Притворяясь придурками - Мугуа Хуан

— Давай поспорим? — прошептал Хэ Чао через полотенце, наклоняясь ближе и вдыхая аромат волос Се Юя. — Даю пять минут.

— На что спорим? — спросил Се Юй.

Пять минут на решение сложной геометрической задачи.

А вот цену спора они придумать не успели, решив разобраться с этим позже.

Се Юй присел на кровать Хэ Чао и оторвал чистый лист бумаги для расчётов.

За окном стояла тихая темная ночь.

Окно было приоткрыто, и в комнату проникал прохладный сквозняк.

Се Юй был одет легко: его свитер сидел свободно, и из широкого рукава виднелось тонкое запястье с выступающей косточкой.

Хэ Чао набросил на его плечи свою куртку, висевшую на стуле, и с улыбкой спросил, вспомнив их прошлые математические дуэли:

— Может, дать тебе фору в одну минуту?

— ... — Се Юй поднял на него глаза. — Ты слишком самоуверен.

Цифры на секундомере телефона быстро сменяли друг друга.

Время шло.

Задача оказалась нестандартной, но не слишком трудной — нужно было лишь отойти от привычных шаблонов решения. Пяти минут всё же не хватило: когда таймер запищал, ни один из них ещё не успел записать конечный ответ.

Однако Хэ Чао считал быстрее в уме и, взяв за основу последний шаг в вычислениях Се Юя, успел продвинуться на два действия дальше.

— Ну что, малыш, — Хэ Чао отложил ручку и повернулся к нему с довольной улыбкой. — Уговор дороже денег.

Се Юй, не поднимая головы, быстро дописал финальное действие, вывел итоговое число на листе и только потом спросил:

— И на что мы спорили?

— Дай подумать, — у Хэ Чао в голове пронеслась масса заманчивых идей, но ему не хотелось смущать парня слишком сильно. В итоге он тихо произнёс: — Назови меня «гэ». Скажи это, и я тебя отпущу.

Глава 83

Уже наступила зима. В городе А снег зимой шёл редко, но влажный, пронизывающий холод всё равно проникал сквозь волокна свитеров.

Се Юй отложил ручку. На его плечи по-прежнему была наброшена куртка, которую только что дал ему Хэ Чао. Он поднял взгляд на парня и с усмешкой спросил:

— ...У тебя такие скромные запросы?

Не дожидаясь ответа Хэ Чао, Се Юй без малейших колебаний добавил:

— Гэ.

За последние пару дней он немного простыл: после прошлой игры в баскетбол весь вспотел, снял куртку, оставшись в одной тонкой футболке, и пол-урока простоял под холодным ветром на стадионе. Теперь его голос звучал хрипловато, с легкой ленивой хрипотцой.

Хэ Чао едва не потерял дар речи от этого простого слова.

Он прижал ладонь к лицу, откинулся на спинку стула и тихо вздохнул:

— И кто из нас кого наказывает...

Время было позднее. Се Юй потёр виски, собираясь подняться и уйти к себе. Но не успел он сделать и двух шагов, как Хэ Чао крепко перехватил его за запястье:

— Не уходи.

А затем повторил тише:

— Останься сегодня здесь.

Се Юй остановился. Он не стал вырывать руку и спокойно посмотрел на него:

— «Скажешь "гэ" — отпущу». И какой придурок это только что пообещал?

— Действительно, — согласился Хэ Чао. — Какой-то придурок.

В освещенном коридоре общежития наконец погас свет. Внизу по двору расхаживал дежурный сторож с фонариком, луч которого время от времени лениво скользил по стеклам окон.

Узкая односпальная кровать была слишком тесной. Се Юй снял теплый свитер и лег под одеяло, прижавшись плечом к Хэ Чао.

Се Юю было непривычно лежать так близко. Он попытался поудобнее вытянуть ноги, но случайно коснулся лодыжкой лодыжки Хэ Чао. Тот тихо зашипел и прошептал:

— Не шевелись.

Се Юй приоткрыл глаза и повернул к нему лицо.

Они и раньше иногда оставались ночевать друг у друга.

Обычно, когда наступало время отбоя, они собирались расходиться, но продолжали болтать, или же планировали уйти, но в итоге так и засыпали в одной комнате.

Хотя администрация Второй школы лояльно относилась к просьбам учеников переселиться — достаточно было написать заявление, и в течение трех дней вопрос решался, — но в случае с Хэ Чао и Се Юем всё обстояло сложнее.

Раньше они переживали из-за огромного количества олимпиадных тестов и дополнительных учебников в своих комнатах: «Если мы съедемся в одну комнату, то как скрывать это? Придется по ночам под одеялом решать задачи?» Но теперь, когда тайна раскрылась, они всерьез задумались о переселении.

Однако Бешеный Пёс, увидев их заявление, пришел в ярость. Барабаня ладонью по столу, он кричал на них:

— Вы двое! Что вы опять задумали? Решили допоздна резаться в телефонные игры под одной крышей? Знаю я ваши хитрости, меня не проведешь!

Хэ Чао попытался оправдаться:

— Учитель, мы на самом деле планировали вместе готовиться к экзаменам...

Но Бешеный Пёс просто скомкал бумагу и швырнул её в урну:

— Не вешайте мне лапшу на уши. Даже не думайте, этот вопрос закрыт. Быстро марш в класс на занятия!

Результатом сна на тесной кровати вдвоем стало то, что наутро у Се Юя болела вся спина. Его разбудил громкий голос директора из динамика на стене, и раздраженный Се Юй чуть не спихнул Хэ Чао на пол точным пинком ноги.

Домашней работы было слишком много, поэтому ворота школы едва открылись, а Вань Да и остальные ребята уже сидели за партами, доедая завтрак и сверяя решения.

Вань Да, увлеченно переписывавший упражнения, услышал скрип открывающейся двери и поднял голову. Сначала он облегченно вздохнул, но затем замер, заметив походку вошедшего. Зажав в зубах кусочек жареного теста, он спросил:

— Привет, Юй-гэ... Ты чего так странно идешь, спина болит?

Се Юй был не в духе, к тому же голова была тяжелой от простуды. Он прошел к своей парте:

— Нет.

— Эй, подожди, не перелистывай страницу! — Вань Да снова уткнулся в тетради, заметив, что Ло Вэньцян уже перевернул лист в тетради Лю Цуньхао. — Я ещё не закончил с этой частью, погоди минуту.

Какое-то время они молча списывали решения. Вань Да был настолько увлечен процессом, что брал еду из пакета вслепую, не поднимая глаз. В конце концов Ло Вэньцян не выдержал:

— Слушай, ты можешь перестать таскать мои булочки-баоцзы[1]?

Вань Да проглотил кусок:

— А я всё думаю, почему вкус странный. Я же вроде не покупал булочки с говядиной...