Притворяясь придурками - Мугуа Хуан

Как-то раз Лю Цуньхао в шутку заметил, что если бы старостой выбрали не его, то лучшей кандидатурой на эту роль был бы Хэ Чао.

И это было чистой правдой.

Хэ Чао только казался несерьёзным бунтарём, на самом деле он просто не любил выделяться без необходимости.

*Юбилейный концерт должен был начаться сразу после уроков, как раз во время вечерней самоподготовки. Все участники выступлений отправились в актовый зал ещё в обед. Поев в столовой, Лю Цуньхао достал из-под парты пакет с рубашкой:

— Получается, мы вполне легально прогуляем половину учебного дня? Просто сказка!

— Рано радуешься, — Сюй Цзин и Сюй Цинцин, держа в руках свои наряды, строго прервали его: — Быстро марш переодеваться. Как закончите — собираемся у лестницы.

В классе переодеваться было неудобно, поэтому парни направились в мужской туалет.

Там было всего шесть кабинок. Лю Цуньхао и остальные ребята мгновенно заняли по одной с такой скоростью, словно от этого зависела их жизнь. В итоге свободной осталась только самая дальняя кабинка в углу.

Ло Вэньцян, успевший закрыться в предпоследней, крикнул через дверь:

— Извините, Чао-гэ, Юй-гэ! Вам придётся потесниться в одной.

Се Юй стоял у входа с рубашкой в руках, испытывая сильное желание спустить Ло Вэньцяна в унитаз.

— Пошли, — Хэ Чао, наоборот, обрадовался такой возможности. Он с улыбкой закинул руку на плечо Се Юя. — Потеснимся?

В кабинке было настолько тесно, что даже просто стоять вдвоём без соприкосновений было невозможно, не говоря уже о том, чтобы переодеваться.

Хэ Чао действовал быстро и через пару секунд уже снял футболку. Когда Се Юй начал расстёгивать куртку, он случайно задел локтем бок Хэ Чао. Тот оказался довольно мускулистым.

Тело Хэ Чао было поджарым и жилистым, с аккуратными кубиками пресса — типичное атлетичное телосложение девятнадцатилетнего парня.

— Отодвинься, — буркнул Се Юй, немного помедлив. — Прижмись к стене.

Лю Цуньхао и остальные ребята продолжали весело болтать через перегородки кабинок. Обсуждая мангу, кто-то громко спросил:

— Я дочитал пятый том! У кого шестой?

— Шестого тома больше нет в живых.

— Он у Лао У.

— Вы его так и не вернули?

— Да как его вернёшь! Лао У читает его каждую свободную минуту, до сих пор не закончил!

В туалет то и дело заходили другие ученики.

Се Юй быстро переоделся и натянул джинсы. Когда он поднял голову, то обнаружил, что Хэ Чао, прислонившись спиной к двери кабинки, внимательно наблюдает за ним.

— Что? — спросил Се Юй.

Хэ Чао уже успел одеться. Белая рубашка сидела на нём свободно и стильно, а три верхние пуговицы оставались расстёгнутыми.

— Просто смотрю на тебя, — улыбнулся Хэ Чао. — Какой же у меня красивый парень.

Се Юй застегнул молнию на джинсах, сделал шаг вперёд и принялся аккуратно застёгивать пуговицы на его рубашке. Его пальцы касались ткани, сквозь которую отчётливо ощущалось тепло тела Хэ Чао.

— Ты теперь парень занятой, так что веди себя скромнее, — негромко напомнил Се Юй.

Хэ Чао послушно стоял, позволяя застегнуть рубашку, но в конце концов не выдержал и потянулся лицом к его губам.

— Чао-гэ, вы там заснули?

Ло Вэньцян колотил в дверь кабинки так сильно, что дверное полотно ходило ходуном:

— Быстрее давайте!

Хэ Чао:

— ...

Дверь кабинки открылась лишь спустя несколько секунд. Ло Вэньцян уже приготовился покрутиться перед ними, чтобы похвастаться сценическим костюмом и спросить их мнение, но осёкся, заметив недовольное лицо Хэ Чао.

Ребята договаривались собраться у лестницы сразу после примерки, но Сюй Цинцин и остальные девочки провозились с одеждой чуть дольше.

Когда они наконец вышли, парни уже около пяти минут дожидались их на лестничной площадке.

Ло Вэньцян, Вань Да и остальные выстроились в ряд у коридора, старательно принимая пафосные позы: Ло Вэньцян засунул руку в карман брюк, Лю Цуньхао скрестил руки на груди с суровым лицом и туманным взглядом.

Сюй Цзин, пройдя мимо этих кривляющихся парней, сразу направилась к Хэ Чао и Се Юю — главным лицам их класса.

Парни вели себя скромно и просто сидели рядышком на ступенях лестницы.

Се Юй сидел, подогнув ноги. На нём были те самые рваные джинсы, и в прорези на коленях виднелась его светлая кожа.

Сюй Цзин на пару секунд замерла, любуясь этой картиной.

Хэ Чао держал в руке телефон, приобняв Се Юя за плечи. Судя по всему, он уговаривал его сделать совместное селфи, но Се Юй выражал явное недовольство и смотрел в камеру с абсолютно каменным лицом.

Фотограф из Хэ Чао был никудышный, да и ракурс он выбрал крайне странный. Если бы не идеальная внешность обоих парней, снимок превратился бы в полный провал.

Но Хэ Чао с гордым видом спросил:

— Ну как тебе кадр? Оцени композицию.

— Говно, а не композиция, — Се Юй поднялся на ноги. — Спустись уже на землю.

*Школьный актовый зал использовался крайне редко. Помимо таких крупных праздников, его открывали только для проведения общешкольных собраний.

Сцена была выложена деревянным паркетом, а по бокам висел тяжёлый тёмно-красный занавес.

С высоты сцены вниз уходил огромный зрительный зал с бесконечными рядами кресел.

По дороге сюда Лю Цуньхао и остальные ребята хвастались, что легко обойдут все остальные классы, но стоило им подняться на сцену под свет прожекторов, как у всех задрожали коленки.

— Я и не знал, что наш актовый зал такой гигантский, — прошептал Ло Вэньцян.

— Сюда реально поместится вся школа? — испуганно спросил Лю Цуньхао.

Вань Да замялся:

— Ребята, кто-нибудь хочет сходить в туалет перед началом?

— Вы что, струсили? — Хэ Чао, стоявший в центре сцены, в шутку пнул Ло Вэньцяна. — А как же ваши громкие заявления по дороге сюда?

Представитель «Несравненной трусливой мужской группы» Ло Вэньцян вздохнул:

— Да... струсили.

И хотя Се Юй редко посещал репетиции, во время генерального прогона он не допустил ни одной ошибки в движениях. Когда он двигался на сцене, пусть даже его техника не была безупречной, он приковывал к себе все взгляды без всяких световых эффектов, словно сам излучал сияние.

В отличие от яркой и артистичной манеры Хэ Чао, Се Юй не пытался привлечь к себе внимание, но от него всё равно невозможно было оторвать глаз.

Когда музыка стихла и танец завершился, Сюй Цзин облегчённо выдохнула: