Реверс - Кейт Стюарт

— Не будь к себе так строга. Тут легко запутаться, — говорит мужчина, представившийся Дональдом, ловко разворачивая гольф-кар на очередном повороте.

Порывистый ветер хлещет по щекам ровно в тот момент, когда телефон вибрирует в ладони.

Тай: Ты где?

Я: Немного заблудилась, меня уже забрали. Буду через пару минут. Прости, пожалуйста.

Тай: Ничего страшного, красавица. Давай быстрее.

Прошло всего три недели с тех пор, как Тай подошел ко мне на ежегодной медиа-вечеринке моей матери в Далласе и так легко очаровал, что я дала ему свой номер. Он был одним из нескольких востребованных техасских знаменитостей, приглашенных на мероприятие. Почти две недели ушло у меня на то, чтобы начать воспринимать его ухаживания всерьез, несмотря на его безумный график. После долгих раздумий я всё же согласилась на ужин. Ужин, о котором папарацци узнали уже через пятнадцать минут после того, как мы сели за столик в ресторане.

Они преследовали нас весь вечер, лишив любой возможности сохранить хотя бы намек на уединение. Хуже всего было то, как медиа превратили наше первое, еще очень неопределенное свидание в какую-то стремительную сказочную историю любви. Правда в том, что я почти его не знаю. Хотя, если быть честной, если уж мне приходится пытаться двигаться дальше, как, судя по всему, делает мой муж, Тай — далеко не худший вариант.

Он не только чертовски хорош собой, но и уверенно занимает место среди самых легендарных квотербеков в НФЛ. К тому же он бизнесмен, своего рода предприниматель, у которого есть большие планы и за пределами футбольной карьеры. Его обезоруживающая харизма не оставила мне шанса просто взять и отмахнуться от него.

Когда я решила хотя бы допустить мысль о том, чтобы снова начать ходить на свидания, я бесконечно металась между разумом и сердцем, рассматривая Тая как возможный вариант. Причина была проста. Заголовки про Истона.

Самый громкий материал, разлетевшийся месяц назад, сопровождался фотографиями Истона с рок-богиней по имени Мисти Лонг, известная рок-исполнительница, с которой он записал еще не вышедшую песню. Представители Мисти отрицали, что между ними что-то есть, но снимки, которые удалось добыть папарацци, выглядели не менее компрометирующе, чем мои фотографии с Джонатаном. Те самые, что неделями мелькали повсюду после гала-вечера.

Больше всего меня преследует один случайный кадр. Они стоят вплотную друг к другу на пляже в Малибу, недалеко от ее дома. Он улыбается ей. Той самой улыбкой, которую у него так трудно заслужить. И от одного этого зрелища меня едва не разорвало изнутри.

Хотя Истон позволил медиа рисовать картину за него, я так и остаюсь в подвешенном состоянии, благодарная за то, что Тай взял инициативу на себя. Он достаточно напорист и решителен за нас двоих. Этот груз я позволяю ему нести, пока сама пытаюсь нащупать хоть какую-то ясность и выстроить новое видение своего будущего. Не того будущего, к которому по-прежнему тянется сердце и которое я день за днем пытаюсь мысленно разобрать по кирпичикам.

Мои родители, разумеется, в восторге от перспективы моего романа с игроком НФЛ. Особенно отец. В этом нет ничего удивительного. Для меня же всё происходящее ощущается словно вне тела. По сути, наш «роман» сводится к обрывочным сообщениям и редким ночным звонкам, потому что по-настоящему встречаться у нас пока не получалось. И за это я даже благодарна.

Ирония в том, что наше второе «свидание» выпало именно на день, когда Тай играет за свое второе кольцо Супербоула. Если они выиграют, это будет его первое чемпионство в составе Cowboys. Предыдущее он завоевал два года назад, когда играл за Tampa. За то короткое время, что мы успели узнать друг друга, пресса не давала нам ни секунды покоя. Они дежурили у дома моих родителей, у моей квартиры и у входа в Austin Speak. Сейчас давление стало еще сильнее. Меня буквально везут к Таю, и я знаю, что через несколько часов на меня могут быть устремлены сотни миллионов взглядов. И причин для этого будет больше чем одна.

— Почти приехали, — успокаивает Дональд. На его шее перепутались сразу три разных бейджа, а я тем временем поражаюсь собственной глупости. Я умудрилась заблудиться уже через несколько минут после того, как меня провели внутрь стадиона. Мысли метались, превращая простые указания в неразрешимую задачу, и где-то между ними начала подползать паника. Если быть честной, я никогда раньше не бывала внутри такого огромного, многомиллиардного спортивного комплекса. Этот ультрасовременный стадион, по которому меня сейчас ведут, — настоящий Голиаф по сравнению с «давидовским»[107] полем в Остине.

И даже мчась навстречу главному герою сегодняшнего дня при поддержке всех, кто есть в моей жизни, включая медиа, которые сразу после нашего похода к алтарю окрестили меня бросившей всё злодейкой, я ощущаю давящий груз ожиданий. Хотя в последнее время пресса, кажется, сменила тон и словно бы простила меня. Думаю, причина в слухах о том, что Истон якобы двинулся дальше со своей богиней. Эти спекуляции породили вопросы о его верности и о том, почему именно я подала на развод.

Всё это — полная чушь.

Следуя примеру Истона, я так же твердо придерживаюсь позиции «без комментариев». Уверена, он не изводил себя заголовками, рождавшимися по обе стороны, и оставался в неведении относительно всей той грязи, объектами которой мы оба стали. А вот мне по долгу службы приходится наблюдать, как в прессе разворачиваются наши будущие жизни. Реальные или выдуманные. Даже если я пытаюсь этого избегать, сейчас это уже невозможно. Его стремительный взлет сопоставим с любым культовым артистом в истории.

Чем ярче будет разгораться его звезда, а в этом нет сомнений, тем чаще имя Истона будут ставить в один ряд с такими фигурами, как Prince, Madonna и им подобными. Уже сейчас его постоянно сравнивают с Elvis. Медиа даже наградили его прозвищем «Новый Король», которое, я уверена, он ненавидит. Если вообще о нем знает. Его музыку крутят чаще, чем треки любого другого артиста. Как я и предполагала, мир очарован им и одновременно жаждет крови, особенно из-за его откровенного неприятия прессы. False Image за последние месяцы дважды получил Diamond Award[108], продав более двадцати миллионов копий, и продажи продолжают расти. Спрос на дополнительные концерты увеличивается, и группа готовится к европейскому туру, который стартует через шесть недель.

Я горжусь им. Но наблюдать за тем, как он возвращается к жизни, зная каждый его шаг и видя этот