Темнота в окне напротив - Вивиана Торн

Как же мне нравится то, что моё логово наполняется её запахом. И только её. Я переехал сюда недавно, после стычек с отцом, который решил полностью лишить меня наследства. Старик думает, что меня это остановит и я прекращу гонять.

Он не понял, что мы с ним похожи, и я буду стоять на своём до последнего.

Это место давно было в моём владении, но только недавно я привёл его в порядок.

Эстер — первая девушка, оказавшаяся здесь. И что-то мне подсказывает — она станет единственной.

Я не дожидаюсь её согласия — подхватываю на руки, получая удовольствие от того, как она сопротивляется, как трепетно вздыхает. Ей стоит быть осторожнее, ведь меня это возбуждает.

Но я не хочу её пугать больше, она и так достаточно меня боится и постоянно хочет сбежать.

Усаживаю Эстер на свою кровать и даю ей пространство, чтобы могла осмотреться.

В моей спальне всё просто. Серые бетонные стены. Широкая кровать с белыми простынями.

Я не успел обставить эту комнату, однако, смотря на Эстер, взволнованно озирающуюся по сторонам, я понимаю, что кроме неё в этой комнате мне больше не нужно ничего.

Я впервые хочу женщину такой, без извращений и жестокости. Меня манит её наивность и естественность. Я хочу брать её нежно.

Мне понравилось.

Эстер поднимает на меня глаза. Чертовски красивая. Нежная и деликатная. Ангел. Я думал, что испорчу её, запятнаю, а в итоге она каким-то образом очищает меня.

— Мне… нужно в душ, — скромно шепчет она.

Я подхожу к двери в ванную и толкаю её, приглашая Эстер внутрь. Она встаёт и скрывается внутри.

Я еле сдерживаю себя, чтобы не последовать за ней.

Мне нужно дать ей воздуха, иначе я рискую задушить Эстер своей одержимостью.

Стою под дверью, как идиот, и слушаю, как она включает воду, наполняя джакузи. Улыбаюсь. Скорее всего, ей понравится. Пусть понежится.

Я не узнаю сам себя.

Член налит кровью, единственное место, где он хочет сейчас оказаться, — это глубоко в Эстер, но я удерживаю его, познавая новую мучительную боль.

Отвлекаясь, звоню в ресторан и заказываю еду.

Я знаю, что Эстер нравятся суши, поэтому заказываю их. Лично я собираюсь ужинать только ею.

Нахожу в шкафу чистую футболку, шорты и полотенце.

Стучусь…

Твою мать, я стучусь в дверь собственной ванны, чтобы не напугать Эстер, которая успела принять меня за маньяка…

Я себя не узнаю.

Учитывая, что я не стучался, когда пришел в ее дом…

— Да, — слышу голос Эстер и открываю дверь.

Она стоит возле раковины перед высоким зеркалом… абсолютно голая. Поворачивается ко мне, взмахнув светлыми волосами, и смущённо прикрывает идеальную грудь ладонями, как будто не ожидала, что я действительно зайду.

Её глаза блестят.

Неоновый свет ламп мягко освещает изгибы Эстер.

Чёрт…

Малышка здесь, в моей ванной, которая будто создана для неё.

Я замираю на несколько секунд, рассматривая Эстер.

Свет неоновой лампы сменяется с синего на фиолетовый, а потом на розовый и красный — своеобразная дискотека, установленная моим дизайнером. Я думал, это фигня, но, похоже, мне стоит его отдельно поблагодарить.

Не хватает музыки, но она и не нужна… Эстер и есть моя музыка.

Забываю, что хотел принести ей одежду.

К чёрту всё.

Вещи оказываются на полу.

Мои. Её.

Она слишком притягательна, чтобы я мог остановиться. Даже не помню, как раздеваюсь и оказываюсь голым перед ней.

Эстер упирается задом в раковину, пока я прижимаюсь к ней, наслаждаясь мягкостью её кожи.

Скольжу губами по шее, ключицам.

Она стонет.

Сладко.

Так, что я чуть не кончаю.

Разворачиваю её лицом к зеркалу, чтобы она могла во всех неоновых оттенках рассмотреть, как рассыпается в моих ласках.

Эстер подаётся мне навстречу задом, и я вхожу. Беру, вдавливая в раковину и наблюдая в отражении, как дёргается её грудь в такт моим толчкам.

Мой ангел стонет, и это звучит даже лучше, чем рёв мотора.

Я хотел быть с ней нежным, а в итоге теряю контроль и овладеваю Эстер так, словно вот-вот наступит конец света.

19

Эстер

Я рассыпаюсь в экстазе, но пальцы, ладони, руки Хантера, скользящие по моему телу, собирают меня заново. Чувствую его пирсинг, и это так грязно и пошло, так дико, что у меня закатываются глаза.

После того как он жестко берёт меня напротив зеркала и изливается внутрь, я ощущаю его нежные поцелуи по саднящей от его укусов коже.

Чувствую облегчение и запрокидываю голову ему на плечо. Хантер продолжает медленно обводить руками контур моего тела, но теперь он деликатен.

— Эстер… Мне так не хочется тебя отпускать, — он вдыхает наш смешавшийся запах.

Я тяжело дышу, и мне самой не очень хочется покидать его объятия. Ведь как только я это сделаю, меня накроет сомнениями и стыдом от случившегося. А ещё — страхом, потому что сейчас Хантер нежен и заботлив. Он горяч. А потом я перестану для него существовать и войду в ранг испорченных девушек.

Упираюсь руками в раковину, отталкиваюсь, втираясь в его бёдра. Хантер рычит мне в ухо, но я всего лишь собираюсь высвободиться, ведь он всё ещё прижимает меня к раковине.

Мне удаётся выскользнуть и залезть в огромную джакузи, больше похожую на бассейн с подсветкой.

Хантер хрипло выдыхает и запрыгивает за мной, расплескивая воду. Он нажимает несколько кнопок, и наши тела окутывает вихрь пузырьков гидромассажа.

Я не могу сдержать стон наслаждения. Мой правильный, чопорный мир катится в преисподнюю, мне не отмыть себя от темноты, которую я сама впустила в свой дом, но сейчас я могу хотя бы на несколько мгновений забыть обо всём.

— Ты останешься у меня, — говорит он, наблюдая за тем, как я нежусь в его ванной.

Встречаюсь с его глазами, не принимающими возражений.

О нет…

Если я останусь с ним, он же продолжит, словно дикий зверь, брать меня в каждом углу своего логова, уничтожая остатки целомудрия.

— Мне надо домой… покормить Ньютона, — выпаливаю я. — И он совсем один. Ему наверняка страшно.

Хантер ухмыляется.

— Этот котяра долго кошмарил мою виллу, прежде чем я смог его выловить, и ты думаешь, что ему скучно одному в твоём доме? Ммм… Эстер… — Хантер ловит меня в свои объятия. — Ты всё ещё хочешь найти повод сбежать от меня? Как нехорошо… Не забывай, что у него автоматический дистрибьютор еды и воды.

Горячие губы скользят по моим многочисленным засосам на шее.

Отчасти он прав.

— Ты совершенна, Эстер. Тебе стоит привыкнуть