Связанная с Падшим Королём Теней - Джен Л. Грей

class="p1">— Бриар — единственная, кто несёт за это ответственность? Она заставила тебя участвовать в этом с помощью своей магии? Она заставляла тебя подбирать еду и кидать её? — мои губы скривились от отвращения, когда я посмотрел на Кейлен сверху вниз. — Я и не подозревал, что она настолько могущественнее тебя. Тебе, должно быть, очень стыдно.

Все краски отхлынули от её лица. Её голос стал отвратительно гнусавым, как у ребёнка, не желающего признавать свою вину.

— Нет, ваше высочество. Вы приказали, чтобы сегодня вечером больше не было кровопролития...

— И это были твои единственные варианты? Убить её или ввязаться в безрассудную и расточительную драку едой? — я нахмурился, гнев усилился.

Что-то в этой женщине задело меня за живое.

Кейлен отступила на полшага. Её губы шевелились, но не издавали ни звука.

— Всем выйти, — приказал я. Когда Бриар собралась уходить, я метнул в её сторону свирепый взгляд и ткнул в неё пальцем. — Ты. Останься.

Большинство участниц немедленно направились к двери, опустив головы или отводя глаза, желая поскорее уйти. Элара отступила к дверному проёму, кивая и что-то тихо говоря им, когда они проходили мимо. Она задела один из стульев, и на её тёмно-серой юбке осталось тёмно-фиолетовое и белое пятно.

Я отвлёкся как раз вовремя, чтобы увидеть, как фейри с фиолетовыми волосами и ярко-розовыми глазами шепчет Бриар:

— Ты пожалеешь об этом.

Бриар сморщила нос.

— Единственное, о чём я жалею, так это о том, что мне не удалось засунуть тебя лицом в середину этого пудинга.

Будь она проклята. У неё был характер, но это могло привести к её гибели. В глазах фейри с фиолетовыми волосами не было ничего, кроме жажды убийства. Но Бриар это, похоже, не беспокоило.

Беловолосая Лесная фейри в зелёном платье, теперь вся в выпечке и напитке «ночное сердце», задержалась на полминуты дольше, её широко раскрытые глаза, казалось, искали подтверждения, что с Бриар всё в порядке.

Я пристально посмотрел на них обеих.

Беловолосая фейри съёжилась и метнулась к двери, где её ждала Элара, чтобы проводить к выходу. Элара взяла маленькую фейри за руку и последовала за ней через ониксовый порог в тёмный холл.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только мягким шлёпаньем сахарной глазури и пушистой крошки, скатывающейся по стене и падающей на пол.

Я сжал челюсти, пытаясь сохранить самообладание. С чего я начал этот разговор? Что я вообще мог сказать ей о её поведении? И всё же я должен был что-то сказать. Она понятия не имела, с чем столкнулась.

У меня всё внутри сжалось, когда я посмотрел в её глаза, и жар вернулся в мою кровь. Напряжение в груди усилилось, побуждая меня приблизиться, что-то неведомое притягивало нас друг к другу.

Я мог бы заполучить её, если бы захотел. Да, Совет Теневых фейри был бы недоволен, и мне пришлось бы признать, что мой отец был прав. Но если я...

Нет.

О чём я только думаю?

Я заставил себя пресечь эти мысли на корню. Дело было не в том, чего я хотел. Мне нужна была самая сильная невеста. В остальном результат меня не волновал. Я не мог.

Помоги мне Судьба. Почему меня так тянуло к этой девушке?

Внезапно я услышал звук льющейся жидкости. Обернувшись, я увидел, что Сайлас и Тален сидят за столом, и Тален разливает напиток из ночного сердца по золотым кубкам.

Я был так сосредоточен на Бриар, что не заметил, что Тален и Сайлас всё ещё здесь. Тален положил ноги на одно из покрытых мелкими пятнами кресел, в то время как Сайлас сложил руки на столе, предательски приблизив локоть к опрокинутой миске с клубничным джемом.

— Я сказал всем выйти, — прорычал я.

Тален невинно моргнул, глядя на меня.

— Она всё ещё здесь. Кроме того, я хочу знать, что за безумный план у медного куста терновника... потому что мы с Сайласом хотим помочь.

— Нет, — Сайлас взял кубок и сделал глоток. — Я не хочу помогать, но я буду наблюдать.

Я указал пальцем на дверь. По крайней мере, у них хватило здравого смысла немедленно подняться. Тален взял один из немногих уцелевших в драке подносов с сахарной пудрой и подмигнул. Я едва сдержал рычание.

После того, как дверь снова закрылась, я обратил всё своё внимание на Бриар, ожидая, что она прервет молчание или проявит какой-нибудь признак дискомфорта или раскаяния.

Её пальцы сжались в кулаки, и она слегка переместила свой вес.

Хорошо. У неё было немного здравого смысла.

— Объяснись. Что ты надеялась получить от всего этого? — я упёрся руками в пояс, борясь с желанием протянуть руку и вытереть сливки с её щеки. — Зачем тебе оскорблять моё гостеприимство и это соревнование, растрачивая впустую нашу еду и питьё?

— Затем, что эти сучки это заслужили. Они вели себя так, будто их дерьмо не воняет, — она скрестила руки на груди, произнося это так, словно это было самое естественное замечание в мире. В её словах не было ни капли раскаяния.

Я нахмурился ещё больше. Я наклонил голову, не зная, что шокировало меня больше — объяснение или тема. Какое это вообще имеет отношение к делу?

— Их... дерьмо не воняет? Это обсуждалось за ужином? Ты сама выбрала эту тему?

Она приподняла бровь.

— Что? Хочешь сказать, что твоё тоже не воняет? — намёк на улыбку тронул эти полные губы. Она издевалась надо мной или дразнила меня?

Я уставился на неё ещё пристальнее, хотя в голове у меня всё перепуталось. Что не так с этой женщиной?

— Это неподходящая тема для разговора.

Она поджала губы, и румянец залил её лицо, подчёркивая скулы под пятнами кондитерских изделий. Я почувствовал запах сахара и сиропа на её коже, смешанный с имбирём и корицей. Она с трудом сглотнула.

— Полагаю, у вас нет такой поговорки?

Моя голова дёрнулась назад. И как я должен был на это реагировать?

Она рассмеялась.

— Так мы говорим на Земле, когда кто-то думает, что он слишком хорош для всех остальных, — она заколебалась. — У вас на самом деле нет такой поговорки, не так ли?

Я покачал головой.

— С чего бы это у нас появилась такая поговорка? Нет необходимости в подобном обсуждении.

— Я имею в виду, что это... что мы так говорим. Например... знаешь, когда кто-то говорит, что люди не потеют, они светятся?

Мои брови сошлись на переносице. Она оказалась ещё более нелепой, чем я думал.

— Нет. Ты не потеешь?

Она рассмеялась, прикрыв рот рукой.

Чёрт возьми. Мой желудок скрутило,