Возьми меня с собой - Нина Дж. Джонс

Думаю, именно этой ночью Джонни узнает о сексе. Блядь. И вот почему планирование так чертовски важно. Из-за Веспер и ее спектакля с предложением руки и сердца, я действовал импульсивно. В комнате Джонни нет замка. Веревки у меня было немного. Основной угрозой был Картер, так, по крайней мере, я думал. Получается, ближе всего к провалу я оказался по воле маленького мальчика-инвалида.

Я не нахожу ничего привлекательного в том, чтобы пугать детей. Кроме того, с его проблемами он далеко не уйдет, даже если проснется. Его маленькие никчемные пальчики не справятся с замками. Но я допустил серьезную ошибку. Я ни разу не слышал, чтобы Джонни издавал какие-либо звуки. Мне казалось, он совершенно немой.

Я подумывал о том, чтобы разрешить Веспер увести Джонни обратно в его комнату, но тут он начал изрыгать эти отвратительные монотонные скулящие стоны. Словно возбужденный осёл. Мелкий ублюдок так разорался, что мне надо было либо сваливать, либо как-то его заткнуть. Это дерьмо совсем вышло из берегов, когда гребаный принц Сакраменто решил, что попытается спасти Веспер. В любом случае, для него было уже слишком поздно спешить на выручку. Я уже был глубоко внутри нее. Но я не кончил. Блядь. Дерьмо.

Каждый раз, вламываясь в дом, я стремлюсь к совершенству. И готовясь к следующим своим вторженим, всегда учусь на своих ошибках. Если я сильно облажаюсь, то чувствую себя обязанным немедленно все исправить. Это еще больше расстраивает меня, и я становлюсь еще более жестоким, чтобы обеспечить полное соблюдение правил. Мне не нравится, когда все идет не так, как я планировал. По иронии судьбы, хотя эта ночь в мои планы не входила, я почти достиг совершенства. Воплотил в жизнь свою фантазию. В которой я полностью проникаю в их жизнь, во всех ее аспектах. Не просто вламываюсь в дом, ем их еду, беру их вещи, лишаю их власти. Но и становлюсь хозяином этого дома, беру женщину и заставляю ее кончать на мой член, как будто ее мужчины вообще не существует.

Веспер вымазала мои пальцы и член своей влагой. Мне даже не понадобилась смазка. Несмотря на ее протесты, я чувствовал, как набухает ее киска, как напрягается тело. Я слышал, что ее стоны были настоящими, хотя она их и сдерживала. Мы почти кончили. Почти, блядь, кончили. А потом появился этот пацан. И все пошло наперекосяк.

Я бы не причинил вреда ребенку. Он все равно не смог бы опознать меня или одолеть. Но если бы из спальни высвободился ее жених, я бы его убил. Нельзя, чтобы меня поймали. Его жизнь не стоит моей свободы.

К счастью для меня, она стоит жизни Веспер.

Мне и в голову не приходило ее забрать, пока она сама не попросила, а точнее, не стала умолять. Я такого не делаю. Погром остается там, где я его устраиваю. Я не беру с собой ничего ненужного. Именно благодаря этому мне удавалось так долго этим промышлять и обходить копов. Черт возьми, в этой части Калифорнии так много грабителей, что полиция только сейчас начинает выяснять, какие из взломов мои. У меня даже есть имя в СМИ.

Но эта девушка. Мне нужно больше. Я не могу уйти, не закончив то, что мы начали. И тогда, возможно (только возможно), мне не придется беспокоиться о том, что будет дальше.

Это не входило ни в какие планы. Я к этому не готовился. Я никогда не иду на риск. Я его избегаю. Когда что-то идет не так, я сваливаю. Всегда будет другой дом. Другая семья. Другой день. Но другой Веспер не будет. Точно так же, как и после ее вечерней провокации, я действую импульсивно.

— Вставай, — говорю я, поднимая ее на ноги.

Она шатается; ее переполняют эмоции. Из-за этого парня она сама не своя. Может, она и впрямь любит его любовью, которой, как мне казалось, не существует. Или, может, просто думает, что ей конец.

Я тащу Веспер с Джонни в главную спальню и запираю дверь.

— Он останется здесь, — говорю я.

Придерживая одной рукой Веспер, я вылезаю из окна, затем вытаскиваю ее и закрываю за собой окно, чтобы пацан даже не попытался последовать за мной. Я прячусь за гортензиями и тяну Веспер за собой.

— Если закричишь, я воткну нож тебе в сердце и оставлю умирать. Меня не найдут. Но я найду твою семью. И всех убью. Поняла?

Она кивает головой. Я встаю и осматриваюсь. Стук Картера в дверь спальни во дворе едва уловим. Никто ничего не слышал. Я приподнимаю девушку и закрываю ей рот, прижимая к ее ребрам нож, чтобы она поняла серьезность моих слов.

При обычных обстоятельствах я мог бы с легкостью перемахнуть через ограждения или доехал бы на украденном велосипеде до канала, который находится всего в трех улицах от меня, но Веспер — адская обуза. Вот почему проще самому отправиться к своим жертвам, чем пытаться перебазировать их из с одного места в другое.

Пробравшись в сторону, я подвожу Веспер к высокому деревянному забору, отделяющему ее дом от соседского, и тихонько поднимаю скрипучую щеколду, так мы оказываемся во дворе соседа. Мы снова прячемся за кустами. И тут она решает нарушить нашу сделку. Девчонка хорошо знает своих соседей (я видел, как она много раз с ними разговаривала) и верит, что они прибегут ее спасать. Она думала, что сможет увести меня подальше от ее мальчиков, а затем, когда будет у другого дома, позвать на помощь.

«Они все лжецы. Они хотят причинить тебе боль».

Будь это кто-то другой, я бы просто бросил его и убежал. Я бы подъехал к своему дому задолго до того, как копы начали выяснить, что происходит. Никто не стоит того, чтобы рисковать свободой. Веспер не видела моего лица. И никогда меня больше не увидит. Но я не хочу ее отпускать. Она уже заставила меня задуматься о том, чтобы ее заполучить. О том, чтобы наконец-то найти способ обрести нечто большее, чем просто ночь.

Я прижимаю Веспер к земле и зажимаю ей рот, чтобы заглушить крики. Я бы вырубил девчонку, но не хочу портить ее милое личико, поэтому достаю нож. Увидев его, она извивается, но когда понимает, что я снимаю с нее ночную рубашку,