Мой кремень - Зоя Огнева

class="p1">Его губы накрыли её рот с такой силой, что у Веры перехватило дыхание. Это был не нежный поцелуй, а настоящее заявление на владение. Она ответила ему с такой же неистовой яростью, запуская пальцы в его отросшие волосы, оттягивая их назад, чтобы открыть его шею для своих поцелуев.

Руслан хрипло застонал ей в губы, откинул голову на невысокую спинку кресла, ловя ртом воздух, пока её горячие губы спускались ниже, плавя кожу.

— Руслан... — её голос сорвался на шёпот, полный невыносимой, сладкой муки.

Терпение его выгорело.

Ему критически не хватало пространства. Одним мощным, выверенным движением сильных рук он перехватил Веру за бёдра и перебросил на постель. Она даже не успела перевести дыхание, как Руслан с привычной, но от этого не менее резвой сноровкой перенёс вес своего тела с каталки на кровать. Он перебрался на матрас, тяжело и шумно дыша, и тут же перевернулся, ложась на спину. Его грудная клетка высоко вздымалась, глаза потемнели до состояния грозового неба.

— Иди сюда.

* * *

Печь давно прогорела, даря остаточное тепло. Комната постепенно заполнялась тишиной, нарушаемой лишь их постепенно выравнивающимся дыханием. Напряжение, державшее их в тисках последние недели, наконец отпустило, оставив после себя звенящую, хрупкую пустоту.

Руслан медленно поднял голову, всматриваясь в её раскрасневшееся лицо. Его взгляд, ещё минуту назад дикий и потемневший от страсти, теперь стал пронзительно-мягким. Он осторожно провел большим пальцем по её щеке, вытирая влажные дорожки слез — она и сама не заметила, когда успела заплакать от этого невыносимого накала чувств. А потом он накрыл её губы поцелуем — мягким, почти благоговейным, словно без слов просил прощения за свою былую грубость и беззвучно обещал больше никогда не причинять ей боль.

Глава 13. Тайна под сердцем

Грозовая ночь, сломавшая между ними последние барьеры, дала Руслану то, чего не могли дать сотни подкупленных профессоров — безумную, яростную мужскую мотивацию. Костров больше не воевал с Верой, он воевал со своим телом. И пахал так, что старый колун у дровяника стерся до основания.

Прогресс был взрывным.

Руслан часами удерживал баланс на грубых деревянных брусьях, которые сам же спроектировал, его торс стал еще шире, а рельефные мышцы спины и кора налились гранитной жесткостью. Вера гоняла его без жалости, но теперь в её командах сквозила скрытая, обжигающая нежность, которую они оба дарили друг другу по ночам.

Во время очередной сложнейшей пассивной растяжки на мате, когда Вера с силой тянула его правую голень на себя, Руслан замер. Он закрыл глаза, концентрируя всю свою волю в одну точку, и... сделал это. Осознанно. Сам. Большой палец его правой стопы медленно, упрямо согнулся вниз, а по бледной икроножной мышце прокатилась первая, настоящая живая волна.

Вера замерла на коленях. Сердце испуганной птицей забилось в самом горле. Она посмотрела на его стопу, затем на Руслана — его серые глаза горели таким оглушительным торжеством, что у неё перехватило дыхание.

— Импульс пошел... — прошептала она, чувствуя, как к глазам подкатывают слезы триумфа. — Руслан, ты сделал это.

Костров хрипло, победно рассмеялся, резко подался вперед и сгреб её в свои мощные объятия, впиваясь в её губы сумасшедшим поцелуем.

Они победили.

Вместе.

Вера страстно ответила на поцелуй, но внезапно почувствовала, как к горлу подступила резкая, непонятная тошнота. Земля на секунду ушла из-под ног, а запах нагретого на солнце дерева и пота Руслана вдруг вызвал спазм в желудке. Она мягко, но настойчиво отстранилась, глубоко дыша и списывая это на дикий адреналиновый скачок от радости.

— Всё нормально? — Костров нахмурился, не выпуская её из своих стальных объятий. Его тактический ум мгновенно зафиксировал её внезапную бледность. — На тебе лица нет.

— Просто... голова закружилась. От счастья, — Вера заставила себя улыбнуться, беря эмоции под контроль, но тревога кольнула сердце. Которое не обманешь.

* * *

Над ванной поднимался густой, ароматный пар, смешивающийся с прохладным таёжным воздухом. Весь вечер она носила туда воду из колодца, грела в больших чугунах на печи, желая нетривиально отпраздновать их совместную победу.

Сегодня Руслан сделал первые долгожданные шаги.

Он сидел в воде, откинув голову на металлический бортик. Горячая вода расслабляла его забитые тренировками мышцы, а налитый силой торс, покрытый каплями воды и шрамами, тускло поблескивал в лучах заходящего солнца. Вера подошла сзади, опустилась на колени на траву и начала мягко массировать его жесткие, широкие плечи. Руслан довольно прикрыл глаза, а затем резко, не оборачиваясь, перехватил её за руку и потянул на себя.

Через секунду она оказалась внутри алюминиевой ванны. Мокрая одежда мгновенно прилипла к её телу, очерчивая соблазнительные изгибы. Руслан сидел, надежно удерживая её на своих бедрах, его огромные ладони бесцеремонно скользнули под ткань, сминая нежную кожу. Вера обхватила его шею руками, утопая в его властных, голодных поцелуях.

После она лежала неподвижно, ловя ртом прохладный воздух тайги, пока Руслан крепко прижимал её к себе, шумно выдыхая ей в мокрые волосы.

И в эту секунду, когда эйфория близости начала медленно отступать, тошнота снова едва заметно напомнила о себе.

Сначала это был лишь легкий, подкатывающий к горлу комок. Вера попыталась сглотнуть, но внезапно резкий, концентрированный запах распаренных лесных трав и разгоряченной кожи Руслана, который еще минуту назад сводил её с ума, вдруг показался невыносимо удушливым. Желудок мгновенно сжался в тугой, болезненный спазм.

Вера похолодела.

Судорожно зажав рот ладонью, она заставила себя глубоко дышать через нос, сдерживая рвотный позыв из последних сил. Лопатки обдало липким потом. Это была не мимолетная слабость от усталости или адреналинового скачка. Слишком четким, специфическим и безжалостным был этот приступ.

Как практикующий врач, она мгновенно, с абсолютной точностью прочитала этот симптом. Ошибки быть не могло. Её организм перестраивался. Тот самый штормовой первый месяц в избушке и их безумная первая ночь оставили в ней свой необратимый след.

Она была беременна.

Под её сердцем прямо сейчас зарождалась новая, тайная жизнь от мужчины... с которым ее ничего не связывало, кроме контракта и крышесносной страсти. Контракт закончится. А страсть... она проходит. Вера не первая в жизни состоятельного бизнесмена Руслана Кострова. И не последняя. Он встанет на ноги и перестанет в ней нуждаться.

И ребенок ему будет только мешать.

Руслан почувствовал, как её хрупкое тело внезапно напряглось и мелко задрожало у него на груди. Он чуть ослабил хватку, пытаясь заглянуть ей в лицо:

— Вера? Что с тобой? — он с тревогой вглядывался в ее лицо, не на шутку всполошившись.

Она сделала последнее