Королевство когтей - Деми Винтерс

Сага заметила движение в дальнем конце стола. Повернув голову, она встретилась взглядом с бледным лицом. Светло-золотистые волосы. Ледяные голубые глаза. Губы Сигны изогнулись в улыбке.

…Сага, дорогая, — донеслись мысли королевы, будто она направляла их прямо ей в голову. — Похоже, у тебя были от меня секреты.

Глава 81

Перевал Свангормр

Ветер был свирепым и кусачим, но глядя на Джонаса, Силла его почти не ощущала. Ее захлестнула буря чувств. Скорбь по тому, что когда-то между ними было, стыд за свою роль в смерти его брата и острое чувство собственной ничтожности. Джонас выбросил ее. Отшвырнул прочь. Увидеть его снова, значило вернуться в ту холодную и пугающую камеру, где она сжималась в комок от страха.

Джонас выглядел так же, как всегда. Золотистые волосы были убраны назад у макушки, пряди, в которые Силла бесчисленное количество раз запускала пальцы. Глаза цвета летнего неба, в которых всегда пряталась тень надменности. Она ненавидела то, что знала: это лишь маска, скрывающая его душевные раны. Знала, что под воротом Джонаса висит семейный талисман, напоминающий ему обо всем, что он потерял и что стремился вернуть.

В ее груди разверзлась пропасть. Она презирала его за то, что он опоил ее и отдал Клитенарам, и в то же время понимала его мотивы. Но когда Джонас смотрел на нее холодными, лишенными чувств глазами, горный холод наконец пробрался под ее кожу.

Когда за спиной Джонаса выстроились два десятка вооруженных Клитенаров, Силле стало еще холоднее. Черные плащи из волчьих шкур развевались на ветру, открывая взгляду ручные топоры и хевриты, закрепленные на боевых поясах. Татуировки когтей на их лицах снова пробудили в ней давний страх перед Когтями Короля.

— Ловушка, — тихо сказал Рей рядом с ней. — Они заманили сюда змей, чтобы ослабить нас… измотать. — Он кивнул в сторону тропы, и Силла наконец поняла, как именно змеи оказались здесь. На снегу, забрызганном кровью, лежали груды овечьих туш, разложенных прямо у ледяных вод реки. — А теперь вызвали лавину, чтобы отрезать нам путь к отступлению.

Мысли Силлы лихорадочно метались, пытаясь сложиться в план. Гальдур почти исчерпан. Их было меньше. И отступать было некуда.

— Проклятье, — пробормотал Эрик, придя к тому же выводу.

Джонас оглядел Силлу с ног до головы и усмехнулся.

— Славная льебринья, кудрявая. Мнишь себя воином?

Его взгляд метнулся к бывшему командиру.

— Вижу, ты не терял времени даром, Рей, подбирая мои объедки.

Рядом с ней Рей обнажил меч и шире расставил ноги.

Губы Джонаса изогнулись.

— Она та еще штучка, правда? Кожа такая мягкая и пахнет так сладко. Но лучше узнай это от меня, Рей: под милым личиком скрывается отродье Миркура.

— Еще слово, и я заставлю тебя пожалеть, — предупредил Рей низким рыком.

— Я все еще слышу ее голос, когда лежу один в постели по ночам: «Еще, Джонас, еще… мне так хорошо».

— Прикуси язык, или я вырежу его и тебе же скормлю.

Рей шагнул вперед, но Силла положила руку ему на предплечье.

— Не дай ему себя спровоцировать, — прошипела она, хотя щеки пылали от стыда.

— Ты отвернулся от своих, — зарычал Рей. — Человек, которого я знал, был лучше этого.

— Своих? — усмехнулся Джонас. — Она никогда не была нам своей. Илиас… вот кто был своим.

— А как же я, Джонас? Как же Гекла, Гуннар и Сигрун? Мы тоже были твоей семьей. Ты предал нас всех и опозорил память брата.

— Ты не имеешь права говорить за Илиаса. — Джонас сплюнул на землю. — Я дал клятву брату и намерен ее исполнить. Она должна заплатить.

Рей покачал головой, и Силла почувствовала его разочарование.

— Он умер как воин, Джонас. С честью.

— Ненужной смертью! — воскликнул Джонас, и на его виске вздулась жила.

— Это принесет тебе только еще больше горя, — предупредил Рей.

— Хватит, Рей, — отрезал Джонас. — Моя ссора не с тобой.

— Ошибаешься, Джонас, — прорычал Рей. — Если твоя ссора с ней, то это и мой бой. И запомни мои слова, потому что я повторять не буду: тронешь ее, и я вскрою тебе горло своим топором.

— Она обвела тебя вокруг пальца, Рей. Так она и поступает. Обманывает. Она лгунья.

— Я знаю, что она лгунья. Но она — моя лгунья.

— Твоя? — Джонас усмехнулся. — Ах, да. Слоутрари. — Он скривил губы в презрении. — Тебя наконец настигла собственная ложь. Столько лет обманывать отряд, скрывать, кто ты на самом деле, и при этом читать отповеди о чести.

— Пойми, я делал это не из злости. Иногда ложь — единственный способ выжить в этом королевстве, — напряженно ответил Рей.

— Вы оба лживые выродки, — Джонас покачал головой. — Вы стоите друг друга. — Он повернулся к Силле, и его небесно-голубые глаза были полны ненависти. — Силла. Или ты предпочитаешь Эйса? Тебе не уйти. Но если ты сдашься добровольно, мы пощадим остальных.

К удивлению Силлы, тяжело опираясь на плечо Мюр, вперед шагнул Кальф.

— Сначала тебе придется пробиться сквозь нас, — огрызнулся он.

— Вижу, она и вас отравила своей ложью, — сказал Джонас. — Эта женщина приносит лишь разрушение. Глупо становиться у нее на пути.

— Это не вина Эйсы! — выплюнула Мюр. — Давай возложим вину туда, где ей самое место — на плечи этой жалкой пародии на королеву.

Не обращая внимания на Мюр, Джонас снова уставился на Силлу.

— Это последнее предупреждение, Силла. Мы можем решить все словом или клинком. Не думаю, что тебе хочется, чтобы погибло еще больше людей.

Силла смотрела на него, тщательно подбирая слова.

— Я не хочу новых смертей, в этом ты прав. — Несмотря на их малочисленность, Силла чувствовала, как поддержка их отряда наполняет ее силой. — Но я всегда буду сражаться за Исельдур, каковы бы ни были шансы.

Кровь горячо пульсировала в ее жилах.

— Я обязана этим своему королевству. Своей семье. Я обязана этим Маттиасу Нордвигу, Илиасу Свику, Скеггагриму, Нефи и Раннверу — всем, кто погиб, защищая меня. Но больше всего я обязана своему народу, который слишком долго страдал под властью урканцев.

Силла вовсе не собиралась говорить все это. Даже не знала, что чувствует, пока слова сами не вырвались из ее сердца. Но теперь она ощущала сказанное до самых костей. Ей потребовалось много времени, чтобы прийти к моменту. И вот он настал.

— Вот твои варианты, — продолжила Силла. — Уезжай назад по тропе или стань пищей для воронов. — Она посмотрела на него прямо. — Я вижу, ты считаешь себя очень умным. Но послушай меня, Джонас: