Надежда для князя: переписать судьбу - Наталья Нежданова

Глава 15

Хозяин опять опускается на свой стул и хлопает тяжёлой ладонью по соседнему, взглядывая на сына. Тот послушно опускается рядом.

— Это где ж ты такой ереси наслушался? — спрашивает отец.

— Да ребята на заводе листок дали почитать. А там написано, что никакого Бога нет, а мир сам по себе образовался.

— Феденька, ты ж у нас не дурачок всё-таки! — всплёскивает руками Галя. — В школе ведь учился. Ну, как можно в такие бредни-то верить? Сам по себе даже суп не сварится! А тут, страшно помыслить — мир!

— Ну, там ещё было написано, что Бога специально эти, експлотаторы выдумали! Чтоб, значит, рабочих обманывать. Чтоб мы терпели, когда нас грабят и угнетают. И надеялись, что в Царстве Небесном за это вознаградят. А оно, может статься, и вовсе небывальщина!

— Ну-ну, поговори ещё! — грозно произносит отец. — Чтоб не водился больше с этими смутьянами! Не доведут до добра.

— А как же Фомич, ну, управляющий? — недоумённо произносит Федя. — Гад ведь он самый настоящий! Штрафует ни за что, ни про что. А то и в морду бьёт. Ваську вон мелкого до крови прибил! А как праздник, так стоит в церкви с умильной рожей!

Хозяин мрачнеет. Потом произносит:

— Это всё потому, что царь-батюшка про наши обиды не знает! Скрывают от него. Верно люди говорят: надо нам, горемычным, собраться да пойти крестным ходом ко дворцу. Пасть на коленочки и бить челом. Государь услышит про наши горести да ослобонит! Накажет супостатов, что над народом измываются!

Я замираю, охваченная ужасом. Потому что это уже было в истории моего родного мира. Грандиозное народное шествие, организованное провокаторами и закончившееся самым настоящим побоищем под названием «Кровавое воскресенье». За которым последовала беспощадная «первая русская революция».

Меня вновь пронзает жуткое чувство обречённости. Как будто некая тёмная сила старательно разыгрывает заранее составленный сценарий, ведущий Российскую Империю в погибельную пропасть.

Мы укладываемся спать. Я растягиваюсь на кровати рядом с мамой. Этот сумасшедший день начисто выпил из меня силы. Но едва я начинаю засыпать, как с противоположной стороны комнаты раздаётся ритмичный скрип деревянной кровати.

Когда до меня доходит, чем занимаются Галя с мужем, отгородившись от остальной комнаты с другими жильцами лишь ситцевой занавеской, я краснею до корней волос. Да как так можно вообще?

Наконец, я соображаю, что не стоит их за это осуждать. Скорее пожалеть надо. Такая уж тут жизнь. Ну, нет у большинства простого народа никакого личного пространства!

Впрочем, я знаю: это обязательно изменится. Хоть и очень нескоро. И понимаю, что столь осуждаемые и высмеиваемые в моей реальности коммуналки — когда-то были настоящим прогрессом по сравнению вот с этим. Погружённая в печальные мысли, сама не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Однако отчего-то просыпаюсь среди ночи и у меня больше не выходит заснуть. То ли из-за раскатистого храпа Фединого отца, то ли просто от нервов. Лежу и думаю о вчерашнем.

Вбивать почтение к Богу с помощью кулаков — не самая хорошая идея. Я невольно вспоминаю Наденькину гимназию. Учитель закона Божьего требовал зубрить свой предмет от корки до корки.

И что же? Некоторые девочки здорово возмущались. Понятное дело, в своём кругу, чтобы взрослые не слышали. Причём не только деспотом-педагогом, но и самим предметом. Высмеивали его даже. Мол, зачем это в современном мире с его научным и техническим прогрессом?

Так стоит ли удивляться, что те самые дети, в мозги которых так старательно впихивали закон Божий, подросли и отбросили всё, чему их учили? А некоторые из них и вовсе взрывали храмы и расстреливали верующих.

Я ведь успела неплохо изучить нашу Коломну. И обнаружила, что в Питере двадцать первого века нет тех церквей, что сейчас украшают здешние улицы. Получается, их просто уничтожили!

Лично у меня сложные отношения с религией. Однако крушить исторические памятники — точно не дело!

С утра пораньше отправляюсь в уже знакомую лавочку за свежей выпечкой. Уж очень она тут вкусная! Я даже за свою фигуру переживать начинаю. Но пока вроде ничего такого не заметно. Скорее наоборот — телу прежней Наденьки не помешает немного округлиться.

Галин муж с Федей уходят на работу ни свет, ни заря. Хозяйка вручает им небольшую кошёлку с остатками вчерашней еды.

Глаша выходит из дома сразу после них. Ей хорошо, работа совсем рядом.

Я опять принимаюсь думать, куда бы устроиться. Может, попробовать податься в какой-нибудь модный магазин? Или куда-нибудь в бюро, печатать на машинке? А что, я на клавиатуре компьютера текст вслепую набирала!

Правда, здесь алфавит немного другой. С ятями и прочими значками. Но я вроде уже привыкла. В общем, надо будет купить газету с объявлениями о вакансиях.

Ещё думаю, как же мне всё-таки покончить с доставшейся от прежней Наденьки изоляцией от людей и мира. И принимаюсь вспоминать, с кем из её прежних подруг можно было бы попытаться восстановить отношения.

Конечно же, с Верочкой Новосельцевой! Она — одна из немногих, кто не отвернулся от Наденьки после катастрофы с отцом.

На меня накатывают воспоминания, как Наденька вернулась в гимназию после похорон Павла Григорьевича и обнаружила, что никто не хочет сидеть с ней за одной партой. Одна только Вера согласилась.

Ох, Наденька, Наденька… Сложно её осуждать, конечно. Пережить такое — не шутка. Но зачем же было так отдаляться от людей?

Впрочем, тут скорее Елизавета Петровна подала дурной пример. И её тоже надо как-то вытаскивать из этого печального состояния.

Ну ничего. Обживёмся в нашей комнатке — обязательно этим займусь. Я же психолог, в конце концов! Хоть и недоучившийся.

Я наблюдаю, как Маша старательно чистит картошку. Умница просто! Так ловко управляется с ножиком. Совершенно невероятное достижение для большинства её ровесниц в моём прежнем мире.

Надо бы сходить в нашу комнатку. Посмотреть, как там и что.

Печник, оказывается, ещё вчера всё исправил. Хозяин говорит, вечером можно будет начинать топить.

Глава 16

Это, конечно, здорово, вот только в комнате теперь жуткая грязища. Хорошо хоть мы с мамой тщательно накрыли простынями кровати со сложенными на них вещами.

Делать нечего, после обеда иду убираться. Галя даже Машу свою мне в помощь отправляет.

С бойкой малышкой работа действительно спорится быстрее. Она — просто прелесть!

Я придумываю игру в рычащих зверей. Чтобы научить её выговаривать звук «р». Маша старается изо