Мой. Чужой. Истинный - Анна Сафина

Как только я закончила с кожей и волосами, легла на водную гладь спиной и расслабила мышцы, чувствуя, как лес наполняет меня силой. Не так, как это было раньше, до моей временной смерти. Если тогда влияние леса было подобно дуновению ветра, то сейчас сила перетекала в меня волнами, словно я стремительно наполнялась живительной энергией мира.

Сама не заметила, как задремала, а из полудремы меня вырвал чей-то пристальный взгляд. Я проплыла к берегу несколько метров и встала, как только стопы коснулись дна.

— Кто здесь? — спросила слегка испуганным голосом.

Я присела так, чтобы из воды торчала лишь моя голова, а затем настороженно оглянулась по сторонам. Несмотря на рождение внутри меня волчицы, некоторые врожденные способности веров, как то осязание и острое зрение, пока были мне недоступны. Я только-только входила в мир новых запахов.

Слух уловил шуршание листвы спереди, и я посмотрела в ту сторону, прищуриваясь и практически не дыша, пытаясь уловить чужое дыхание.

Не успела я снова крикнуть свой вопрос, как из кустов вдруг вальяжной походкой вышел волк. Нет. Волколак. Он был настолько огромным, что я замерла птичкой и застыла прямо в воде, опасаясь лишний раз двигаться, чтобы не привлечь его внимание. Вот только было поздно. Он давно заприметил меня и не отпускал из поля своего зрения.

Белый окрас, идеально чистая шелковистая на вид шерсть, и голубые глаза. Собственнический взгляд, которым он окинул меня, не оставлял сомнений, кто стоял передо мной.

Айвен.

Я видела его натренированное волчье тело в бою, но тогда не смогла рассмотреть его внимательно во всей природной красе. А восхищаться было чему. Не каждый волк мог похвастаться такими крупными размерами и идеальными пропорциями звериного тела.

Я покраснела, когда мысли плавно перетекли к его человеческой ипостаси, не менее брутальной и харизматичной. Подняла взгляд к глазам волка и оцепенела от шока. Клянусь, волк скалился, словно прочитав мои мысли.

Когда я встряхнула головой и посмотрела на его морду снова, больше не было ни намека на улыбку, и я даже моргнула насилу пару раз и протерла глаза, пытаясь увидеть то, что было буквально несколько секунд назад. Тщетно. На меня снова смотрел серьезный нагваль.

Тело его вдруг подернулось дымкой, кости затрещали, а лапы волколак пригнул к земле. Начался оборот зверя в человека.

Я наблюдала за недолгим процессом трансформации и совсем забыла, в каком виде передо мной предстанет Айвен. Опомнилась лишь тогда, когда на берегу стоял уже не белый волколак, а беловолосый нагваль, который совершенно не стеснялся своего обнаженного тела.

Я старалась не опускать взгляд ниже его подбородка, но глаза будто жили своей жизнью, скользя по широким плечам, массивной грудной клетке, плоскому животу с выделяющимися кубиками и… И ниже, по линии дорожки волос от пупка и ниже.

Мужская плоть под моим взглядом дернулась, и я отшатнулась, чувствуя, как покраснели щеки и заколотилось сердце, словно бьющаяся о прутья клетки птичка, пойманная в силки хозяином. Уверена, он сделал это движение специально, чтобы меня смутить, но я не поддалась на провокацию и отвернулась, делая размашистые гребки прочь от берега. Мне срочно нужно остаться наедине и переосмыслить реакции своего тела.

Умом и сердцем я понимала, что мы — истинная пара, но тело, не знавшее еще ласки ни одного мужчины, не было согласно с этим утверждением. И пусть оно тянулось к Айвену, ведомое первобытным инстинктом, но при этом дрожало и тряслось, стоило представить то, что происходит между самкой и самцом в моменты страсти. Эта сторона волчьей жизни мне была недоступна в силу происхождения и плохого отношения ко мне отца и стаи, и к моему возрасту у меня уже выработался подспудный страх, который пока я была не способна преодолеть, несмотря на животное желание, которое возникало всякий раз, стоило Айвену оказаться в поле моего зрения. А уж в таком виде…

— Водичка теплая, Нереа?

Голос будто прозвучал чересчур близко, и я в панике развернулась, преодолевая сопротивление воды гребками. Айвен по-прежнему стоял на берегу и лишь посматривал на меня, наблюдая за моими движениями.

Я лишь кивнула на заданный игривым тоном вопрос, не сразу сообразив, что он намеревался сделать. А когда Айвен направился в воду, нырнул, когда оказался на достаточной глубине, а затем исчез под водой, меня накрыло паникой.

Шли секунды, но сколько бы я ни вглядывалась в водную гладь, не видела, где он, и что-то мне подсказывало, что он приближался ко мне с невиданной скоростью. Не успела я нырнуть, чтобы убедиться, что он в порядке и не зацепился ногами за водоросли, как вдруг он вынырнул прямо передо мной.

Обнаженное мощное натренированное в битвах и спаррингах тело оказалось чересчур близко ко мне. Как и его хитрый настойчивый хозяин.

Капли воды стекали с лица Айвена, заставляя меня прослеживать дорожку вниз, и я никак не могла контролировать реакцию своего тела. Он небрежно зачесал пятерней свои пепельные волосы назад, а я хлопала ресницами, не в силах ни закричать, ни сказать что-либо членораздельное.

— У тебя бешено стучит сердце, птичка, — прошептал он и наклонился ниже, касаясь губами моего уха. По моему телу сразу же прошла дрожь, и я опустилась под воду по самый подбородок, чтобы скрыть от него беззащитную шею.

— Ты вся дрожишь, а вода такая теплая.

Айвен улыбнулся и вдруг нырнул снова назад спиной, заставляя меня оцепенеть. Я вглядывалась в мутную водную гладь, но не могла разглядеть его тела. А затем сзади раздался всплеск. И к моей спине прижался Айвен.

— Ты… — выдохнула я, когда крупные ладони обхватили меня за плечи и стали гладить их, опускаясь всё ниже до самых кистей.

— Я?

Мне было не видно его лица, а обернуться я не решилась, но буквально слышала в голосе, что он улыбался от уха до уха, довольный тем, что мы остались наедине. Вокруг ни души. Только озеро и мы. Один на один. Практически обнаженные, если не считать моей сорочки. Не зря я не стала идти на поводу внутреннего голоса, убеждавшего меня, что можно было помыться и без нее, ведь все заняты поисками сбежавших преступников, и никто не придет в этот закуток, скрытый кустарниками.

— Ты первый, кто обнаружил это место. Я всегда плавала здесь одна.

После долго молчания мой голос охрип и прозвучал глуше и надсаднее. Мужская грудь, касавшаяся моих плеч,