Второй раз по моим правилам. Книга 2 - Наталья Белецкая

— Вчера вечером, ты уже спала.

— Ладно… придется менять планы. Жди меня через десять минут в кабинете, передай Ливолю, пусть туда зайдет. И завтракать мы тоже будем в кабинете.

Когда Тис ушел, я наложила макияж, делавший мое лицо бледным и болезненным. В семь утра Бальд точно не приедет. Он любит поспать, так что раньше девяти, а то и десяти его ждать не стоит.

— Александра, вы плохо себя чувствуете? — обеспокоился Ливоль, встретив меня в коридоре.

Он продолжал обращаться ко мне на «вы», хотя я официально разрешила ему более доверительное общение.

— Нет, это макияж. Бальд уведомил, что приедет, хочу предстать перед ним истощенной и больной, глядишь, быстрей свалит… покинет наш гостеприимный дом, — поймав осуждающий взгляд дядюшки Ливо, поправила себя я. — Пошли, пожалуйста, кого-нибудь следить за подъездной дорогой, чтобы я вовремя успела лечь в кровать.

— Вы будете принимать его в спальне? — удивился управляющий.

— Именно. Слишком долго там пробыть ему не позволит этикет. Если он опять о нем забудет, напомни.

Мы быстро провели планерку и занялись делами. Репортеры не успокаивались, всего за один день они прислали огромное количество писем с вопросами. Из них мы отобрали десять журналистов из самых влиятельных изданий и одобрили двадцать два вопроса. Это много на самом деле. Я подготовила ответы и вступительную речь. Потом все проверит Ливоль.

В работе прошли два часа.

О том, что приехал женишок, я узнала даже раньше, чем прибежал слуга. Хельцен предупредил.

Быстро вернувшись в спальню, я скинула платье, залезла под одеяло и приготовилась изображать умирающего лебедя.

В этот раз Бальдеран пришел с цветами. Покрасовался с букетом, потом передал его служанке, чтобы та поставила в вазу. Пододвинул стульчик к моей кровати, присел, ласково взял меня за ладонь и начал нести чушь о том, как он скучал и безумно любит.

Я в нужных моментах ахала, блеяла, «смущалась» и мысленно отсчитывала минуты. Сколько там этикетом разрешается жениху и больной невесте оставаться наедине? Пятнадцать минут? Двадцать? Ладно, Ливоль, если что, следит.

— К вам вчера приходила некромантка, что работает в академии. Она долго тут была. Что-то случилось? — вдруг спросил Бальдеран.

Однако он очень сильно подставился. Откуда женишок узнал о моей гостье и о том, сколько времени она тут пробыла? Он практически признался в слежке. На что рассчитывал? Что я слишком больна и не обращу внимания на оговорку?

— Леди Юбай спасла мне жизнь! — медленно шевеля губами, поведала я. — Она проверяла кинжал, которым меня ударил убийца, на яды и проклятья. Она не просто сильный некромант, но и специалист по проклятьям.

— Специалист? — переспросил Бальд с долей презрения. — Женщина?

— Я жива, благодаря ей. Леди Юбай — декан кафедры некромантии. Этот пост она заняла, потому что за нее проголосовала большая часть совета преподавателей и сам ректор.

— Понятно, почему проголосовали, — скривился женишок.

— Вы сейчас оскорбили всех преподавателей, ректора академии и саму леди Юбай. Я правильно поняла? — в моем голосе явно слышалась скрытая угроза.

— Нет, ну что вы… — сдал назад Бальдеран.

— Если бы в преподавательский состав академии магии женщинам можно было легко попасть с помощью привлекательной внешности, то почему девяносто процентов учителей там — мужчины? А среди оставшихся десяти процентов подавляющее большинство женщин весьма почтенного возраста? Вы серьезно считаете, что леди Юбай приняли из-за внешности?

— Не то чтобы…

— Ее пригласили, потому что она — сильнейшая некромантка в нашей стране, очень много знает, проводит сложнейшие ритуалы и прекрасно разбирается в проклятьях.

— В проклятьях разбирается, значит, — о чем-то задумался Бальд, а потом быстренько перевел тему.

Снова на краю сознания мелькнуло воспоминание. Что-то я слышала о леди Юбай в первой жизни. Но что именно? Есть магическая техника, позволяющая вспомнить определенный момент в прошлом. Решила, что надо будет ей воспользоваться, когда женишок уйдет.

Бальдеран порассуждал про цветы и погоду, а потом спросил:

— Дорогая, я слышал, что вы хотите дать интервью какой-то газете?

Точно! Вот она основная причина его прихода. Удивительно было бы, если б он не спросил об этом. Вокруг моего дома постоянно бродили репортеры и пытались опрашивать слуг и охрану, даже к Ливолю пристали. Естественно, наблюдатели Бальдерана разузнали, что слуги рассказывают журналистам. Ожидаемо, что женишок, узнав о пресс-конференции, решил уточнить, что это значит.

Конечно, понятия «пресс-конференция» здесь не существовало. Обычно выбирали известного журналиста из какой-то одной газеты, приглашали к себе домой или на работу и отвечали на десяток заранее оговоренных вопросов.

Естественно, газета, репортера из которой приглашали к известным и знатным людям, извлекала максимальную пользу из этого события. Нередко рекламировали не только эксклюзивное интервью, но и в целом издание, подчеркивая, что конкретно эта известная персона доверяет информации в конкретной газете.

Остальные вынуждены были ссылаться на первоисточник, в котором вышло интервью. Как правило, журналисты других изданий добавляли свои размышления, соображения, присовокупляли результаты расследований или просто слухи.

Но в любом случае сливки забирала та первая газета, в которой выходило интервью с важной персоной, а потом подключались остальные. В результате ни одно издание не обходило вниманием интервью какого-нибудь значимого человека. Если информационных поводов было маловато, то интервью могли обсасывать месяцами.

Я же хотела поступить иначе: пригласить сразу десяток репортеров и тем самым показать, что мне скрывать нечего. Залить газеты множеством информации, но сделать так, чтобы моя слава была максимально краткой по времени.

Кроме того, я опасалась, что если поступлю так, как здесь принято, про меня обязательно сочинят что-нибудь скандальное. Естественно, переиначивать интервью главы службы безопасности академии журналисты не пытались, понимая, что брат короля — фигура значимая, однако у меня такого влияния не было.

В общем, я решила возглавить эту вакханалию, раз ее нельзя прекратить. Примерно об этом и рассказала Байдерану.

Удивительно, но женишок внезапно признал, что моя придумка с пресс-конференцией «разумна и не лишена изящества». Он даже похвалил меня и дал дельный совет: нанять дополнительную охрану, потому что возле кафе будет полно журналистов, которым отказано в посещении.

Пока я поражалась на редкость адекватному Бальдерану, он предложил:

— Раз вы решили проводить эту пресс-конференцию, я думаю, что не откажетесь от моей поддержки. Мы можем предстать перед репортерами вместе.

Честно сказать, хотелось отказаться.

Видимо, заметив мое нежелание, женишок начал приводить аргументы. Что любопытно вполне разумные.

Во-первых, в отличие от меня, у