Янтарная тюрьма Амити - Рона Аск

class="p1">— Кажется, что-то такое Джесси упоминала, — произнесла она. — Что у кого-то случались осечки… Ну, заклинания вроде сработало, а потом бесследно исчезало. Сначала это списали на неопытность учеников, но потом у профессора Люмуса тоже исчезло заклинание.

— У Люмуса? — приподнял бровь Ник.

— А еще у Майса, Виллера, Мойера… — начал перечислять Хост, но Лекс его перебил и произнес:

— У всех магов света.

Мой глаз дернулся.

— Я… Это… Не… — не знала, как оправдать Котю, но так и не нашла правильных слов.

Все-таки он часто куда-то пропадал днем, и так как он не мой фамильяр, я не знала куда именно.

— Пропажи были нечастые, поэтому особого внимания им не предавали, — вздохнув, поднялся с пола Лекс и усмехнулся. — Но лицо Люмуса я не забуду, когда во время демонстрации нового заклинания у него случилась осечка.

«Осечка… Они даже название уже придумали!» — слезно подумала я.

— Впервые видел его таким растерянным и злым, — тем временем продолжал Лекс и плотоядно улыбнулся: — Хотел выпендриться, а в итоге показал себя дураком. Но наши девочки быстро его успокоили, — фыркнул он и взмахом руки отправил еще один шарик коту.

— Но это не обязательно может быт Котя, — заступилась Мэй. — В Академии полно фамильяров и других существ.

— И многие из них умеют поедать чужую магию? — приподняв бровь, поинтересовался он.

На это Мэй не нашлась что ответить, а Хост произнес:

— Интересно, сколько магии он уже съел и зачем она ему?

И в этот раз уже у всех не было ни одной достойной мысли. На некоторое время мы все погрузились в молчание, которое пару раз нарушил Котя своим «мя», а потом закончили с обедом и продолжили исследовать тайные ходы Академии.

После третьего этажа мы отправились на четвертый, где с удивлением обнаружили выходящего из метаморфной стены румяного и довольного Родера — того самого пухлого парня, которого я видела на балконе в зале с Гиби. Идущий впереди Лекс вовремя его заметил и быстро толкнул нас за угол коридора, а Родер, воровато оглянувшись и не заметив нас, вытер ладонь о штанину и, напевая песенку, пошагал в противоположную сторону коридора. Как только он скрылся, мы не сговариваясь разом бросились проверять ход, который он только что покинул. Удивительно быстро в него проникли, а когда добрались до конца тайного хода, Лекс сунул голову сквозь метаморфную стену и… тут же ее вытащил.

— Это… — произнес он и замолчал со странным выражением лица.

— Что? Что там такое? — наперебой заговорили мы и, толкаясь в узком проходе, тоже поспешили выглянуть.

Наши лица разом вытянулись, когда сквозь розовую шторку мы увидели милую комнату в приятных пастельных тонах, украшенную всякими рюшками. У противоположной от нас стены стояла огромная кровать, а на которой лежала… одежда профессора Октавии! К счастью, самой Октавии в комнате не было, и откуда-то слышался звук льющейся воды, но когда мы вернулись за метаморфную стену, как хором воскликнули:

— Фу! Я как-то за руку с ним здоровался…

— Мерзость!

— Извращенец!

— Это… Это ужасный поступок!

А Лекс что-то быстро пометил у себя в книжке и, откашлявшись, предложил покинуть этот ход и больше никогда в него не возвращаться. Ни телом, ни душой.

Мы все дружно поддержали эту идею и, стараясь не смотреть на пол, — Лекс даже чуть приглушил свет своего огонька — покинули это место. К счастью или нет, но на этом этаже больше не было ходов, что вели бы в чьи-то покои. Это, конечно, нас порадовало, но в какой-то мере немного огорчило. Конкретно меня.

Насколько я знала, на четвертом этаже жили преподаватели, в том числе деканы. Поэтому, проходя мимо дверей, я невольно в них всматривалась, чтобы узнать, где комната Реджеса. Однако там не было ни единого опознавательного знака, а спросить у ребят не решилась. Ник и так уже подозрительно на меня косился, когда я старалась не упустить из виду ни одну дверь. Поэтому я перестала на них засматриваться и сделала вид, что полностью поглощена процессом исследования, а сама думала: как бы забежать на второй этаж и еще раз постучать в кабинет декана? Вдруг что-то изменилось? Вдруг в этот раз он откроет?

Все-таки уже вторая половина третьего дня…

На четвертом этаже мы обследовали еще несколько стен, две из которых вели на пятый и шестой этаж, еще одна оказалась маленькой кладовой с матрасами, полотенцами и постельным бельем, чему парни снова обрадовались. Почему? На этот вопрос они сделали странные лица, переглянулись и хором ответили: «Да ничего такого». Вот только эта слаженность лишь добавила нам с Мэй настороженности, о которой мы забыли, когда еще один путь нас вывел на задний двор. Мы этому сильно удивились, потому что со слов парней, редко когда с верхних этажей был выход сразу на улицу, а вот Котя обрадовался.

Кот мгновенно спрыгнул с моих плеч и принялся копаться в ближайшем сугробе. Мы, естественно, все тактично отвернулись и дождались, когда он сделает все свои дела, после чего замерзшие вернулись за метаморфную стену. Но перед тем как скрыться за ней, я услышала громкое карканье ворона и помрачнела.

— Я… Я отойду ненадолго, — произнесла я, когда мы покинули коридор между метаморфными стенами и оказались в коридоре четвертого этажа. — Нужно отойти в… туалет.

— Тогда, может, прервемся? — предложил утомленный Лекс. — Мы уже много магии потратили. Вон, даже Хост уже бледный…

Хост, действительно, выглядел бледным. А раз ему уже было тяжело, то что говорить о нас, у кого резерв собственной магии значительно меньше. Мы все с радостью восприняли идею с отдыхом и быстро вернулись в логово, где я оставила с ребятами Котю, а сама отправилась в «туалет».

Воспользовавшись метаморфным ходом в узле, который вел в холл, я быстро добралась до второго этажа. Убедилась, что никого поблизости нет. Осторожно постучалась в дверь кабинета декана Боевого факультета. Немного подождала, а когда мне, ожидаемо, никто не открыл, не сдержалась и от души пнула дверь, после чего развернулась и…

— Ты же собиралась в туалет?

— Ах-ты-ж елочный сироп! Мэй!

Она стояла в шаге от меня, сложив руки на груди, и с прищуром за мной наблюдала. А я тряхнула головой и с кривой улыбкой произнесла:

— Умеешь же ты беззвучно ходить. И… ты следила за мной?

— Нет, конечно, — смягчилось выражение ее лица. — Просто подумала, что тоже не помешает отлучиться. А Хост чувствовал себя лучше всех, поэтому вызвался меня проводить, поэтому я быстро тебя догнала.

В отличие от меня, Мэй было сложнее запомнить все метаморфные ходы,