Истинная Императора драконов - Дея Делери

— Хорошая погода, не правда ли? — решила я начать разговор.

Просто стоять и переглядываться это как минимум странно. Мужчина бросил взор в окошко, а после вновь на меня.

— Да, неплохо. Я так понимаю… именно в тебе причина нашей с Гуннаром встречи?

— Полагаю, что так, — согласилась без раздумий. — Но вряд ли я могу сказать что-то… без Гуннара. Думаю, он будет более красноречив.

— Ты достаточно смело изъясняешься для той, кто пришла с храмовником, — хмыкнул мужчина и теперь развернулся ко мне всем корпусом. — Как тебя зовут?

— Лиана, — представилась я. — Ваше имя я знаю. Отец многое о вас рассказывал.

— Отец? — темные брови взлетели вверх, и на несколько секунд мужчина, казалось, выпал из реальности. — Не ожидал…

— Я оплатил комнату, — к нам приблизился Гуннар. — Можем подняться и поговорить спокойно. Вижу, вы уже нашли общий язык?

Я приободряюще кивнула, а вот Альдрик не спешил соглашаться. Он все еще находился в прострации, однако за отцом пошел. Я замыкала процессию.

Комната была небольшая, с деревянной мебелью и двумя кроватями. Я прошла к одной из них и положила свою одежду. Посмотрела в окно, на оживленный город, и начала анализировать одежду, взгляды людей. Мне хотелось узнать, чем живут в Астахане? Какие у них мысли и заботы?

Краем уха я слушала разговор:

— Она твоя дочь?

— Да, недавно мне её вернула мать. Девочка воспитывалась в глуши и многое не знает о современном мире. Мать буквально держала её взаперти. А потом решила отдать мне.

— Но как же обет?..

— Я согрешил, — вновь как старую шарманку завел Гуннар, но в этот раз чуть более раздраженно. — Вот от тебя я точно не ожидал услышать упреков, Альдрик!

— Я и не упрекаю! — тут же поспешил оправдаться мужчина. — Просто… удивлен. Ты ведь всегда был приверженцем Шаардан. Я больше поклоняюсь Ресифолю, ты знаешь. А этому богу без разницы, кто грешит. Важно лишь предназначение и конечная точка, а любая суета — вторична.

— Да, именно поэтому я решил обратиться к тебе. Считай, что судьба у меня такая… Альдрик, помнишь, что говорил мне, что сделаешь всё, чтобы я не попросил?

Мужчина сразу напрягся и бросил на меня короткий взгляд.

— Будешь просить взять в жены дитя греха?

Тут даже я выпала в осадок. С расширенными глазами посмотрела сначала на Альдрика, а после на отца. На миг, всего на миг мне стало страшно, что это действительно входит в его планы!

— Нет-нет, я бы не стал просить о таком личном.

— А жаль, — хмыкнул он, — девушка ведь красива, да еще и магически одарена… постой, — Альдрик нахмурился и повторил: — магически одарена… Не поэтому ли ты пришел ко мне? Хочешь, чтобы я устроил её в академию?

— Все верно, — с явным облегчением кивнул отец. — И позаботься о ней в академии. Она еще мала и несмышлена, многое о мире не знает. Ей бы держаться подальше от всего… дурного.

— Я вполне могу помочь, но ты опоздал: учебный год уже начался. Приезжай летом в следующем. Пройдет вступительные экзамены, если что я её потренирую перед ними, а после пригляжу и в академии…

— Альдрик, — отец устало вздохнул. — Её нужно принять в этом году.

Мужчины несколько секунд обменивались долгими взглядами, а потом Райнер вздохнул и подошел ко мне. Я сразу поднялась на ноги. Маг протянул ко мне руки, мы почти соприкоснулись ладонями — так он считывал мою магию. Сильные маги на такое способны без кристаллов.

Так некстати вспомнился и изумрудный император, который считал мою магию на расстоянии, даже без соприкосновения ладоней. Насколько же он силен?

Одернула себя. Не хочу думать о Деймиане Шиитане!

Не хочу, я сказала!

— Целительница, — наконец, выдохнул он. — И весьма сильная, я полагаю. Но я декан боевого факультета. Как по-твоему я смогу взять её на учебу?..

Вопрос, кажется, был риторический. Потому что Альдрик вздохнул и, кажется, даже выругался сквозь зубы.

— Ты ставишь меня в неловкое положение, Гуннар. С одной стороны мой долг, а с другой — практически невыполнимое условие! Ты не мог прибыть на месяц раньше?

Увы, но Делениз весьма непредсказуема в своих действиях.

— Хор-рошо, — выдохнул он и упер руки в бока. — Я что-нибудь придумаю. Вернусь завтра утром.

Альдрик ушел не в лучшем расположении духа. Отец был молчалив. К слову, я не зря даже мысленно старалась называть его «отцом», ведь так, убеждая себя, мне легче было воплотить ложь в правду, если кто-то спросит.

Это первая причина. А вторая крылась в банальном ощущении брошенного ребенка. У меня никогда не было ни матери, ни отца. А теперь появился. Заботливый, умный и добрый, пусть порой молчаливый и хмурый. Но мой. Тот, кто изо дня в день уделяет мне много времени.

Мы спустились, чтобы пообедать, а после вновь сели за учебники. Всю дорогу храмовник рассказывал мне об Астахане и академии. Вот и сейчас мы продолжили обучение.

— В академии четыре факультета: целительский, боевой, травнический, артефакторный. Как ты понимаешь, самый большой — боевой, в него входят половина студентов всей академии. Он же считается самым престижным. Потом — целительский. Целителей не так много, но они на хорошем счету, ведь их знания и умения уникальны. В травнический поступают только те, у кого минимум магии, но есть рвение к учебе и умения. В артефакторы тоже идут не самые сильные маги, но все же лучше, чем на травнический, ведь им приходится вливать свою магию или кооперироваться со студентами с других факультетов, чтобы влить в артефакт нужные силы. Артефакторика требует кропотливости и старательности.

— А вы на каком факультете учились? — из любопытства спросила я.

Перед нами лежала карта академии. Посередине основной корпус, справа — отдельный корпус для боевиков, а слева — флигель для целителей. За основным корпусом огромный стадион, а еще дальше, у самых ворот, протяженное трехэтажное здание общежития. Спереди тоже есть постройки: общежитие для преподавателей, склады для хозинвентаря, оранжерея с теплицами и загоны с животными, в том числе конюшни.

— Артефакторики, как ты, наверное, уже догадалась, — хмыкнул отец с какой-то грустью. — Но тебе лишь одна дорога — в целительский.

— Интересно, о чем думала Делениз, когда наградила меня этим даром? Если уж она хочет, чтобы я спасла этот мир, могла бы подарить боевую магию, — я поморщилась и вздохнула. — Неисповедимы твои пути, господи…

— А ты уже начинаешь становиться настоящей дочерью храмовника! — хмыкнул отец и неожиданно погладил меня по голове.

— А ты, кажется, учишься шутить, — удивилась я, и отец рассмеялся.

Неуверенно, тихо. А затем уже громче. Я никогда