Мой кремень - Зоя Огнева

Они выволокли её на открытый двор. Дубовая дверь избушки была приоткрыта — Руслан так и остался стоять внутри, погруженный в свою страшную холодную ярость.

— Встречай гостей, Кремень! — крикнул один из них, прячась за спину Веры и используя её хрупкую фигуру как живой щит. — Выкатывайся, поговорим! Бывшая женушка тебе пламенный привет передавала!

На крыльце появился Руслан в своем неизменном инвалидном кресле. Наемники, увидев его, издевательски загоготали.

— Надо же, Костров! Гроза спецназа на колесах! — старший нагло шагнул вперед, глумясь над его физической слабостью и травмой. — Посмотри на себя, полковник. Калека. Списанный в утиль хлам. А Марина-то переживала, что ты тут оживаешь! Жаль, что в первый раз, когда мы стреляли тебе в спину по её наводке, пуля тебя сразу не добила. Что? Удивлен? Твоя женушка и в первый раз участвовала в покушении, спонсировала нас, а сейчас сдала твою берлогу с потрохами.

Они говорили это нагло, совершенно не таясь, потому что для них Костров уже был покойником.

Но Руслан на них не смотрел.

Он не слушал их издевки и признания. Его серые глаза были намертво прикованы к Вере — бледной, испуганной, дрожащей в руках одного из верзил. Он видел её запредельный страх и сейчас хотел только одного: спасти её.

Когда к крыльцу лениво подошли двое наемников, один ид которых волок Веру за волосы, Руслан намеренно расслабил корпус, симулируя полную беспомощность. Он выжидал, когда ублюдки поймут, что он бесполезен и ослабят бдительность. Он позволил самому дерзкому из них сильно, наотмашь ударить его по лицу. Голова Кострова дернулась в сторону, из разбитой губы потекла тонкая струйка крови. Один из бандитов с глумливой ухмылкой приставил холодное дуло пистолета прямо к его лбу.

— Всё, отвоевался, Кремень, — хохотнул наемник.

— Нет! — Вера рванулась в захвате, не понимая каких демонов он творит! Почему позволяет этим отморозкам делать все это с собой.

— Костров, смотри, у тебя защитница нарисовалась, — тот наемник, который удерживал Веру, грубо перехватил ее за талию и затащил внутрь дома, толкнув на широкую кровать у окна. — Развлечемся перед дорожкой, парни! Потом мозги ему вышибем. Ян, руки ему свяжи.

Ян брезгливо сплюнул на деревянный настил крыльца и полез в задний карман брюк за прочным пластиковым хомутом.

Руслан продолжал сидеть неподвижно, его голова была опущена, а тяжелый взгляд серых глаз был устремлен в одну точку — туда, где на кушетке в полумраке избы лежала Вера. Бандит, державший ствол у его лба, на секунду расслабился, опустив оружие чуть ниже, уверенный, что прикованный к креслу калека окончательно сломлен ударом.

Это была их фатальная ошибка.

Время вокруг словно застыло. Одним мощным, молниеносным движением стальных рук он перехватил запястье наемника со стволом, уводя траекторию выстрела в сторону, и с хрустом вывернул сустав. Сухой щелчок кости потонул в глухом хлопке — Костров заставил бандита нажать на собственный спуск, вогнав пулю ему прямо под подбородок. Мужчина даже пикнуть не успел, замертво заваливаясь на деревянные перила крыльца.

Ян, сообразив, что происходит, испуганно выронил пластиковые стяжки и потянулся к кобуре на поясе. Но Руслан уже не сидел в кресле.

Превозмогая остаточную слабость, дикий гул в не до конца восстановившихся мышцах ног и тупую боль в пояснице, он совершил мощный, яростный рывок торса вперед. Он твердо встал на свои ноги. Огромный, страшный, дышащий первобытной яростью. В два широких шага он преодолел расстояние между ними, перехватил Яна за горло своей мозолистой ладонью и с силой впечатал его затылком в бревенчатую стену избы. Пальцы Кострова сжались намертво, наливаясь гранитной тяжестью. Ян судорожно захрипел, мотая ногами в воздухе, пока Руслан одним резким скручивающим движением перебил ему шейные позвонки. Мужчина обмяк, сползая по стене глухим мешком.

А хатем Кремень коршуном налетел на последнего выжившего ублюдка. Он не стал стрелять — ему нужно было уничтожить врага голыми руками за то, что тот посмел прикоснуться к его женщине. Он нанес сокрушительный удар локтем прямо в челюсть бандита, ломая кости лица. Наемник покачнулся, теряя координацию, и Кремень, зафиксировав его голову, с силой довернул её до глухого, страшного хруста.

Всё было кончено за сорок секунд.

В избе воцарилась звенящая тишина. Руслан тяжело, рвано дышал. Его лицо было иссечено осколками, из разбитой губы на подбородок всё еще текла тонкая струйка крови, а ноги крупно дрожали от запредельной, нечеловеческой физической нагрузки. Но его взгляд, устремленный на Веру, был чистым и ясным.

Вера сидела на кровати, сжавшись в комок, её блузка была разорвана, а карие глаза были расширены от дикого адреналинового шока. Её мелко трясло.

Руслан молча, покачиваясь от усталости, сделал два шага к кровати, тяжело опустился рядом с ней на матрас и крепко, до боли втиснул её в свои мощные объятия. Он накрыл её своим горячим, раскаленным телом, пряча её лицо у себя на груди. Вера, позабыв обо всем, с громкими рыданиями прильнула к нему. Она обхватила его за шею руками, судорожно вжимаясь в его плечи и тихо всхлипывая от невыносимого облегчения.

— Всё кончено, маленькая... Всё кончено, — тихо, до хрипоты шептал Кремень, баюкая её в своих руках и бережно, успокаивающе поглаживая по спине. Каждое её рыдание отзывалось внутри него глухой болью.

Руслан аккуратно наклонился, вытащил из кармана убитого главаря наемников сотовый телефон. Быстро набрал заученный наизусть номер своего начальника безопасности и властно произнес:

— Сережа, это Костров. Координаты избушки у тебя есть. Срочно собирай парней, вызывай опергруппу и летите сюда. И Марину... задержите эту суку в городе. Детали — при встрече.

Он отбросил телефон в сторону, подтянул с края кровати старый шерстяной плед и укутал им Веру, продолжая крепко прижимать её к себе. И так, в полной тишине, согревая друг друга в полуразрушенной избе, они просидели на кровати до самого рассвета, слушая бешеный, выравнивающийся стук сердец друг друга.

Когда первые бледные лучи утреннего солнца начали пробиваться сквозь разбитые окна, со стороны лесной дороги раздался оглушительный, басовитый рев внедорожников. Во двор с визгом тормозов ворвалась личная гвардия холдинга «Тактик-Групп» и полиция.

— Командир! Руслан Сергеевич! — в дом ворвался бледный, запыхавшийся Сергей, застывая на пороге от увиденного разгрома и вида твердо сидящего без каталки босса.

Пока Сергей и приехавшие оперативники суетились вокруг Руслана, протягивая ему документы, фиксируя тела и докладывая о поимке Марины в её городской квартире, полковник на пару минут отвлекся, подписывая протоколы осмотра места происшествия и отдавая жесткие приказы по судебным тяжбам.

Вера смотрела