Телохранитель для мажорки - Татьяна Катаева

— День. Два, — сказал я глухо. — Мы приберёмся, станет лучше. Надеюсь, ты хоть раз в жизни держала веник?! — я пытался пошутить. Не вышло.

Она всхлипнула, и в этот момент я понял: ей реально страшно. Не просто каприз, а страх. Всё её «принцессовское» нутро бунтовало против этого места.

Я глубоко вдохнул пыльный воздух и сжал зубы.

Ну что, Волков. Теперь тебе мало того, что охранять, — ещё и дом обустраивать придётся.

Я видел, что она вот-вот сорвётся окончательно. Стояла посреди этого пыльного ада, глаза красные, руки дрожат. Честно, я думал рявкнуть, заставить, но… пожалел. Чёрт с ней. Бороться сейчас с ней себе во вред. Пусть лучше там посидит, а я и сам справлюсь.

— Иди в машину, — сказал я сухо. — Сиди там. Я сам разберусь.

Она даже спорить не стала — только кивнула и выскочила наружу, будто спасалась от пожара. Движения быстрые, словно боится, что я передумаю, и снова затащу её в дом.

Я остался один. Снял футболку — в пыли работать всё равно, а спина давно вспотела. Закатал рукава и огляделся. Работы выше крыши, но где моя не пропадала?!

Ну, Волков, снова всё как в армии: нет условий? Сделай сам.

Первым делом вытащил ведро из колодца — скрипнула цепь, запах свежей воды ударил в нос. Облил руки, лицо, потом пару вёдер залил прямо на пол. Пусть пыль хотя бы прибьёт. Потом — веник. Старый, щетина разлохматилась, но лучше, чем ничего.

Я работал в ритме. Взмах — клубы пыли. Взмах — треск паутины. Пот катился по спине, жилы напрягались. На секунду подумал, что если бы Марьяна сейчас увидела, как я вкалываю, наверняка устроила бы фотосессию: «Рабочий класс в естественной среде». О, ей бы тут тоже контент найти можно было. Народ любит «своих» в плохих условиях видеть. Что-то из типа «Остаться в живых» или «Выживет сильнейший».

На улице послышались шаги. Я понимал, что это явно не Левшина. Её из машины уже силой придётся вытаскивать. Поэтому быстро рванул наружу проверять. Оказалось соседка Машка. Молодая, красивая, ей что-то до тридцати, в сарафане, с ведром в руках. Коса набок, глаза любопытные. В своё время мы с ней немного снимали напряжение. Так, по обоюдному согласию.

— О, Артёмчик! — воскликнула она, сразу же подходя ближе. — Неужели вернулся?

Я только кивнул. Не рассказывать же ей мне, по какой причине меня занесло в эту глушь. Я, конечно, парень из деревни, но это не означает, что самому в кайф жить в таких вот условиях. Да ещё и с принцессой.

— Временно, соскучился за свежим воздухом.

Она улыбнулась и оценивающе осмотрела меня. Дольше всего на правую руку смотрела, кольцо, походу, высматривала.

— Так, вижу, порядок наводишь… Помощь нужна? Я всегда за.

— Разберусь, — буркнул я.

— Подожди, — не унималась она. — Я хоть еды принесу. С дороги, небось голодный.

Через минут десять она вернулась с корзинкой. Там — посуда, хлеб, сырники и термос с чаем. Настоящим, травяным, пахучим. А ещё то, без чего нам бы тут было сложно. Точнее, Марьяне сложно. Чистое постельное бельё. Думаю, принцесса оценит. Осталось горошину под матрас положить.

Я поблагодарил, взял и тут же пошёл не в дом, а к машине.

— Тёма, занесёшь вечером корзину. Я буду ждать, — недвусмысленно говорила она. Почти прямым текстом. Ох, мне бы сейчас не помешало стресс снять.

Марьяна сидела на пассажирском сиденье, уткнувшись в приоткрытое окно. Вид был такой, будто я её сюда в ссылку сослал. Думаю, она успела уже пролить немалую дозу слёз.

Я открыл дверь, поставил корзинку на колени. — Перекуси, принцесса. Мы пока не скоро сможем сами себе приготовить.

Она моргнула, уставилась на сырники, потом на меня.

— А ты?

— Я пока не хочу, сначала дом в порядок приведу.

Я закрыл дверь, и направился в сторону дома. До захода солнца нужно хоть немного приукрасить дом. Спать же принцесса не будет в машине... Или будет?!

Глава 16. Марьяна

Я вылетела из этого дома, как ошпаренная. Даже не глядя под ноги, спотыкалась о корни, о кочки, но всё равно неслась к машине. Мне казалось, что стены вот-вот сомкнутся за спиной и выплюнут наружу целую стаю пауков и привидений.

Сердце гремело в груди, ладони липли от пота. Я едва распахнула дверцу машины, влетела внутрь и захлопнула её так, будто могла этим отгородиться от всего кошмара.

Боже… Что это вообще было?

Я сидела, уставившись в лобовое стекло, но всё ещё видела перед глазами ту картину: мрак, тени в углах, слежавшаяся паутина, свисающая с потолка, и запах — тяжёлый, затхлый, словно сама смерть там прописалась лет на десять вперёд.

У меня реально тряслись руки. Не от злости, не от капризов, а от ужаса. Настоящего, липкого, того самого детского, от которого до сих пор не могу избавиться. Как будто меня снова закрыли в тёмной кладовке, где каждый звук кажется шагами монстра.

Когда мне было шесть лет, я, как и большинство детей моего возраста, не сидела на месте. Мне было интересно всё. Дом был большим, и мне нравилось в нём прятаться. Так я нервировала свою няню. Мамы зачастую не было дома, у неё свой бутик модной одежды. Она пропадала в нём днями.

Мама на работе. Папа на службе. А я? Я с очередной нянькой, которая не хотела со мной играть.

Потому чтобы хоть как-то разнообразить день, я пряталась в одном из уголков дома и ждала, когда же она меня найдёт. А ей это необходимо было делать. Потому что папа будет очень сердиться, если его принцесса не поест вовремя и не позвонит ему в обед.

Так вот, няня, Надежда Эдуардовна, в этот раз нашла меня быстро. Злая она была как чёрт. Потому что ей ещё нужно было сделать кучу дел, а она меня по дому ищет. Но разве мне шестилетней было дело до этого? Я всего лишь хотела внимания. Мне было скучно. А няни должны хоть иногда играть с детьми, а не при каждой свободной минуте смотреть телевизор.

После того, как я поела и позвонила папе, Надежда Эдуардовна предложила сыграть ещё в прятки. Она открыла подвал и сказала, что там куча мест, где можно спрятаться. Я поверила. Но как только я спустилась вниз, она выключила свет и закрыла дверь на замок.

Как же я кричала тогда. Мне было так страшно, что кажется, я даже описалась. Она