Анатомия обмана - Татьяна Ларина

Как же глупо я себя чувствовала! Набралась храбрости признаться Илье, а он мне не поверил. И что теперь? Он молчал. Я молчала. Вряд ли сейчас получится сделать вид, что ничего не произошло, как в тот раз после нашей первой близости. Кто-то должен был заговорить первым. В конце концов, мы – взрослые люди!

Так твердил разум, только во мне жила маленькая трусливая девочка. Она очень боялась быть отвергнутой, стыдилась своих слов и советовала уйти, чтобы не позориться еще сильнее. Я сделала шаг в сторону столика, откуда наблюдала за Алисой, и где осталась моя сумка. Еще шаг…

– Стоять! Куда намылилась, Маркова? Разговор не окончен. – прогремел Илья.

Высокий, широкоплечий, со сведенными к переносице густыми бровями он был похож на разгневанного бога-олимпийца. Он внушал страх, но в то же время зачаровывал. Я стояла перед ним как в копанная, боясь пошевелиться, напрочь позабыв, что полминуты назад хотела сбежать.

На нас стали оборачиваться любопытные родители. Для них мы представляли куда более интересную картину, чем по десятому разу с съезжающие горки или вертящиеся на карусели дети. В кучке ребятишек я выцепила взглядом Алиску. Она была увлечена игрой и на нас не смотрела. Вдруг Илья подхватил меня под локоть, сжав его так сильно, что я поморщилась от боли, и повел, или скорее потащил, за большой надувной батут.

Судя по всему, Романову хотелось избежать лишних зрителей, но так он привлек к нам еще больше внимания, правда никто не решился вмешаться. Вот так, будь Илья жестоким мужем или парнем-тираном, ни одна душа за меня не вступилась бы.

– Могу я узнать, когда ты надумала сойтись со мной, или это твой очередной спонтанный порыв? – на ходу вопросил он, сильнее впиваясь пальцами мне в руку.

– Моя сумка… – беспомощно простонала я, кивая на наш с Лиской столик. В моем кошельке были все банковские карты и немного наличных. Не хватало только, чтобы меня ограбили.

– Хорошо, – Илья резко сменил направление, потянув меня в противоположную сторону, а потом чуть ли не силой усадил на стул. – Садись и отвечай!

– Это допрос?! – возмутилась я, потирая руку в месте его стальной хватки, где наверняка останется синяк.

– Пока не решил. Только не вздумай врать, я пойму, если обманешь. Так когда ты решила, что хочешь со мной отношений? – он встал напротив меня и скрестил на груди руки. Невольно я отметила, что в такой позе его мышцы казались еще крепче. Всем своим видом Илья источал мужественность и сексуальность. Злясь на себя за эти мысли, я процедила:

– Не собираюсь перед тобой отчитываться, раз сам ни черта не понял!

– У меня плоховато с пониманием твоих поступков, – съязвил он, сел на соседний стул и откинулся на спинку, сверля меня сердитыми глазами.

Вся эта сцена была похожа на съемки дешевого фильма. Не хватало только камер вокруг и режиссера в высоком кресле с написанной на его спинке фамилией. Жаль только, что у меня не было сценария, в который можно было бы заглянуть, чтобы узнать наперед, чем все закончится. В любом случае юлить больше не имело смысла – Илья хочет правды, он ее получит:

– Хорошо. Я это решила недавно. А точнее – когда ты начал встречаться с той Викой из регистратуры.

– Значит, все дело в ревности? – усмехнулся Илья и ехидно заметил: – Стало обидно, что я переключился на другую? Ну, Маркова, не все же время за тобой бегать.

– Какой же ты идиот, Романов! – в сердцах крикнула я. Не ожидала, что парой фраз можно причинить такую боль. Кто дал ему право втаптывать в грязь мои чувства? Схватив свою сумку, я вскочила и хотела было уйти, но Романов схватил меня за руку.

– Куда?! – рыкнул он.

– Подальше от тебя! – я попыталась высвободиться, но Илья слишком крепко меня держал.

– Мы не договорили, – пугающе спокойно произнес он.

– Ты – нет, а я – да!

– Что я по-твоему должен думать, Лина? – Илья потянул меня вниз, и я послушно села обратно за столик. – Несколько месяцев тебе не было до меня дела, ты специально избегала наших встреч. Потом нарисовалась, когда я стал тебе нужен для расследования. А дальше что?! Я начал встречаться с Викой, и тут ты вдруг прозрела, что ко мне не равнодушна?! Ты просто собственница! Все дело в этом! Через пару недель, когда станет ясно, что я никуда не денусь, наш роман тебе наскучит, и ты снова уйдешь.

– Вот, значит, какого ты обо мне мнения?!

На меня будто вылили ушат отрезвляющей ледяной воды. Чертов Романов, в которого меня угораздило влюбиться, имел все основания не доверять мне. И все же меня так задевало, что он не придавал должного значения моим словам, что хотелось разрыдаться, чего я никак не могла себе позволить. Решит еще, что я спекулирую слезами и пытаюсь надавить на жалость.

– Слушай, врать не буду, – продолжил Илья, – я видел, что ты не в восторге от моего флирта с Викой, и мне это нравилось…

– Ах, нравилось?! – вспылила я.

– Дай договорить, Маркова! – в тон мне ответил Илья, и пара за соседним столиком резко обернулась в нашу сторону. Женщина, что-то прошептала своему спутнику, но мне было плевать. Главное, что Алиска прыгала на батуте с другой малышней и нас не слышала. Рано ей еще видеть, как ее отец меня отшивает.

– Да, нравилось, – повторил Романов. – Я хотел, чтобы ты ревновала, хотя это ребячество.

– Ну так поздравляю! Ты получил, что хотел! Я действительно ревновала!

– И эта ревность навела тебя на мысль, что ты ко мне не равнодушна? Ха! Только это не так…

Илья ударил ладонью по столу, но немедленно взял себя в руки. Он снова откинулся на стуле, закрыл глаза и покачал головой, только его театральное спокойствие меня не обмануло. Я знала, что в любую секунду он опять взорвется. Главное – не стать спичкой рядом с этой пороховой бочкой. Я перевела дыхание и негромко заговорила:

– Если хочешь знать, Романов, то симпатия к тебе у меня появились задолго до Вики. Был бы не совсем остолопом – понял бы.

– Задолго?! Ты сама минуту назад сказала, что решила со мной сойтись, когда приревновала меня к Вичке!

– Но влюбилась я в тебя раньше! Мне просто было страшно, что