Оранжевое Лето - Валерия Стругова

Это выглядит как волшебство. Не зря говорят, что тот, кто не сведущ в науке, всё воспринимает как магию.

Рядом с раковиной находилась стена, отличающаяся от других более глубоким, зеркальным блеском. Подойдя ближе, я увидела своё отражение и замерла от удивления.

Это была я, и одновременно — не я. Лицо, смотревшее на меня из зеркальной поверхности, сохранило узнаваемые черты, но стало словно отретушированной версией себя прежней. Кожа светилась изнутри, с лёгким перламутровым отливом. Глаза теперь казались глубже, ярче, с крошечными золотистыми искрами, плавающими в радужке. Волосы стали гуще, их оттенок — насыщеннее, с медными проблесками, которых раньше не было. Порезов на лице и шее как ни бывало, даже царапин не осталось.

Красивая, но будто не живая.

Я представила, как аларисы собирались вокруг меня с блокнотиками, деловито тыкая пальцами: «Так, у нас тут бледность нездоровая, мешки под глазами, порезы, глаза тусклые, волосы тонкие, секущиеся концы, шрам на брови... Ой, и прыщик на лбу забыли!» А потом кто-то из них важно нажал большую красную кнопку с надписью «УЛУЧШИТЬ», и вуаля — получилась идеальная кукла версии «Атлант делюкс».

Бррр...

Поморщившись от пришедшей картинки, я продолжила исследование новой себя.

Я была одета в нечто, напоминающее сорочку, только материал был настолько тонким и прозрачным, что казалось, если дотронуться, он рассыпется в руках. Он мягко обволакивал тело, но при этом почти не скрывал его. Сквозь полупрозрачную ткань я заметила, что на боку больше не было ран, что все мои шрамы исчезли — даже маленький, оставшийся от аппендицита в детстве. Кожа была безупречной, словно кто-то стёр все следы моей человеческой жизни, всю историю, которую носило моё тело.

Мне это совсем не нравится. Тревожно.

Я подняла руку к лицу, наблюдая, как отражение повторяет мой жест. Движение казалось более плавным, более грациозным, чем я привыкла. Словно тело было усовершенствовано, настроено на более высокий уровень функционирования.

Облизнув губы, я удивилась их гладкости. Обычно они всегда были в мелких ямках от укусов, но не сейчас.

Безупречно мягкие.

Послышались шаги. Лёгкие, почти неуловимые, но отчётливые — словно тишина комнаты подчёркивала каждый звук с особой тщательностью. Моё сердце замерло на мгновение, а затем забилось с удвоенной силой.

Я вышла из ванной комнаты, и всё вокруг потеряло смысл и форму.

В дверях стоял ОН. Его высокая фигура, облачённая в белую рубашку с тончайшими узорами из золотых нитей и чёрных облегающих брюк, казалась ещё более внушительной, чем раньше. Широкие плечи, тонкая талия, горделивая осанка — он был похож на принца из древних легенд, сошедшего со страниц книги. Его волосы, пламенеющие медью в мягком свете комнаты, были собраны чёрным ободком, открывая высокие скулы и точёный профиль. Но глаза... его глаза, цвета янтаря, смотрели на меня с выражением, которое я не могла разгадать — смесь боли, нежности и чего-то ещё, холодного и отстранённого.

Я замерла на полушаге, пытаясь понять, действительно ли это он, мой Валтер, или жестокий обман измученного сознания. Но запах мяты, такой знакомый, такой родной, донёсся до меня, развеивая все сомнения.

— Валтер...

Не помня себя, я бросилась вперёд, преодолевая расстояние между нами в несколько быстрых шагов. Мои руки обвились вокруг его шеи, ища опору, подтверждение реальности происходящего. Тело, прижавшееся к его телу, было охвачено трепетом облегчения и счастья.

— Ты пришёл за мной, — приговаривала я полушёпотом, покрывая его шею быстрыми, лихорадочными поцелуями. — Я знала, я верила, что ты придёшь. Я так скучала.

Его руки, крепкие и уверенные, легли на мои плечи, мягко, но настойчиво отстраняя.

— Ия, — апатично произнёс он. — Тебе нужно успокоиться.

Я отступила на полшага, ошеломлённая такой реакцией. Прохлада его тона была подобна ледяной волне, обрушившейся на меня в момент наивысшего счастья. Но я быстро списала это на беспокойство, на напряжение последних дней.

— Яр? Кира? Лиан? С ними всё в порядке? — вопросы срывались с моих губ с отчаянной поспешностью.

Валтер смотрел на меня с непроницаемым выражением лица, словно маска из тонкого фарфора скрывала все его эмоции.

— Да. С ними всё хорошо.

Он прошёл мимо, направляясь вглубь комнаты, и я проследовала следом, ощущая странную неловкость.

— Тебе нужно одеться, — сказал он, указывая на изящную коробку у кровати, которую я даже не заметила раньше.

Я перевела взгляд с Валтера на коробку и обратно, чувствуя, как внутри меня царапается беспокойство. Что-то было не так. Его поведение, его отчуждённость — всё это мне совершенно не навилось. Но потом я вспомнила, как он реагировал, когда та девушка-эквикор порезала меня. Его ярость, его страх, его неконтролируемое безумие. А сейчас случилось нечто гораздо более серьёзное. Я едва не погибла. Сбежала, не сказав никому ни слова, хотя обещала ему не делать глупостей.

Он злится. Конечно, он злится. Вероятно, он в бешенстве и готов разгромить всю эту красивую комнату. Это же мой Валтер. Он такой эмоциональный.

Несмотря на холодный приём, я не могла сдерживать радости от простого факта его присутствия. Он был здесь, рядом со мной, живой, настоящий. И это было важнее всего.

Я подошла к нему снова, медленнее на этот раз, давая ему возможность отстраниться, если он захочет. Но когда он не отошёл, я осторожно подняла руку, касаясь красивого лица.

— Прости меня, — прошептала я, заглядывая в его глаза, пытаясь найти там знакомую нежность. — Они сказали, что я должна прийти одна, иначе пострадает Яр. А ещё Кира, они хотели что-то сделать и с ней.

Мои слова повисли в воздухе, наполненные надеждой на понимание. Валтер встретил мой взгляд пустой безразличностью.

— Теперь это не имеет значения.

Я решительно покачала головой, ободрённая тем, что он хотя бы разговаривает со мной.

— Ты прав. Это совершенно неважно, если все в безопасности и мы вместе, — я потянулась к нему, привстав на цыпочки, чтобы дотянуться до его губ. — Я так скучала по тебе. Так скучала.

Но вместо поцелуя я почувствовала, как он вновь отстранил меня, затем подвёл к кровати и усадил, словно я была ребёнком. Сам он сел рядом, сохраняя дистанцию.

— Яр всегда был в безопасности, — сказал он, глядя куда-то в стену. — Я приставил к нему свою родственницу Лиару ещё когда мы были на острове. Она присматривала за ним.

— Лиара? — не поняла я. — Хозяйка Пончика? Та, с которой он ходил на свидание?

Валтер кивнул.

— Она поехала с ним в деревню.

Я закусила губу, вспоминая детали. Таксист говорил о