Мой. Чужой. Истинный - Анна Сафина

— Отправим самцов на ее поиски, — кивнул Свайн, входя в роль альфы стаи. После того, как отпала необходимость притворяться правой рукой Райдзена, он будто сбросил многолетнюю шкуру подчинения, и стал источать альфа-волны.

— Мои волки будут охранять стаю, — произнес Йохан, почесывая подбородок. — Вас до столицы будут сопровождать соклановцы Артайуса, но у нас осталась проблема, связанная со змеелюдами. У нас нет бойцов, которые отправились бы на разведку в Южное Царство.

— Есть, — ответил я и перевел взгляд в сторону постамента, где рядом с Керуком сидела троица самцов, похожие друг на друга. Двое черноволосых и один помладше — среброволосый. Все трое — потомки Полярного Волка. Мои сыновья от разных волчиц. Бальтазар. Кельвин. Эрл.

Как только я посмотрел на них, они повставали со ступенек и выпрямились во весь рост. И если Бальтазар и Кельвин сделали это чисто из уважения, то Эрл демонстрировал свою стать местным волчицам, пытаясь составить конкуренцию Артайусу в искусстве соблазнения. Позер.

— Трое? — прищурился Йохан и покачал головой. — Отправим только одного, чтобы не привлекать внимания. На границе с Южным Царством, по донесению дозорных, разбито несколько временных лагерей, но загвоздка в том, что не военных, как мы думали изначально, а семейных. Там и женщины, и дети, так что сначала нужно разведать обстановку.

Южное Царство было разобщенным, так что объявление войны Содружеству хоть и было дерзким и нахальным, однако явно было сделано не всеми кланами царства. Судя по тому, что после нападения на людское поселение воцарилось затишье, а от соседей не было отправлено гонца с требованиями, дело было не в межгосударственных разногласиях или претензией на владение какой-то территорией. Будто бы это было обычным мародерским нападением в сговоре с шайкой волчьих заговорщиков.

Вскоре не я один пришел к такому же выводу.

— На объявление войны это не похоже. Скорее, на диверсию, так что речь идет уже, скорее, о внутренних разногласиях среди самих змеелюдов. Они обычно не разрешают путешествовать своим женам, наложиницам и детям, — подал голос Артайус, наконец, отвлекаясь от девицы на своих коленях и прогоняя ту прочь. Когда дело принимало серьезный оборот, он умел брать себя в руки, отделяя зерна от плевел.

— Так что ты предлагаешь? — спросил Йохан, массируя указательным пальцем левой руки скулы с левой стороны лица. Он делал это бессознательно, не отдавая в своих действиях отчета, но я обратил на это внимание. Раньше, задолго до трагедии в его жизни, он подобным недугом, который поражал преимущественно слабых особей людей, не страдал.

— Пусть один отправится к границе, разведать обстановку среди пересекших границу, а один в Южное Царство. Желательно, самого неприметного, чтобы не создавал проблем и не привлекал власти, — пожал плечами Артайус. — Нам нужны глаза и уши среди змеелюдов.

— Я поеду, господа, у меня как раз никаких дел, — разулыбался Эрл, и я закатил глаза, так как предвидел его реакцию. Он любил коллекционировать в своей постели женщин разных рас. И не я один считал, что кому-кому, а ему в разведке не место.

— Поедет либо Бальтазар, либо Кельвин. Главное, не твой младший, Айвен, — пресек попытку вызваться у Эрла Йохан.

Выражение его лица без всякой мимики, по которой можно было прочитать его настроение, охладило пыл Эрла, и он не стал настаивать. Я сделал предупреждающее движение головы, и он сразу отступил, покорно опуская голову и оголяя шею. Что у моих сыновей не отнять, так это послушание старшему в роду.

— Бальтазар отправится в Южное Царство, а Кельвин к беженцам змеелюдов.

Обсудив основные моменты, мы закончили собрание и условились отправиться в путь через трое суток на рассвете. Артайус никуда не спешил, знакомясь со своим новообретенным племянницом Керуком и праздно проводя время в объятиях девиц, а старейшина Айко и так особо не горела желанием покидать свою ставку, к которой успела прикипеть. Я же не планировал выдвигаться в изнуряющую дорогу, пока Нереа окончательно не поправится. Марта и Лаисса дали срок в сутки с учетом ее превращения в полноценную волчицу, но рисковать в таком важном деле, как ее здоровье, я был не намерен.

Когда я выходил из здания, следом за мной прошел Свайн, который большую часть собрания молчал.

— Айвен, мне нужно поговорить с тобой наедине, — произнес он и оглянулся назад.

— Что-то срочное?

— Я бы хотел отправить с вами в столицу своего племянника Гора. Чтобы ты взял его временно под опеку, пока всё не уляжется.

Бывший бета стаи, отныне возглавлявший ее, говорил уклончиво и неопределенно, так что я поставил вокруг нас непроницаемый полог, который не пропускает изнутри во внешний мир ни звука и кивнул ему, чтобы говорил прямо, без утаек.

— Гор — мой племянник по сестре. Она умерла во время родов, так как его отец не признал сына. Само его рождение — само по себе чудо, ты ведь знаешь. И пришло время, чтобы он занял свое место по праву. Я не могу покинуть сейчас стаю в эти смутные времена, а доверить своего родича могу только тебе, Айвен.

— У Гора ведь черная масть, Свайн. Ты использовал травы, чтобы менять ему окрас? Как долго?

— С самого его рождения, — мрачно произнес он. — Другого выбора у меня не было, это был единственный способ оставить его у себя, а не отдавать этому ублюдку.

Последнее Свайн практически выплюнул, испытывая к отцу Гора неподдельную ненависть. Смерть волчиц при родах — довольное редкое явление. И то, о чем говорил Свайн, было возможно только в одном случае. Для рождения следующего архея требовалось признание отцом-археем будущего детеныша кровью. Каждый архей поил свою женщину ею во время всей беременности, чтобы облегчить роды и передать силу, которую в будущем перенимен его сын, в ином же случае и самка, и волчонок погибали.

— Ты уверен? Я знаю каждого из тринадцати, и у каждого есть наследник.

— Не у всех, Айвен. Это ты должен знать лучше всех.

Слова Свайна повисли в воздухе свинцовой тяжестью.

— Гор — сын Титуса. Насколько он старше Нереи?

Мой интерес был не праздным. Если это правда, что нам еще предстояло выяснить, то это всё объясняло. Несмотря на то, что Нереа родилась самкой, она должна была унаследовать от отца-архея хоть крупицы способностей по праву первенства, но в ней не было ни капли волчьей силы, что могло случиться в том случае, если у Титуса уже был наследник, который унаследовал все способности первого