Похищенный ведьмой (Ведьма и охотник) - Екатерина Розова

— Но это точно он был под балконом этой Лоры? — спросила Мурчин Иду.

— Да он, он, точно он! — расхохоталась та и с превеликим удовольствием отпила вина.

— Ну спасибо, Ида, — пропела Мурчин, — а я и не знала, что у меня, оказывается, есть такая соперница… точнее была… и не соперница вовсе! Фере, неужели у тебя такой дурной вкус! Хотя... что вы там видели в своей Цитадели? Тебе козу в чепце покажи, она тебе покажется красоткой. Но эта Лора… у нее же кожа рыхлая, как мукой припорошенная… Ах, Фере, я тебя нисколько не виню в том, что ты не хочешь признаваться, что увлекался этой бесцветной дурочкой! Убеждена, что тебе должно быть стыдно. Этим стыдом ты и должен был наказан.

— Я не знал, что эту девушку зовут Лора, — мрачно сказал Раэ, — и уж в тем более не знал, что она стала ведьмой.

Обе ведьмы довольно рассмеялись, глядя друг на друга. И кажется, обе оказались довольны тем, как был подавлен такой для него дурной новостью Раэ. Ида так и вовсе раздулась от удовольствия, что могла уесть этого несносного мальчишку. Она даже потеряла на какое-то время к нему интерес и забыла о его присутствии.

Она откинулась на подушки, вытянула ноги, и тотчас услужливый сильф подставил в воздухе под них напольную подушечку. Некоторое время Ида оглядывала лениво текущие по небу облака, на то, как волны плещутся о живописный каменный островок посреди озера, нежилась на солнце, забыв о времени. Мурчин же просто тянула вино, время от времени подмигивала Раэ, стоило только ему столкнуться с ней взглядом, похоже, она просто хотела опьянеть. Она не спешила нарушить молчание и прервать негу своей «сестрички».

Раэ тем временем пытался угадать, в какой части дома он находится. Это ж где дом влезает своим краем в топи? Он пытался вслушаться сквозь иллюзию, чтобы услышать обычные звуки болота, но он хорошо знал, что в Кнее нет лягушек. Что бы такое бросить через ограду, чтобы угадать, на какой высоте балкон?

— Даже не верится, — вдруг сказала Ида, — вот даже не верится, что Кнея сейчас самое безопасное место! В Аве шерстят каждый дом, а вокруг Кнеи шастает Ретеваро… А ты, Мурчин, послезавтра собираешься на шабаш солнцеворота, столь опасный для тебя… И ты так спокойна!

Похоже, действие заклинания, которое ее расслабило, проходило, и к ведьме стала возвращаться вполне оправданная тревога — шутка ли, кругом одни враги? По ее виду Раэ догадался, что она некоторое время примерялась к началу разговора, закусывала губы, всматривалась в лицо Мурчин, подгадывала, когда заговорить.

Раэ при ее виде подумалось, что Ида не слово произнесла, а в шахматах ход сделала.

— А чего мне беспокоиться? — лениво протянула Мурчин под ее испытующим взглядом, — Я сейчас, если хочешь з-знать, с-самая влиятельная женщина в Семикняжии. Так-то! Просто сейчас всем тем, кто этого не понимает, надо объяснить на солнцевороте. Что ж, объясню. Прилечу верхом на личе и объясню. Надо будет — весь шабаш сравняю с з-землей… эй, еще вина!

Сильфы поспешно наполнили ей бокал, Мурчин его лихо влила в себя одним глотком и не по-женски крякнула...

— Ты не шутишь? — все с большей серьезностью стала расспрашивать Ида.

— Н-нет, — ответила Мурчин нетвердым пьяным голосом.

— Тебе не хватит пить?

— Я только начала!

— У тебя в эти дни должна быть трезвая голова! Ах, Мурчин, ты меня пугаешь! Кому это и что ты собралась объяснять?

— Объяснять действительно придется. Им всем на шабаше! Раньше все считали, что я уцелела одна из всего ковена только потому, что у меня филактерия Эне, что я сижу на ней, как курица на золотом яйце, и не знаю, как пустить ее в ход в большой игре с высокими ставками. Когда я говорила, что у меня ее нет, мне никто не верил. Я бы не смогла доказать даже ценой своей жизни, что ее у меня нет! Я просто в глазах всех была паинькой с филактерией. Такая вот глупенькая девочка, которая преданно ее хранит и не знает, как ее использовать по назначению . И вот теперь она у меня действительно есть. Обстоятельства поменялись. Но еще не внешне. Я по-прежнему в глазах других паинька с филактерией, которая не знает, как использовать силу лича. Придется объяснять, что знаю, и хорошо знаю, как дела делаются! — похоже, ведьма сама себя распаляла злыми мыслями…

Мурчин резким неверным движением пьяницы притянула к себе бокал и до краев сама, не подзывая сильфов, наполнила вином.

— Тебе не хватит пить? — опасливо повторила ведьма Ида.

— Не хватит! Я как подумаю, что эти сволочи держали меня за дурочку, которая не сможет воспользоваться… м-м-м! — Мурчин недовольно замычала, легла грудью на стол, перебросила ведьминскую копну волос с одного бока на другой и стала смотреть на Иду и Раэ сквозь бокал недопитого стекла. Уже и Раэ хотелось брякнуть:

«Тебе хватит пить».

Вместо него предостерегла Ида:

— Не пей, умоляю тебя не пей! Ведьме нельзя так напиваться, тем более обладающей… большими силами, мало ли… как бы тебя сейчас на подвиги не потянуло…

Ида попыталась убрать бутылку от Мурчин, но получила по рукам.

— Хочу и пью! И никто мне не в указ! Не для этого я сожгла Ронду, чтобы кто-то мне еще указывал!

— Мурчин… — немного поколебавшись сказала Ида, — позволь мне рассказать одну историю, которая произошла со мной, когда я была служанкой у старухи.

— Н-ну, расскажи, я бы сейчас рада была, кабы мне кто чего рассказал занятного… только не учи... — и Мурчин положила голову на стол.

— Я тогда вышла с утра мести улицу перед домом, смотрю — на мостовой кошелек лежит, даже не кошелек, а потрепанная сума. Так — в кусты прохожие пинками с дороги столкнули… Подбираю, а там… золота на три тысячи марок!

— Да ты богачка в одночасье стала, — хмыкнула Мурчин, явно не поверив и показав в ухмылке острые мелкие зубки.

— Нет, не стала. Я поняла, что это приказчик из соседней ювелирной лавки обронил выручку из-за протершегося шнура на кошельке. Пошла, и отнесла этот кошелек ему. Он меня поблагодарил, сказал, что я честная девушка и подарил мне одну из трех