365 дней в твоей постели - Валентина Кострова

Хмыкаю. Я точно чиста как стеклышко. Недавно ходила на профилактический прием к гинекологу. У меня никогда не было отношений с парнями, где мы бы дошли до постели. Встречались, гуляли, целовались и все. Некогда было блудить, я была занята Левой.

За размышлениями не замечаю, как приезжаем к жилому комплексу. Амаль паркует машину. Я глазею на другие автомобили. Не все марки знаю, а те, что узнаю, выглядят дорогими, указывающие на статус владельца. Да и сам дом выглядит элитным, вряд ли тут квартиры по карману простому смертному.

— Ты тут живешь? — тихо спрашиваю, смотря на затылок Амаля. Он погружен в переписку с кем-то. Похоже, не слышит моего вопроса, но я ошибаюсь. Как только дописывает сообщение, оборачивается.

— Да, я тут живу, и ты тут будешь жить. Заранее отвечу на будущие вопросы: ты первая из девушек, с которыми я в отношениях на год, будешь жить со мной в одной квартире, на моей территории. Раньше я снимал, но меня утомляло это мотание туда-сюда.

— Ты не должен ничего объяснять, — тушуюсь от открытости Амаля. Он умеет выбивать почву из-под ног. — Я принимаю все твои условия, — спешно заверяю мужчину.

Амаль задумывается над чем-то. На мгновение выражение лица его меняется, становится не таким приветливым и дружелюбным, более того, у меня от потемневшего взгляда мурашки по коже бегут. Когда он вскидывает на меня глаза, перехватывает дыхание. Чернота пугает. Однако, стоит ему улыбнуться, мрачное выражение глаз исчезает. Он вновь располагает к себе и вызывает доверие.

Выходит из машины. Из багажника вытаскивает коляску, раскладывает ее, только после этого распахивает дверь с моей стороны. Я напрягаюсь. Одно дело меня медбрат подхватывал, воспринималось как само собой разумеющее, другое дело Амаль. Перед ним я испытываю робость. Сразу мелькает мысль, а не разжирела ли я, ведя лежачий образ жизни. Ойкаю, когда меня подхватывают, аккуратно усаживают. Дверь захлопывают.

Нервничаю. Сжимаю руки в кулаки, держа их на коленях. Стараюсь не крутить головой по сторонам, но любопытно же, как живут богатые люди. Можно сказать, что мне выпал шанс на время примерить на себе шкуру обеспеченного человека.

Чистый подъезд с напольными цветами. Холл выложен плиткой под мрамор. Я видела в одном приложении с картинками такие фотографии. Лифт со всех сторон зеркальный. Стараюсь не смотреть на себя, любуюсь Амалем. Красивый. Тут же отгоняю от себя эту неуместную мысль.

Амаль, похоже, любит высоту, а у меня от мысли на каком мы этаже кружится голова. На лестничной площадке две квартиры. Мы направляемся к той, где приоткрыта дверь. Я вопросительно смотрю на мужчину, но он не удивлен, что квартира открыта. Когда меня закатывают в коляске вовнутрь, понимаю почему. Нас ждет женщина. На вид ей сорок с хвостиком. Стильно и удобно одета. Неброский макияж. При виде нас приветливо улыбается.

— Лира, — Амаль обходит коляску, встает напротив меня. — Это Алла Максимовна, она будет тебе помогать, пока ты не восстановишься. По всем вопросам обращайся к ней.

— А ты уходишь? — на меня накатывает паника, я замечаю, как Амаль мельком смотрит на наручные часы. Понимаю, что гендиректор не имеет права долго отсутствовать, но мне безумно хочется, чтобы он остался.

— Я вечером вернусь. Обещаю не задерживаться.

Его обещание звучит успокаивающе, я заставляю себя кивнуть, всеми силами сохраняя невозмутимость. Когда он проходит мимо меня, крепче сжимаю ткань штанов на коленях, чтобы не схватить Амаля за руку и не удержать. И когда я только успела превратиться в такую инфальтивную тряпку.

Алла Максимовна приветливо улыбается, как только мы остаемся одни. Я тоже улыбаюсь, но чувствую себя неуверенно как-то, находясь в чужом доме на птичьих правах. Интересно, эта милая женщина догадывается, в каком я тут качестве нахожусь?

— Вы, наверное, устали, я покажу вашу комнату, — женщина обходит меня, встает позади и толкает коляску. Я оборачиваюсь, слегка откидывая голову назад.

— Можно на «ты», а то мне не по себе как-то.

— Хорошо, — ласково отвечают, вызывая желание довериться, но я помню, что внешность и отношение человека может быть обманчиво. До сих пор Амалю до конца не доверяю, несмотря на его хорошее ко мне отношение. Я на чеку, кто знает, по какому счету и как мне потом платить.

Комната, куда меня привозят, такая же дизайнерская, как и холл, гостиная, и кусочек кухни, которую мельком видела. Интерьер явно создан профессионалом. Все продумано до мелочей, вплоть до декора, который завершает картинку. Первым делом я сама подкатываю коляску к окнам.

Все, как я просила. Панорамные окна, потрясающий вид на город. Сейчас нет ни заката, ни рассвета, но и голубое небо приятно рассматривать, думая о своем. Я слышу, как Алла Максимовна тихо уходит, оставляя меня наедине с собой. Сразу тяжело вздыхаю, опустив голову на грудь.

Сейчас меня окружают вещи, происходят события, которые могут быть с кем угодно, но только не со мной. Приходится ущипнуть себя, чтобы убедиться в реальности. Стараюсь в очередной раз прогнать мысли о том, что за все придется платить.

— Если вы хотите отдохнуть, я помогу вам пересесть на кровать, — слышу за спиной тихий голос Аллы Максимовны.

Похоже, она будет некоторое время со мной возиться как нянечка. Становится не по себе, что человек напрягается из-за моей нетрудоспособности. Даже мысль о том, что женщине платят деньги за уход, все равно смущаюсь, принимая помощь.

Робко прошу отвезти меня в душ, чтобы хоть как-то обмыться. Меня тут же туда провожают, помогают раздеться, зайти в душевую, где заранее кем-то приготовлен специальный стул для душа. Алла Максимовна настраивает воду, я чуть ли мурчу от удовольствия, когда обрушивается горячий поток. Никто меня никуда не торопит. От души намыливаюсь, смывая с себя больничный запах. Как только Амаль это все терпел — загадка. Вряд ли он любитель таких мест. На минуточку позволяю себе даже представить, что из-за меня он не чурался государственной больницы с отвратительным запахом.

В кровать я ложусь чистая, вкусно пахнущая и сонная. Едва голова касается подушки. Моментально засыпаю. Это оказывается кайф спать на удобной кровати без соседей, которые то храпят, то сопят, то бормочут что-то во сне.

Просыпаюсь от ощущения, что нахожусь не одна. Мне кажется, я задремала на полчаса, но за окном уже вечер. Смотрю в ту сторону, откуда возникло ощущение, замечаю сидящего в кресле с планшетом в руках Амаля. Он сосредоточен на чем-то, между бровями морщинка, губы поджаты. Даже