Грязнулей баронесса не была, но не видела смысла лазить с тряпкой на высокие полки или соскребать сажу с почерневших горшков. Теперь же все сияло, вкусно пахло травами и похлебкой. Уже усевшись за стол, девушка сообразила — эльф так успокаивал разгулявшиеся нервы и заодно тренировал вернувшуюся магию. Магией