Притворяясь придурками - Мугуа Хуан

— Да так, дополнительная задача, которую Лао У задал с утра. От нечего делать решил глянуть.

Хотя 11-й «В» был естественно-научным классом, по результатам экзаменов упор всё равно делали на базу: сначала нужно было набрать все гарантированные простые баллы, а потом уже лезть в сложные олимпиадные темы.

Се Юй наклонился поближе и, припомнив условия, с трудом разобрал, что за формулы нацарапаны на листке.

— Хотя, по-моему, эта... — Хэ Чао хотел сказать, что у этого метода есть изъяны и должен быть более простой алгоритм, но в этот момент через заднюю дверь с шумом вошли одноклассники. Шаги приближались, и он на ходу переключился на другую тему: — ...у этого скилла урон не очень, но для комбинации сойдёт. Тут механику рубить надо, подкачай позиционирование.

Се Юй:

— ...

Двое парней со смехом прошли мимо и по пути случайно задели угол их парты, ничуть не заподозрив, что с «авторитетом», который на полном серьёзе обсуждал игры на задней парте, что-то не так:

— Извини, Чао-гэ.

Хэ Чао с невозмутимым лицом отозвался:

— Да ничего, нормально.

Когда они ушли, Се Юй уткнулся лицом в согнутый локоть и тихо рассмеялся. Смех душил его, и он никак не мог остановиться:

— Ты вообще больной?

— Отсмеялся? — спросил Хэ Чао. — Тебе не кажется, что так насмехаться над своим парнем — не очень красиво?

Умение скрывать свои истинные способности за столько лет у Хэ Чао почти впечаталось в кости.

К тому же в своё время он часто общался с Лэй Цзюнем и его компанией, так что о том, как двоечники убивают время на уроках, знал лучше кого бы то ни было.

Се Юй порой забывал, что человек рядом с ним — тот самый Король задач, способный за десять минут придумать три способа решения самой сложной олимпиадной задачи.

Хэ Чао и сам подумал, что его мгновенное переключение темы вышло чертовски ловким. Он улыбнулся, опустил голову и потянулся за черновиком, но едва его пальцы коснулись бумаги, как Се Юй прижал лист ладонью к парте.

Се Юй не шелохнулся. Из-под капюшона были видны только его глаза, но смеха в них уже не осталось. Он прижал ладонь к исписанному черновику и спросил:

— И когда мне больше не придётся насмехаться над моим парнем?

Хэ Чао замер. Лишь спустя несколько секунд до него дошёл истинный смысл вопроса.

— Ты чего удумал? — усмехнулся Хэ Чао. — Я уже размышлял над этим... Если я вдруг одним махом займу первое место в школе, то не только Лао Тан — Сюэ Сишэн прямо в классе в обморок упадет.

Се Юй убрал ладонь.

Хэ Чао забрал черновик и, небрежно сложив его, сунул между страниц учебника математики.

Он слишком долго притворялся отстающим — с самого первого дня десятого класса, — так что быстро выйти из этой роли было невозможно.

В девяти случаях из десяти все решат, что ему подменили мозг, или обвинят в списывании. Оправдаться будет нереально, ещё и потащат в больницу на обследование — проверять, всё ли в порядке с головой.

Се Юй понимал, что это вполне в стиле Хэ Чао.

Тот уже успел составить детальный план своего «постепенного и вдохновляющего» возвращения в ряды отличников, просчитав даже такие мелочи, как подняться на двадцать мест в рейтинге к зимней сессии.

— Мне на самом деле очень нравится стоять с тобой на перемене у позорного столба, — Хэ Чао посмотрел прямо в глаза Се Юю. — И я боюсь, что тебе будет скучно одному на задней парте. Так что двадцать мест — это, пожалуй, слишком быстро... Давай для начала поднимемся всего на два места.

Хэ Чао с самым серьёзным видом уменьшил свой амбициозный план на порядок, сведя его к единичному показателю.

Се Юй легонько пнул его под столом и покачал головой:

— На два места? С такой скоростью ты к выпуску как раз до тройки дотянешь.

Хэ Чао говорил это с таким естественным видом, что Се Юй на мгновение забыл: во всех этих наказаниях у позорного столба виноват был исключительно Хэ Чао, который постоянно втягивал его в свои шалости.

Так кто кого ещё прикрывал?

Хэ Чао внезапно позвал его:

— Лао Се.

Се Юй повернулся к нему.

— Помнишь ту глупую игру, в которую я раньше играл на телефоне?

Се Юй хмыкнул:

— Ты играл во множество глупых игр.

— ...

Хэ Чао замялся, а потом негромко произнёс:

— Пытаться делать кому-то добро своими методами... это далеко не всегда то, что человеку действительно нужно. Даже если ты вкладываешь в это всю душу и отдаешь последнее.

Это бывает глупо и эгоистично.

Се Юй откинулся на спинку стула и промолчал.

Обеденный перерыв подходил к концу. Кто-то на передних рядах начал громко хлопать по столу:

— Эй! Следующий урок ведь физкультура? Наша любимая физра?

Перед зимними экзаменами уроки физкультуры часто забирали другие учителя для подготовки по своим предметам, поэтому ребята особо ни на что не рассчитывали. Но сегодня никто из преподавателей не объявлял об отмене занятия, и в классе забрезжила надежда:

— Физорг, наша физра ещё жива?

Ло Вэньцян, обычно мгновенно реагирующий на слово «спорт», сегодня отозвался лишь после того, как его позвали дважды:

— Да, жива, всё в силе.

— С этой физкультурой целая драма разыгралась, — оживился Вань Да, усевшись поудобнее и закинув ногу на ногу. — Вообще-то этот час хотела забрать учительница английского. Но Лао Тан пошёл воевать за наш спорт, они в учительской чуть не подрались. В итоге Лао Тан победил, но самое забавное — он отвоевал этот час именно для того, чтобы мы побегали на улице. Англичанка едва не лопнула от злости.

Поскольку спор в учительской был жарким, Вань Да специально прибежал в класс, чтобы позвать ребят послушать.

Се Юй тогда отказался:

— Идите сами, мне не интересно.

Вань Да уверял:

— Зря, это было эпично! Ты просто не представляешь, каким грозным может быть наш Лао Тан, когда защищает наши интересы.

— Пойдём, — Хэ Чао потянул Се Юя за рукав. — Посмотрим, что там происходит.

Едва они подошли к дверям учительской, как услышали гневный голос учительницы английского:

— Я ещё не закончила разбирать тему этого модуля! Сегодня я обязана объяснить им эти